Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Белый механик

0. С почином

Видавший виды люк – в кляксах облупленной краски неопределенного цвета и оспинах метеоритных ударов – с чуть слышным шипением открылся, уравнивая давление и запахи. Из недр корабля пахнуло затхлостью и сыростью, словно из утробы огромного животного, и этот зверь терзался присутствием паразитов, копошащихся внутри.

– Добро пожаловать, господа патрульные!

Небритый «клоун» в помятой, но чистой форме суперкарго картинно склонился в шутливом полупоклоне. От него несло грубой смесью сивушных масел с этанолом. В галерее за сухопарой фигурой встречающего никого не было. На ином купце, бывало, вся команда встречать выстраивалась. А тут… Пуганые ребята, досмотр не раз проходившие. С такими нужно быть настороже.

– Чем обязаны? – суперкарго излучал фальшивую любезность.

– Стандартная процедура, – не опуская оружия, рослый офицер патруля тяжело шагнул из кишки переходного желоба. Экзоскелет боевого скафандра делал его похожим на робота – бездушную и беспощадную машину убийства. – Где капитан?

– Ждет в кают-компании. Я провожу – с вашего, разумеется, разрешения.

Старший кивнул сопровождавшим бойцам. Пара осталась у переходной камеры, остальные двинулись за главным, которого, норовя ухватить под локоток, уводил вглубь корабля семенящий паяц в обличье суперкарго.

Отсек, который сухопарый называл кают-компанией, нес отпечаток попоек и, судя по вмятинам и царапинам на переборках, возлияния нередко заканчивались дебошем. Посредине стоял грубый пластиковый стол со следами неаккуратной трапезы. За грязной плоскостью восседал в компании наполовину опорожненного стакана грузный одутловатый персонаж с капитанскими нашивками. Перед ним лежал потертым экраном вверх планшет в металлическом корпусе. В планшете, следовало полагать, ждали ревизии корабельный журнал и другая документация.

– Капитан? – полуутвердительно спросил патрульный.

– Милости просим, – прохрипел персонаж и смел рукой со стола грязные пластиковые тарелки, освобождая место.

– Что за бардак? – холодно поинтересовался офицер, игнорируя приглашение. – Следуйте процедуре!

– Эх, служба, – одутловатый пьяно икнул. Из-за его спины, игнорируя формальные процедуры, возник тенью кок в черном переднике, похожий на мясника со скотобойни. Он ловко метнул на стол несколько чистых стаканов по числу патрульных и блюдо с нехитрой закусью.

– Идем порожняком, – сказал одутловатый и толкнул в сторону патрульного планшет. – Если не веришь, пошли проверить бойцов. Документы в порядке. Следуем за фосфоресцирующими имплантатами в темную туманность, будь она!

– Без большого желания идем, как погляжу, – констатировал офицер, изучая содержимое планшета.

– С навигацией в туманностях прямо беда, – одутловатый испустил вздох, призванный изобразить вселенскую печаль. – Только зевни и словишь бесхозную глыбу в борт, а то и в корму. Морока, ей-ей! Но имплантаты того стоят.

Персонаж опрокинул в себя стакан, предусмотрительно наполненный коком, крякнул и, заметив, что терпение офицера на исходе, пояснил.

– Снимаю стресс! У меня, собственно, беда. Я хочу заявить об исчезновении члена экипажа.

Офицер оторвался от планшета и с интересом взглянул на капитана корабля. Пьяница должен бы знать, что последует за подобным заявлением. Патруль вывернет корабль наизнанку, чтобы удостовериться в правдивости его слов. Пропасть без вести в закрытом пространстве корабля невозможно. Исчезнуть можно только в двух случаях – броситься в реактор или выброситься наружу, а это может быть и убийством. Если купец и торопился, то теперь о скором прибытии в туманность стоило б забыть. Торговец или тот, кто выдавал себя за него, вел какую-то игру.

– Кто и при каких обстоятельствах пропал? – спросил офицер.

– Слышал о Белом механике?

Одутловатый персонаж изменился в лице и, утеряв хамоватость, теперь с надеждой вглядывался в румяное лицо патрульного. Офицер недобро прищурился.

– Байки травить будем?

– Это не байки! – Капитан с неожиданной яростью ударил пустым стаканом по столу.

– Я чуть не обосрался, – сказал суперкарго, присаживаясь с края стола.

– Заткнись, – оборвал его капитан.

– Я о механике, – уточнил суперкарго и, приложив руку к сердцу, чуть наклонился к повернувшемуся офицеру. – Ей-богу, чуть не обосрался…

1. Парабола

 В лицо дыхнуло чем-то терпким. Запах, вяжущий и неожиданно тошнотворный, вывернул внутренности, заставив резко согнуться и выскочить из мирка чужих воспоминаний. Чтение нейрозаписи на контактной пластинке памяти отняло в реальном времени физическую секунду, и вернувшаяся реальность отправила вестибулярный аппарат в нокдаун.

«Ошибка, – прошептала нейропластинка. – Требуется повторная синхронизация». Голос шелестел прямо в голове, возникая где-то на периферии сознания. Си-Ти – Симеон-Тимофей, дипломированный специалист по репутации – дрожащими пальцами содрал ее со лба. Пластинка в ладони была мягкой и теплой, словно хранила тепло кожи. Тело требовало очистить мозг от вороха чужих воспоминаний. Си-Ти прополоскало. Проклятье! Симеон-Тимофей предпочитал не пользоваться нейрозаписями других существ и испытывал к ощущению стороннего присутствия в голове что-то близкое к отвращению.

Отдышавшись, специалист по репутации выпрямился. Все еще чувствуя слабость, он оперся рукой о переборку, по которой на уровне глаз бежали наискось размашистые буквы, складываясь в слово «Механи…». Писавший торопился, и судя по незаконченному окончанию и бурым брызгам ниже имел на то весомые основания. Фломастер, которым творилось послание, был брошен на палубе. Следов борьбы в отсеке не наблюдалось.

На столике у иллюминатора стоял недопитый стакан, рядом валялся распотрошенный пакет с мультигалетами – дешевой питательной закусью из стандартного бортового меню, и что-то неуловимое шептало Си-Ти, что его вовлекают в спектакль. Едва уловимый душок бутафории мешал принять реальность драмы, разыгравшейся в тесном пространстве корабля, но в нее искренне верил здоровяк, закованный в латы тяжелого боевого скафандра. Симеон-Тимофей – среднего для хомо[1] роста, унаследованного от землян-родителей, едва дотягивал ему до плеча.

Здоровяк протянул мокрую салфетку. Он носил нашивки офицера звездного патруля и сочувствия в нем было ни на грош.

– Значит, судно нашли пустым, а? – спросил Си-Ти. Офицер покачал головой.

– Могу повторить, – терпеливо пробасил патрульный. – Транспорт Вест-Ник оставлен командой по неизвестным причинам. После обнаружения патрулем, отбуксирован к ближайшей обитаемой планете, где прошел стандартную обработку.

Специалист по репутации хищно втянул в себя воздух, пахнущий раскаленным песком, как в медотсеке после кварцевания. Крепыш не врал – корабль обработали и даже воздух заменили, но надпись на переборке оставили, да и галеты эти. Зачем? Эдак выяснится, что и судовой журнал на месте, дожидаясь пытливого читателя в целости и сохранности.

– Копия моей нейрозаписи, – патрульный многозначительно постучал себя по виску. – Как? Впечатлений достаточно?

Симеон-Тимофей задумчиво повертел пластинку в руке.

Здоровяк неожиданно оглянулся, будто услышал что-то за спиной. Кроме него и Си-Ти на корабле никого не было, лишь шелестел еле слышно в системе вентиляции ветерок, да где-то в недрах транспорта гудела тихонько обезличенная механическая жизнь. Корабль мог поддерживать себя в рабочем состоянии без команды, как и большинство современных судов. Но внеземелье безнадежно поражено паранойей. Редкий капитан не дублировал автоматические системы членами экипажа, суеверно цепляясь за жизнь во всем ее внеземельном разнообразии.

Брошенное судно, как утверждал нервный броненосец, нашли у темной туманности, получив сигнал бедствия. Транспорт дрейфовал с заглушенными двигателями. Патруль обшарил корабль, но команды не обнаружил, хотя спасательные капсулы и скафандры оставались на месте. Трюм найденыша был под завязку набит криогенными камерами. Мерзавцы специализировались на перевозке рабов – хомо и ксеноков[2], захваченных на одном из множества мелких поселений у границ галактического рукава. Места темные, порядки – варварские.

вернуться

1

Хомо – Род Homo (лат.) – люди.

вернуться

2

Ксенок – производное от ксенос (др-греч.) – чужой. Гипотетически – неземные формы жизни.

1
{"b":"583730","o":1}