Литмир - Электронная Библиотека

Яхта «Золотое дитя» вышла в море.

* * *

Элис Гамильтон, двадцатиоднолетнюю женщину из города Манассас, штат Вирджиния, которая до этого года выезжала из дома только в Неваду, проводили на корму великолепной яхты. Заворачивая за угол, она глубоко вздохнула и приказала себе успокоиться. В этот самый момент Элис почувствовала медленное движение «Золотого дитя» – яхта направилась в открытое море. Отправление не было замечено множеством дорого одетых мужчин и женщин, стоявших на корме и попивавших коктейли, в то время как вокруг них сновали официанты и другая обслуга.

Миссис Гамильтон на мгновение замерла при виде белых костюмов и шикарных платьев. Глядя на то, как приглашенные держат мартини и прочие напитки своими наманикюренными пальцами, женщина поняла, что как только она откроет рот, чтобы заговорить с кем-нибудь из этих людей, они тут же поймут, что ей здесь не место. Со временем ее афера с фальшивым приглашением, которое сделал для нее агент разведки, работавший в отделе 56–56 – еще одна мелочь, которая взбесила бы Гаррисона, – раскроется. Она сглотнула, борясь с желанием спрыгнуть с кормы, пока яхта не уплыла слишком далеко в море.

– Вода очень холодная, и скорее всего, ты попадешь под разъездной катер – это если акулы не доберутся до тебя первыми.

Элис почувствовала, что ее сердце замерло при звуке низкого и ровного голоса человека, стоявшего позади нее. Пытаясь собраться с духом, она закрыла глаза, скрытые под темной вуалью ее шляпы, а потом открыла глаза и повернулась.

– И, надеюсь, что деньги на это платье ты взяла не в ящике для мелких расходов на работе.

Женщина подняла глаза и посмотрела в лицо Гаррисону Ли. На нем были белый смокинг, галстук-бабочка и самое ужасное, что можно было добавить к этому наряду – ярко-красный камербанд[1]. Правый глаз закрывала повязка, но и с ней Элис увидела, что изуродованная шрамом бровь шефа была изогнута особым образом, которым он любил запугивать своих подчиненных. Каштановые волосы Ли были идеально причесаны, а из-за легкой седины на висках он выглядел гораздо более угрожающе, чем Элис запомнила.

– У нас нет ящика для мелких расходов, а если бы был, я бы посоветовала вам использовать его, чтобы купить новый смокинг – или хотя бы камербанд, который не создает впечатление, что на вас надет знак «Стоп», – сказала она с таким негодованием, с каким только смогла, пытаясь занять лидирующую позицию в неизбежной схватке.

Ли нахмурился еще больше, смущенно оглядывая свой пояс, а Элис прошла мимо к группе крупных охотников за артефактами. Она проворно протянула руку и взяла бокал шампанского у проходившего мимо официанта, ни на секунду не замедлив шаг.

Гаррисон Ли, человек ростом, ни больше ни меньше, шесть футов пять дюймов, проводил ее взглядом и снова посмотрел на ярко-красный камербанд. Он был в замешательстве от того, как его сотруднице удалось перевести стрелки, прежде чем он успел сделать ей выговор за то, что она исчезла из группы, никого не предупредив. Скривившись, он последовал за ней в толпу гостей.

– Ну, мы здесь, так что я полагаю, у тебя есть план? – спросил Ли у удаляющейся Элис. – Большинство агентов готовят план перед работой. Или, как минимум, просят своего директора помочь в подготовке этого плана.

– Шампанского? – Женщина неожиданно обернулась и сунула бокал в руку начальника, но когда он попытался взять его, внезапно отвела руку. – О, я забыла, что вы любите бурбон, – добавила Элис и направилась к бару у кормовых перил.

Гаррисон улыбнулся и кивнул тем немногим гостям, которые услышали их краткий обмен любезностями. Затем он смущенно пошел к Элис, которая стояла к нему спиной у изысканно украшенного бара, встал слева от нее и облокотился на барную стойку. Его трость бесполезно болталась сбоку, и было видно, что гнева в нем уже не осталось. Несколько высокопоставленных гостей рядом с ними подняли головы и, увидев очень крупного мужчину у стойки, неловко улыбнулись при виде шрамов на его лице и предпочли удалиться.

– Знаешь, Гамильтон, – сказал Ли, провожая глазами трех гостей, удаляющихся от бара на ют, – я насчитал не меньше четырех гостей, подозревающихся в убийстве, двух – разыскиваемых за хищение древних реликвий и одного очень известного и уважаемого британского лорда, который предположительно совершал налеты на места раскопок на Среднем Востоке во время британской оккупации. И все это я заметил всего за те пару секунд, пока шел сюда. Вы, миссис Гамильтон, прыгнули выше головы. И это будет стоить кому-то жизни. – Он не стал поворачиваться к сотруднице лицом, а просто протянул руку и взял предложенный напиток у бармена.

– Как я могу чему-то научиться, сидя в этом подземном аду, который вы называете офисом? – прошипела Элис, улыбаясь бармену, который передал ей еще один бокал шампанского.

– Слушай, я…

– Леди и джентльмены, добро пожаловать на борт «Золотого дитя». Могу вас заверить, что мы подготовили для вас совершенно особый вечер.

Ли и Гамильтон повернулись, услышав это объявление. Говорящий был одет в безукоризненный белый смокинг и черный камербанд.

– Я вам говорила, что красные камербанды выглядят вульгарно, – тихо сказала Элис сквозь зубы.

– Прощу меня извинить за то, что мой вкус отличается от вкуса хозяина вечера, лорда Хартфорда Бенеттона Харрингтона, семнадцатого лорда Саутингтона, – отозвался ее шеф.

– Звучит неправдоподобно, – заметила Гамильтон, оглядывая статного лорда с головы до ног.

Ли быстро взглянул на подчиненную, и впервые гнев не затуманил его единственный здоровый глаз. Он увидел ее глаза под черной вуалью, наблюдавшие за приветствующим гостей хозяином. Идеальные скулы Элис в паре со слегка вздернутым носиком обычно были для Гаррисона самым успокаивающим зрелищем в мире – но в этот вечер все было иначе. Ее внешность произвела на него обратный эффект, когда он понял, в какую опасную ситуацию поставила себя эта молодая женщина.

– Сегодня вы увидите одну из лучших коллекций в мире, – продолжал тем временем лорд Хартфорд. – Мы представим вам, леди и джентльмены, множество предметов из истории и становления человека и его понимания не только себя самого, но и бога или богов. – Многие из гостей удовлетворенно закивали, а Ли просто продолжал неприязненно наблюдать за происходящим. – Это не просто реликвии, при виде которых вы каждый раз будете испытывать восторг и восхищение, леди и джентльмены; вы будете очарованы ими – и, конечно же, допустимы любые проверки.

Собравшиеся гости захихикали над шуткой англичанина, который улыбался и кивал проходящим женщинам и мужчинам, направлявшимся в салон под палубой. Он напоминал улыбающуюся акулу, мимо которой проплывает добыча.

– Раз уж мы уже здесь, не могли бы вы закрыть глаза на мое якобы незнание специфики полевых операций, чтобы это не мешало нам выполнять свою работу? – спросила Элис, накидывая палантин на плечи и готовясь проследовать за остальными. Она полуобернулась и посмотрела своими зелеными глазами в голубой глаз начальника.

– Я уже пришел к этому заключению и так тебе и сказал, перед тем как ты умчалась сгоряча. – Ли внимательно смотрел на нее. – Но не думай, что на этом разговор закончен, Гамильтон.

– Поверьте мне, я знаю, что он не закончен, – сказала женщина, подставляя ему левую руку. – А теперь пойдемте посмотрим, из-за чего весь сыр-бор, генерал.

Гаррисон улыбнулся – ровно настолько, чтобы показать зубы, потому что ему и так было непросто не заскрипеть ими от ярости.

– Конечно же, миссис Гамильтон.

Когда они вместе с толпой прошли через золоченые стеклянные двери салона, Ли почувствовал, что многие смотрят на них. Пока он успел насчитать как минимум семерых вооруженных гостей. За ними следили по меньшей мере пятеро вооруженных охранников, и это, естественно, не считая экипажа. У Гаррисона появилось ощущение, что они с Элис входят в трюм пиратского корабля, и он четко осознавал, что придется полностью рассчитывать на импровизацию. Наклонившись к своей коллеге и убедившись, что никто не может их услышать, он заговорил:

вернуться

1

Широкий пояс, который принято носить со смокингом.

7
{"b":"588368","o":1}