-Бог Леса, Хранитель Земли, Супруг Матери, Сеятель семени, возрождённое зерно! Приди, о, Рогатый!- неожиданно высоким дребезжащим голосом завопил он.

Ритм барабана усилился, стал мощным. Слушатели в чёрных мантиях застучали по утрамбованной земле пятками, ударили ладонями по бёдрам, поддерживая возбуждённый грохот и заголосили хором.

-Ио! Оэ!

Я стояла на самом крае толпы, поближе к спасительному лесу, чтоб в случае чего отступить в, ещё не подсвеченный первыми лучами солнца, лес.

-Ты, безымянный, пришёл сюда, чтоб получить инициирование данное всем, кто желает воцарения нашего Бога!

Жрец подошёл со стороны головы к лежащей жрице, наклонился и впился ей в губы.

-Ты пришёл, чтоб отдать себя Богу, чтоб отдать нам свой поиск, чтоб приобщиться к Природе и её рогатому покровителю.

Он повернулся к стоящим вокруг и обвёл их царственным жестом.

-Я приветствую всех как избранный сын нашего Бога. Он, присутствующий здесь незримо, чтоб запечатать клятвой и жертвой твоё вступление в его семью. Выйди же к алтарю Величайшего из супругов и принеси своё семя в жертву!

Стоящие вокруг загудели на одной ноте и снова ударили себя по бёдрам ладонями. В круг ступил высокий худой мужчина. Голова его была покрыта капюшоном, я не видела его лица, не могла определить его возраст. Даже то, что это мужчина было понятно только по ширине плеч, росту и широкой походке.

-Скорей же, Гюльчатай, открой личико!- внутренне вопила я от нетерпения. Так как дожидаться очевидного продолжения ритуала мне не очень хотелось. Всё чего хотела я - увидеть лицо убийцы. К несчастью, увидеть мне довелось намного больше.

Неофит стоял спиной ко мне и, когда жрец сорвал с него плащ, кроме костлявого зада и сутулой прыщеватой спины я ничего полезного не обнаружила.

Посвящаемый не стал ждать слишком долго. Очевидно он был накачан какой-то возбуждающей дрянью и был вполне готов к "жертве". Кому могло принести пользу дурное семя убийцы мне не было понятно, но бросился на женщину он так быстро и так зарылся лицом в её пышную грудь, что мне оставалось только ждать, чтоб Сильвер успел снять его мерзкую личину. В том, что она мерзкая, я почему-то не сомневалась.

Сам процесс, хотя и не выглядел привлекательно, но поднял во мне волну недавно пережитых воспоминаний.

Неофит зарычал, смотрящие заголосили. Кто-то даже стал задирать свои чёрные плащики и хватать себя за внезапно забеспокоившие их органы. Мой чёртов сканер ударил по ним моей, едва проснувшейся, женской страстью.

Меня затрясло. Жрица, захлёбываясь от реакции собственного тела, завизжала. Ритмично и с силой вдавливающий всего себя в женскую плоть, костлявый наконец поднял голову и захрипел конвульсивно вздрагивая.

Боюсь, это лицо долго будет являтся мне в страшных снах! На подгибающихся ногах я отступила к краю поляны. Жрец, инстинктивно повторявший движения неофита, с трудом взяв себя в руки, со всей дури шарахнул его по потной спине, неизвестно откуда взявшимся, кнутом. По спине потекла кровь.

-Мы рады, что ты пришёл засеять нас своей кровью и дарами. Ты загадка, я ответ. Вначале было жертвоприношение, теперь есть слово, которое станет твоим именем, пока Рогатый не отметит тебя иным. "Ра" - имя тебе, что означает Аскет. Дисциплина. Единство всего сущего и возвращение всего к единому.

В твоём начале мы были. После тебя мы будем. До нас те, кто никогда не назывался. После нас они будут - ждущие. И через этот ритуал станешь, как с нами, так и с ними. Мы ясные, кто облачился в чёрное, встречаем солнце с новым сыном. Через своих детей мы будем обладать Землёй!

Я уходила всё дальше, а вслед неслось.

-Принимаешь ли ты закон Рогатого Бога?

-Принимаю..

-Связываешь себя словом и делом, мыслью и семенем с нами, без страха и сомнений?

-Да,.. связываю.

-Подтверждаешь, в присутствии собрания, что я твой Мастер и учитель, а та, что приняла жертву, твоя Госпожа, пока не подарит Рогатому продолжение твоё...

Последние слова я едва услышала. Скорее догадалась.

-Скорее, под крылышко к своему любимому..

Сама не поверила, что вдруг назвала так Торина. Всё сегодняшнее было для меня слишком. Как-то сразу навалилась усталость и возникла боль внизу живота. А мне ещё столько добираться..

-Как бы мне дома на диванчике получиться? -вспомнила я слова из смешной папиной сказки. Мне вдруг стало стыдно,- что подумал бы отец? Может я распущеная, слишком ранняя для связи с парнем. Он, хоть и не намного старше меня, а по его клановым законам - мужчина. А я глупый ребёнок, который спешит вырасти непонятно зачем. Хотя вокруг уже есть близкие, готовые задержать моё детство, которого, в сущности, так и не случилось..

Я вдруг заплакала, от ноющей боли в животе, от жалости к самой себе, вечно хорохорящейся, от желания зарыться в обьятия Торина, оказавшиеся такими сладкими и надёжными.

Спускаясь по металлическим прутьям лестницы я поскользнулась от изнеможения и Торин, извёвшийся от ожидания, практически поймал меня на руки и прижал к себе. Но, моментально почувствовав в каком я состоянии, быстро усадил меня на брошенную на землю куртку и прислонил к стене.

Он стащил с меня изодранный ветками плащик, который я так и не сняла, спеша поскорее вернуться обратно. А, вобщем, просто забыв о нём. Рванул застёжки комбинезона.

-Что там случилось?- заботливо спрашивал он, обтирая моё тело, покрытое каплями холодного липкого пота, протискивая между конвульсивно сжавшихся зубов фляжку с чем-то жгучим, остро пахнущим.

Я закашлялась от обжигающей рот жидкости.

-Что это?-прохрипела я, открыв рот и маша ладошкой возле него.

-Настойка.. Грибы одни.. на спирту. Для поднятия сил,.. вобщем.

-Фу! Она мне дыру в желудке не прожжёт эта твоя настойка?- уже куда более бойко возмутилась я.

-Не-а,- обрадовался моей привычной злости Торин. Моя слабость пугала его намного больше,- ты давай, хлебни ещё, а то с меня Герасим шкуру сдерёт.

-А он и так с тебя шкуру сдерёт,- не преминула я пошантажировать парня, что носился вокруг меня, как наседка.

Торин побледнел.

-И прав будет. Я сам с ним поговорю. Я виноват.

-Не вздумай!- вскинулась я,- а то я тебя и видеть не захочу! Никому, я тебе говорила!

-Но ты же сама..- замямлил он.

-Я пошутила.. дурак.. никому нет дела, до моего тела,- довольно банально скаламбурила я.

-Это почему же?- теперь уже явно он пытался поддеть меня, бросая довольно красноречивый взгляд на мою расстёгнутую одёжку.