Капитан Траш вбежала в рубку, приняла у Маслёнки штурвал и немедленно заложила такой вираж, какой я от «Морского Конька» даже не ожидала. Зелёный луч, будто почувствовав, что на борту мои друзья, потянулся за судном, пытающимся маневрировать среди горящих обломков. Поток зелёной энергии вилял за ним взад-вперёд, подбираясь всё ближе и вздымая в воздух огромные клубы пара от мгновенно вскипающей воды. Затем корабль вошёл в полосу чёрного дыма и скрылся пелене поднявшегося над рекой тумана.
— Ты чудовище! Ты не Луна! У тебя ничего общего с Луной! — закричала я, бессильно молотя копытами по внутренней стенке капсулы. По моим щекам бежали горячие слёзы.
— Ты одна в ответе за это, Блекджек, — произнесла Когнитум с невыносимым спокойствием. — Луна отправляла на смерть десятки тысяч, чтобы спасти жизни миллионам. Мне же, к сожалению, приходится приговаривать к смерти сотни, чтобы преодолеть твою гордыню и упрямство. Каждая из этих смертей на твоей совести.
Голограмма пылающей реки сменилась величественным зданием Коллегии. Я видела охранников, прогуливающихся по периметру крыши. Сегодня здесь тоже было гораздо больше пони. Десятки пегасов работали вместе с пони Коллегии, помогая в их повседневных делах. Только один или два охранника на крыше, казалось, заметили, что на юге творится что-то неладное.
— Нет! — закричала я, когда ударивший зелёный луч взорвал крышу одного из корпусов. Пережившие даже Эквестрийскую войну, здания взрывались пылающим мусором и обломками везде, где их касался луч обороны Ядра. Пони в панике бросились в рассыпную, пытаясь найти укрытие. Жёсткий зелёный свет смертоносного луча сфокусировался на фундаменте строения и пробился внутрь. Пламя рванулось из окошек подвала, а затем из окон первого и второго этажа, и через мгновение оттуда посыпались пони с пылающими гривами и одеждой.
— Пожалуйста! Пожалуйста, нет! — закричала я. Поток энергии прошёлся по медицинской школе, срывая фасад.
Луч остановился, а я плакала, не в силах отвести взгляд.
— Нет. Ты не можешь так поступить.
— Поправка. Не смогла бы. Если бы ты не нарушила подачу энергии к системам, которые мешали моему управлению, сомневаюсь, что я могла бы сейчас добиться таких результатов. Но даже сейчас мне приходится парировать тысячу контркоманд просто чтобы тысяча первая моя команда прошла как нужно, — ответила Когнитум. — Только ты в силах остановить это, Блекджек. Не я. Мне уже почти нечего терять.
Изображение на голограмме снова сменилось, теперь это был Риверсайд. Поселение процветало даже при ужасной погоде. Пони, казалось, заподозрили, что что-то происходит и оглядывались в поисках опасности. Среди них я заметила несколько Песчаных Псов и узнала одного из них. Ровер настороженно нюхал воздух возле торгового лотка с довоенными платьями, а рядом с ним стояла юная Фифи.
— Прошу, не надо. Пожалуйста. Луна. Если в тебе действительно осталось хоть что-то от Луны… остановись, — взмолилась я.
Когнитум не ответила. Мгновением позже, с западной стороны Ядра ударил новый луч противовоздушной обороны и прочертил линию поперёк реки и прямо через рынок. Ровер, схватив Фифи, отбросил её в сторону, а торговец платьями испарился. В поисках спасения пони бросились в магазины, но те стали взрываться один за другим, погребая несчастных под горящими обломками. Я видела, как Ровер и другие Песчаные Псы направляют пони ко входам в метро, но пони было так много, а входов так мало… У ворот образовалась давка. Зелёный луч коснулся улицы и пополз в сторону метро, двигаясь гораздо медленнее, чем обычно, но явно слишком быстро для большинства пони. Ровер с Фифи на плечах нырнул в метро, а через секунду луч прошёл по толпе и ударил в туннель. На мгновение он остановился, но затем я поняла, почему, увидев как из бесчисленных вентиляционных отверстий и надстроек повалил дым. Через несколько минут луч угас, но пожары продолжили полыхать.
Я сжалась в капсуле, зажмурившись и твердя себе, что если я передам Когнитум полный контроль над ЭП-1101, она сможет творить бесконечно более ужасные вещи. На фоне моих заживо сжигаемых друзей это было слабое утешение.
— Не думай, что это приносит мне удовлетворение, — скорбно произнесла Когнитум. — Скажи мне, что ты знаешь об этом шифровании. Как пароль? Назови имя.
— Нет, — слабо отозвалась я. Что я скажу, если встречу тех, кто это пережил? Что они умирали, чтобы защитить пароль? Чтобы не дать монстру дорваться до власти? Но если я сейчас сдамся, насколько всё хуже обернётся?
— Прискорбно. Что ж, что дальше? — весело отозвалась кобыла. — Столько потенциальных целей. Общество? Может, Арена? Те неупокоенные твари в старой больнице…
Голограммы сменялись одна за другой.
— Небесный Порт Рейнбоу Дэш? Мегамарт? — последовала пауза: — Или твой старый дом?
Изображение в голограмме показало вход в Стойло Девять Девять и пони, трудившихся на поверхности. Несколько секунд кобыла молчала, а затем вкрадчивым, почти соблазнительным голосом спросила:
— Или, может быть… здесь. — Я зажмурилась крепче. — Взгляни, — ласково позвала она, и я замотала головой, как жеребёнок. — Смотри, — повторила она с нажимом. Я подняла веки.
Передо мной парило изображение Капеллы. Я видела бегающих в панике пони. Может они заметили лучи? Видели взрывы? Наверное, это уже было не важно. Я заметила Хаприку, пытавшуюся увести детей в здание почти и Чарити, взобравшуюся на кучу ящиков, чтобы направлять жеребят и кобылок. Хаос был немного более организованным, чем в других местах, но у меня перехватило дыхание, когда я увидела на лицо жёлтой кобылы легли линии сетки наведения.
— Остановись, — прохрипела я. — Я скажу. Пожалуйста. Остановись.
— Каков же пароль? — ликующе промурлыкала Когнитум.
Я вздохнула и закрыла глаза.
— Я не знаю. Правда, не знаю. Но я знаю, кто зашифровал файл.
Я нервно сглотнула. Из-за того, что я отдавала ей эту информацию, ощущение было, будто я глотала битое стекло.
— Программу зашифровала кобыла из моего Стойла, Дакт Тейп. Она хотела убедиться, что Смотрительница не доберётся до неё и не убьёт, ударив в спину. Что она и сделала.
— Ах, вот оно что. Самодельное, любительское, непрофессиональное шифрование, — уныло протянула она.
— Но это же хорошо, верно? — спросил Стил Рейн, хмуро глянув на меня в моей капсуле. — Ведь простое шифрование вроде этого… ты должна взломать в два счёта.
Когнитум ответила не сразу.
— Теоретически, да. Но защита вроде этой, может быть ужасно нестабильной. Я не знаю программиста. Я могу лишь предположить, что она руководствовалась инструкциями Стойл-Тек, но что, если на неё повлияли другие учебники? Какие нововведения она могла использовать? — Кобыла покачала головой и взглянула на терминалы. — Я могу всё разрушить просто потому, что она допустила дилетантскую ошибку. Нет. Нам нужен именно пароль. Слово или фраза, которая снимет защитную матрицу и откроет нам доступ к этой силе. — С этими словами она подошла к моей капсуле. — Так что давай-ка позволим Блекджек использовать две последних попытки.
Образ Капеллы сменился мигающим полем запроса пароля.
— Мне? — я вытаращилась на кобылу.
— Тебе. Ещё две попытки, — ответила она со спокойной улыбкой.
— У тебя же столько вычислительных мощностей в этой… этой штуковине! — воскликнула я, ткнув копытом в кучу машинерии. — Ты знаешь, кто это зашифровал. Разве ты не можешь сделать… что-нибудь! Какую-нибудь заумную компьютерную хрень?
— Могу. Зная программиста, полагаю, я могла бы взломать код за день, не больше. — Она улыбнулась, капсула раскрылась и я была вынута на холодный, влажный воздух, пахнущий ржавчиной и мокрым камнем. Моих ушей достиг плеск воды, льющейся из бесчисленных источников. Я совершенно не представляла, как она спасает эту каверну от полного затопления. — И тем не менее, я верю в тебя, Блекджек. Я знаю, что ты можешь это сделать. И готова поспорить на жизни всех пони Капеллы, что я права.
Хыы. Вот уж спасибо. Я взглянула на поле ввода пароля. Дакт Тейп была близка с П-21, так что я догадывалась, кем был тот самый «он», о ком говорилось в подсказке. Имя, которое любил П-21? Конечно же он любил того единорога, но я точно знала, что это не может быть «Е-21». Это имя должно связывать его с моим Стойлом.