У предводительши
Впервые — «Осколки», 1885, № 6, 9 февраля (ценз. разр. 8 февраля), стр. 4, с подзаголовком: Рассказ. Подпись: А. Чехонте.
Включено, без подзаголовка, в сборник «Пестрые рассказы», СПб., 1886; перепечатывалось во всех последующих изданиях сборника (с отдельными поправками во втором, шестом и десятом изданиях).
Вошло в издание А. Ф. Маркса.
Печатается по тексту: Чехов, т. III, стр. 142—146.
Сохранился рапорт цензора Энгельгардта, написанный в 1887 г. в связи с предполагавшимся изданием рассказа для народного чтения: «Автор говорит о панихиде и молебне как-то пренебрежительно и рисует пьяного священника и дьякона.
Рассказ этот не годится для народного чтения…» (Чехов, Лит. архив, стр. 260).
Сразу же после выхода в свет сборника «Пестрые рассказы» критика обратила внимание на этот рассказ. К. Арсеньев, считавший, что в рассказах Чехова преобладает «элемент анекдотический» и что «значительно большая их часть могла бы остаться похороненной в летучих газетных листках, без всякой потери для русской литературы и для самого автора» (см. вступительную статью к наст. тому, стр. 534—535), — выделил несколько рассказов, выходящих за рамки анекдота, и среди них рассказ «У предводительши». «Очень недурны также рассказы „У предводительши“, „Оба лучше“, „Пересолил“, „Комик“; и здесь источник комизма заключается в контрасте, не притянутом за волосы, но вполне естественном и жизненном» (К. Арсеньев. Беллетристы последнего времени. — «Вестник Европы», 1887, кн. 12, стр. 768—769).
М. П. Чехов полагал, что в рассказе показан дом дяди Чехова — Митрофана Егоровича. «В этом именно домике и схвачены Антоном Чеховым некоторые моменты, разработанные им впоследствии в таких рассказах, как, например, „У предводительши“» (Вокруг Чехова, стр. 33).
При жизни Чехова рассказ переводился на венгерский, немецкий, сербскохорватский, французский и чешский языки.
Живая хронология
Впервые — «Осколки», 1885, № 8, 23 февраля (ценз. разр. 22 февраля), стр. 3—4. Подпись: А. Чехонте.
Включено в сборник «Пестрые рассказы», СПб., 1886, и перепечатано с отдельными поправками во всех последующих изданиях сборника.
Вошло без изменений в издание А. Ф. Маркса.
Печатается по тексту: Чехов, т. II, стр. 70—73.
При жизни Чехова рассказ переводился на венгерский, датский, немецкий, польский и сербскохорватский языки.
Служебные пометки
Впервые — «Осколки», 1885, № 9, 2 марта (ценз. разр. 1 марта), стр. 5. Подпись: Человек без селезенки.
Печатается по журнальному тексту.
В бане
Впервые — как два самостоятельных рассказа: «Осколки», 1885, № 10, 9 марта (ценз. разр. 8 марта), стр. 4. Заглавие: В бане. Подпись: А. Чехонте; «Будильник», 1883, № 42 (ценз. разр. 29 октября), стр. 403—404. Заглавие: Относительно женихов. Подпись: А. Чехонте.
Первый рассказ с небольшими исправлениями вошел в сборник «Памяти В. Г. Белинского», М., 1899, стр. 167—170. Подпись: Антон Чехов.
Объединив «В бане» с переработанным рассказом «Относительно женихов» в один рассказ, состоящий из двух глав, Чехов включил его в издание А. Ф. Маркса.
Печатается по тексту: Чехов, т. I, стр. 5—13.
Помещая первый рассказ в сборник «Памяти В. Г. Белинского», Чехов выправил речь цирюльника, убрав бранные слова.
Сохранился автограф (ИРЛИ) первого рассказа, посланного вместе с рассказами «Оратор» и «Неосторожность» редактору сборника «Памяти В. Г. Белинского» П. А. Ефремову. В сопроводительном письме от 24 июня 1898 г. Чехов писал: «Если найдете их подходящими, то благоволите напечатать их под общим заглавием „Три рассказа“ или „Мелочи“, и в таком порядке: 1) Оратор, 2) Неосторожность и 3) В бане». Текст рукописи, по которой делался набор, полностью совпадает с публикацией сборника.
Сохранилась также (ЦГАЛИ) вырезка из журнала «Осколки» с текстом первого рассказа и начатой авторской правкой. Вычеркнуты две фразы: «Банщики без панталонов, а я в штанах-с, потому… я цирюльник», отсутствующая и в сборнике и в издании А. Ф. Маркса, и вторая: «И тогда же еще я вам ноготочки срезывал», оставшаяся в исправленном виде в обоих изданиях.
Для собрания сочинений текст первого рассказа был взят из сборника «Памяти В. Г. Белинского» с добавлением одной фразы (см. варианты); журнальный текст второго подвергся большой переделке (в основном — сокращению): в характеристике женихов были убраны бранные выражения — «мерзавец», «каналья», «сквернавец», «паршивец», «дурак» и т. п. Устранены рассуждения типа «В старину люди за всё деньги платили, а нынешние сами за всё деньги берут», «Будь у женского пола настоящий характер, да будь родители построже, не было бы на этом свете старого товара… девиц завалящих».
Рассказы Чехова, напечатанные в сборнике «Памяти В. Г. Белинского», Л. Н. Толстой 30 марта 1899 г. читал своей семье. Т. Л. Толстая писала Чехову: «Папа прочел нам также рассказы в сборнике Белинского, которые тоже очень ему понравились, так же как и всем нам» (см.: ЛН, т. 68, стр. 872).
Тема женихов затрагивалась Чеховым и в фельетонах «Осколки московской жизни» («Осколки», 1883, № 31, и 1884, № 1; см. т. XVI Сочинений).
При жизни Чехова рассказ был переведен на болгарский, сербскохорватский и шведский языки.
Разговор человека с собакой
Впервые — «Осколки», 1885, № 10, 9 марта (ценз. разр. 8 марта), стр. 5, с подзаголовком: Сценка. Подпись: Человек без селезенки.
Включено, без подзаголовка, в первое издание «Пестрых рассказов».
Печатается по тексту сборника «Пестрые рассказы», СПб., 1886, стр. 114—116.
Сохранилась писарская копия рассказа (ЦГАЛИ) без авторской правки, с пометкой: «…NB. В полное собрание не войдет. А. Чехов».
При жизни Чехова рассказ был переведен на сербскохорватский язык.
О марте
Впервые — «Осколки», 1885, № 11, 16 марта (ценз. разр. 15 марта), стр. 6. Подпись: Человек без селезенки.
Печатается по журнальному тексту.
С марта 1885 г. Чехов, по заказу Лейкина, начал регулярно писать «Филологические заметки», материал для которых он брал из книги И. Снегирева «Русские простонародные праздники и суеверные обряды». М., 1838. Чехов просил также и брата выписывать нужные ему сведения из «Русского энциклопедического словаря» И. Н. Березина (см. письмо М. П. Чехову от 10 мая 1885 г.). Написав заметки о марте, апреле и мае, Чехов задержал заметку об июне. 11 июля 1885 г. Лейкин спрашивал Чехова: «Что Вы, батенька, оставили писать Ваши толкования о происхождении названий месяцев?! Ждал я „июня“, ждал „июля“ и ни того, ни другого. Вы обещали, между тем, доставлять на все месяцы. Ну, июнь, бог с ним! А июль пришлите. Ведь это не бог весть как трудно. Я знаю и источник Ваш. Вы берете из книги Снегирева „Простонародные русские праздники“. Если Вы не будете делать, то я сам начну. Когда Вы обещались мне доставлять на каждый месяц статейку, то я из-за Вас отказал Пальмину, который тоже воспевал месяцы. ‹…› Пожалуйста, дайте мне знать, будете Вы продолжать писать или не будете?» (ГБЛ). 17 июля Чехов отвечал Лейкину: «…о месяцах, конечно, писать я буду. Пропустил я июнь и по лености, и сам не знаю почему. Вероятно, виновато тут отчасти такое обстоятельство: приехал как-то раз из Питера Алоэ и, выругав меня за мои филологические измышления, сказал, что „там“ (т. е. в Питере, у вас) удивляются, что я занялся такой скучищей и сушью, как месяцы и народные праздники… Врал Алоэ или нет, не знаю, но его слова сильно подшибли мой кураж».
Филологические заметки Чехов писал с трудом. Последняя заметка была «Об августе». На многочисленные запросы Лейкина он отвечал 14 сентября: «О сентябре вышлю к следующей неделе, если же у меня ничего не выйдет, то пришлю Сентябрь и Октябрь вместе, ибо они мало отличаются друг от друга — septem, octo…» В письме от 30 сентября Чехов снова обещает написать общую заметку о двух месяцах; 12 октября сообщает: «Завтра засяду и напишу „Сент‹ябрь› и Октябрь и Ноябрь“, — конечно, если не помешает что-нибудь вроде практики и проч.».