- Ты уже встал? - в комнату на цыпочках вошла стройная, коротко стриженная брюнетка, немногим старше тридцати. Она была в легком полупрозрачном халатике до колен и направлялась к большой кровати у стены.

Кнут не обернулся. Он знал - это была Таша. Кроме него и сестры в их большой квартире никого не было.

- Как ты можешь в такую холодину стоять раздетым? - она залезла в его кровать и накрылась плотным, с мраморным принтом, одеялом. На ее лице не было и следа сна - она давно проснулась. Таша смотрела на недвижимую фигуру брата, ожидая от него хоть какой-то реакции. Но Кнут не ответил. Он продолжал завороженно смотреть на стоявшую темную фигуру, размываемую туманом.

- Что там? - вопрошала Таша, не желая мириться с безразличием Кнута.

Ее одолевало любопытство. Она ерзала на простыне; наклонилась слегка в сторону, пытаясь хоть немного увидеть лицо брата. Но у нее ничего не получалось. Она ухватилась за одеяло и тихо сползла с кровати. Накинув его на плечи и укутавшись потеплее, Таша на носочках побрела к Кнуту. Ей очень хотелось подойти поближе и громко что-нибудь прокричать. Но напряженный взгляд брата быстро сместил акценты. Она осторожно обняла его, накрывая его холодное тело одеялом. Таша наклонила голову ему на плечо.

Она была ниже его на полголовы, и каждый раз использовала удобный случай, чтобы прилечь на его массивных плечах, забываясь на миг и вдыхая холодный аромат источаемый его телом. Он ей никогда не нравился, так как всегда напоминал ей о ее ошибках.

Таша крепче обняла неподвижного Кнута и глубоко вдохнула. Она смотрела немного в сторону и размышляла о давно минувшем. Ее золото-карие глаза сияли в неподвижном сером свете - чистые и незамутненные, как и ее лик, не выказывающий никакой тревоги. На ее лице не было ни одной морщинки или маленькой складочки от легкой улыбки. Идеальное лицо куклы - притягательное, но искусственное.

- Что беспокоит моего братика на этот раз? - не отрываясь от созерцания пустоты, миловидно прошептала она.

В повисшей паузе, Таша вновь ожидала реакции брата. Но и на этот раз ее не было. Слегка нахмурив левую бровь, сестра вышла из-за занавеса серого света.

- Кого ты там увидел? - она посмотрела в окно.

Тень прохожего растворялась в тумане. Будто и не человек это был, но призрак. Влажная пелена тумана унесла прочь черного наблюдателя и старательно стерла любое доказательство его существования. Кнут с сестрой стояли, не говоря ни слова. Только она прижалась к нему крепче, да укутала в одеяло получше.

- Кто на этот раз? - безо всякой иронии спросила она.

- Впервые его вижу...

Сестра смерила на брата суровым взглядом.

- Мне поставить Марса в известность? - напряженно спросила Таша.

- Думаю, он уже в курсе.

- Я все же сама с ним поговорю, - настояла она. - Может не стоит идти на встречу?

Кнут отстранился от сестры и направился к шкафу; достал белую рубашку и повернулся к сестре.

- Таша, мы об этом уже говорили, - бескомпромиссно отрезал Кнут.

- За тобой следят и меня это напрягает, - Таша обернулась. - Ты играешь в опасные игры.

- Мой выбор не должен тебя беспокоить.

- Но я волнуюсь за тебя, - Таша попыталась подойти.

Но Кнут остановил ее взглядом. Он застегнул последнюю пуговицу на высоком воротнике.

- К этому все шло.

- Я знаю, но...

- ...ты волнуешься за меня, - Кнут фальшиво улыбнулся, - я знаю.

Таша повернулась к окну.

- Когда я посвящала свою жизнь тебе, я не думала, что ты пойдешь по моим стопам, - с сожалением произносила она. - Прятала половину себя, скрывала всех своих знакомых. Кого ты видел? Да никого. Только Марса, разве что... И все равно ты стал тем, кем стал.

Кнут неслышно подошел к сестре и обнял ее. Таша едва вздрогнула. Она дотронулась до отражения брата в окне.

- Так говоришь, будто прощаешься со мной.

- Дурак, - с досадой выдала она. - Я говорила тебе, Лера слишком опасна. Она сильно подвержена влиянию чувств.

- До сих пор мы находили с ней общий язык.

- Удивляюсь как, - Таша посмотрела на брата. - Я не буду отговаривать тебя. Ты уже вырос из того возраста, когда я делала выбор за тебя.

Таша отошла от него и вернулась на кровать.

- Но совета моего послушай.

Кнут облокотился на окно и сложил руки.

- С Лерой я знаюсь давно. Ты еще не родился, а мы уже грызлись с ней из-за сфер влияния. Наши мужья скоро отошли в мир иной не без наших усилий, как ты знаешь. И у нее есть на меня зуб. Ты сказал, что вчера она сама предложила тебе встретиться с Валентором, а это странно.

- Да, странно, - согласился Кнут. - Но это выгодно и мне, и ей. Больше, конечно же, ей. Но и я получу то, что так долго желал.

- Ты мой брат и она об этом вспомнит. Я ее слишком хорошо знаю. Она ни за что не упустит шанс придавить хвост тому, кто мне дорог.

- Если она поддастся чувствам и попытается предать меня...

- Я не хочу знать, что дальше будет, - перебила она. - Зачем ты ходил к Елане?

Кнут не смог скрыть удивления, услышав вопрос и с укоризной посмотрел на сестру:

- А я думал ты отошла от дел?

Но та лишь невинно пожала плечами.

- Я надеюсь, что не из-за нее ты принял это решение? - Ташу уже было не остановить.

- Ты опять за свое? - Кнут брызнул взглядом.

- Пойми, если ты пойдешь на поводу у чувств...

- Я желал увидеть ее - не более, - отрезал Кнут. - Несколько дней назад один наш общий знакомый напомнил о себе. Вот я и решил поглядеть, как она.

- Что за знакомый?

- Семиовский Кирилл. Он приходил зачем-то в клуб - меня разыскивал. Охрана не пустила его.

- Семиовский? - задумчиво переспросила Таша.

Кнут посмотрел на сестру. Ему не верилось в то, что Таша, будучи злопамятной, забыла самое большое разочарование в его жизни. Ее глаза говорили об обратном.

 - Лаборатория, в которой он работает, занимается исследованием гриппона и «белой язвы». На недавнем заседании, в Министерстве, Кирилл предположил, что вирусы каким-то образом связаны.

- Да, я что-то слышала об этом, но не думала, что твой однокашник окажется столь прозорливым в этом вопросе.

- Хм, - Кнут злобно улыбнулся сам себе, - благо далеко его идеи не успеют уйти.

Таша обреченно вздохнула. Она поправила одеяло и добавила:

- Будь осторожен с Лерой.

Кнут был одет в темно-синий костюм-двойку. Высокий ворот рубашки стильно обрамлял его тонкую шею. Брат кинул прощальный взгляд на сестру и вышел вон.

Таша осталась в одиночестве. Ее мысли роем кружили над последними словами брата. Ей - королеве интуиции, непременно нужно было понять, зачем Кириллу понадобилось приходить в «Невъ-8» и искать встречи с Кнутом. Она была живой свидетельницей разрыва всяческих отношений между когда-то лучшими друзьями. И под ее пристальным взором Кнут проживал тот день, когда Елана выбрала Кирилла. Тогда, Таша готова была утешить брата. Она готовилась к худшему, ожидая эмоционального извержения, несмотря на то, что после возвращения у Кнута были проблемы по части чувств. И Таша ошиблась. Кнут пережил любовный разлад легко. Будто и не было сердечной раны. Но его сестре не стало от этого легче. Полное отсутствие эмоциональной привязанности говорило о необратимом изменении Кнута. Такая эмоциональная крепость брата всегда пугала Ташу, но глубоко внутри она продолжала верить, что в нем еще могут проснуться эмоции.

Однако именно их отсутствие помогло когда-то молодому Кнуту завоевать себе место под солнцем. С невероятным усилием и остервенением он добивался авторитета. Жизнь лишила его билета в сияющее общество, но и к тому моменту, когда они раздавались, Кнут в нем не нуждался. Верить в сказки он перестал в одиннадцать лет, когда лишился родителей и дома. Он добровольно выкинул себя на улицу, где началась его большая трансформация. Не без помощи мастеров окружавшего его мира, он смог стать тем, кем стал. Будучи химиком по призванию, он был и лидером по гению своему. Жесткой хваткой, непревзойденной хитростью он обошел всех своих конкурентов. Заставляя, подчиняться одних и уничтожая, не без удовольствия, других. И уже в двадцать восемь лет Кнута по праву называли самым опасным лидером химического теневого бизнеса. Неординарные способности помогали ему контролировать свое ближайшее окружение. И то, что вскоре тень руки Кнута нависнет и над биологическим сумраком России, было делом времени.