Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Дичаров Захар

Тайны острова Эль-Параисо

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Мы летим, двадцать третью неделю подряд. Позади - миллионы миль, отделяющие нас от Марса. Впереди - около трех часов пути до "Эстеллофоруса-119" - орбитальной станции, на которой нам предстоит более чем суточная стоянка. А там и до Земли, как говаривали в минувшем XX веке, - "рукой подать".

Не знаю, как для других пассажиров нашего корабля, но для меня столь длительная и однообразная дорога - не в тягость. Я и здесь, на борту, продолжаю заниматься тем, что уже много лет заполняет мой ум, мое время, даже досуг, - продолжаю работу над "Историей поисков неведомых цивилизаций". Три первых тома этого труда увидели свет значительно раньше. Последний, четвертый, выйдет, я полагаю, в будущем, 2099, году.

Фактов и имен в этой истории - великое множество, такое великое, что мне, чтобы чего-то не позабыть и не повториться, приходится временами возвращаться и уже написанному. Вот и сейчас я перечитываю в первом томе такие страницы:

"... Итак, очевидно, что в 70-х годах Двадцатого века Земля уже располагала превосходной техникой, которая по мощности передающей и по чувствительности приемной аппаратуры позволяла установить двустороннюю радиосвязь в радиусе, по крайней мере, тысячи световых лет..."

Тут я прерываю свое занятие. Мерцающие зеленоватые вспышки на квадратном настольном табло дают знать, что сюда идут. Экранчик телеглаза сообщает о том, кто идет. Я встаю и как всегда с радостью встречаю друга моего и неизменного шахматного партнера доктора Орфуса.

- По всем данным, - произносит он нараспев, - ты уже должен был утомиться, сотворец Заургеу. До обеда остается семьдесят минут, не хочешь ли сразиться!

- Я! Охотно.

И мы садимся за столь же умную, сколь и древнюю, игру. Погружаемся в ее комбинации и попутно, между прочим, ведем далекий от шестидесяти четырех клеток разговор.

- Как движется восемнадцатая глава последнего тома! - спрашивает мой противник.

- Пока никак... - Я переставляю своего слона на новую позицию. - Меня, знаешь ли, снова потянуло в прошлый век. К началу поисков. - И пока доктор Орфус раздумывает, как ответить на мой ход, напоминаю ему о том, что он, может быть, забыл, а может, и вовсе не знал. - Видишь ли, поскольку земная атмосфера "размывала" изображение небесных светил, наблюдение за ними уже давно вынесли за ее пределы и еще более века назад на нескольких орбитальных станциях, на расстоянии 110-140 миль от Земли, установили инфракрасную аппаратуру высокой чувствительности. Так было получено превосходное изображение планет на межзвездных расстояниях...

Доктор Орфус делает ответный ход. Только теперь я понимаю, что мой предыдущий был далеко не самым лучшим, более того - весьма самонадеянным. Ну, что же, тогда сделаем вот так!

- А-а... Интересно, интересно... - глубокомысленно изрекает партнер, то ли по поводу услышанной информации, то ли относительно сделанного мной хода. - Мы... Припоминаю, припоминаю... Скажи, это ведь еще в 60-х годах Двадцатого кто-то высказал гипотезу о том, что существующие сверхцивилизации ведут между собой переговоры! А?... Шах, дорогой Заургеу!

Но он поторопился, мой добрый старый друг. Шах - это еще не мат. И следующим ходом я даю ему понять, что и в столь тяжком положении мне не следует отчаиваться. Бой продолжается. А тем временем я рассказываю ему:

- Академик Таланов, предложивший подслушивание сверхцивилизаций, исходил из того, что разумные существа отдаленнейших звездных миров могли избрать для таких переговоров радиоволны длиной в двадцать один сантиметр...

- Почему именно двадцать один!

- До потому, дорогой мой, что такой длины радиоволны излучает самый распространенный элемент Вселенной - водород. Можно было с полным основанием предполагать, что обитатели звездных миров использовали эту волну в качестве универсальной для взаимного общения.

Что-о?! Так и есть: доктор Орфус устроил мне мат.

Он скромно смотрит на доску, на меня, а затем невинно спрашивает:

- Начнем другую! - Не дожидаясь согласия, он расставляет на доске фигуры, а расставив, тут же делает первый ход. Теперь я сосредоточенно молчу, а он дал волю своему обычному скепсису и усердно припоминает детали, о которых я и без того отлично осведомлен. - Мм... И ведь, кажется, под руководством того же Таланова где-то в 80 годах Двадцатого была построена грандиозная система радиотелескопов! Ну да, для поиска сигналов неведомых цивилизаций. Я не ошибся!

Нет, он не ошибся. Эта система действительно существовала и принимала она световые сигналы на расстоянии многих сотен световых лет. Орбита ее приема охватывала более тысячи звезд, на которых предполагалось присутствие разумных существ.

Ловкой комбинацией я ставлю под удар ферзя. И уж не потому ли он произносит в сдержанном миноре:

- Но - эффект, где эффект! (Это относится вовсе не к шахматам]. Ничто в пределах наблюдаемой Вселенной не подтвердило гипотезы Таланова о существовании иных миров. Ничто! Вселенная молчит! Мм...

- Разумеется... Ведь некоторые ее прекрасные города небесного цвета оказались мертвыми. Никакой жизни - только безгласные вещи.

- О, какой слабый аргумент! Раз есть вещи - значит они сделаны разумными существами, значит жизнь в городах-была!... А вот куда же она исчезла! И почему!

Доктор Орфус пожимает плечами. Мы молчим. Мы размышляем о странной планете, о единственной, на которой землянами найден после долгих поисков иной, пусть погибший, но иной мир.

В моем радиофоне раздаются три коротких музыкальных фразы: приглашают в салон, подошла пора обеда. Мы прерываем партию. Подымаемся. Выходим.

За обедом я рассеян и больше, чем о чем-либо другом, думаю о возможных и невозможных сверхцивилизациях, о планете "Голубых Городов", о цели, ради которой я нахожусь здесь, в космолете: размышляю о моем старшем сыне, которого все зовут Лав-Астробиолог, ибо под другим именем его мало кто знает...

Еще в юности история поисков неведомых миров и самое главное - открытие планеты с погибшей цивилизацией так поразили его воображение, что он решил навсегда посвятить себя науке, которая ищет во Вселенной следы жизни.

Ничто не могло убедить его в том, что планета Земля - не более чем чудесное исключение из великих и непреложных законов развития мироздания.

- А метеориты! Разве не приносят они сигналы о том, что жизнь где-то там - не легкомысленная выдумка землян! Вспомните-ка, разве не в сентябре 1969 года в одной из пустынь Австралии обнаружили пришельца из космоса! В нем оказалось одиннадцать аминокислот - тех самых, которые представляют собой главные составляющие живых клеток.

Долгие годы специальные поиски "соседей" во Вселенной не прекращались. Именно тогда, в 2089 году, и была открыта планета "Голубых Городов". Продолжались экспедиции в космос, исследовавшие астероиды и крупные метеорные тела с остатками органической жизни.

Такую вот астробиологическую экспедицию, улетевшую с Земли в Неизвестное почти шесть лет назад, возглавляет сейчас мой сын Лав-Астробиолог. Хоть редкие и скупые приходят от нее известия, но это успокаивает. Что бы он ни нашел во Вселенной, мой Лав, я жажду лишь одного: его скорейшего возвращения. Описание этой экспедиции заключило бы мою "Историю поисков неведомых цивилизаций" и завершило весь мой долголетний труд.

Командир нашего космолета сказал, что к орбитальной станции мы (если считать по земному календарю) подойдем ночью. В ту ночь я не ложился спать. И вовсе не потому, что меня томила бессонница. Я должен был знать, продолжает ли находиться на "Эстелпофорусе-119" астрофизик Сэйдзюро и смогу ли я с ним увидеться.

Ради встречи с ним и с Патрицией Асатиани - шеф-механиком космолетов, обитавшей в данное время на Марсе, в колонии землян, - я и совершил это путешествие. Сэйдзюро и Патриция были единственными оставшимися в живых людьми, которые побывали на планете "Голубых Городов"; мне необходимо было встретиться с ними.

1
{"b":"58127","o":1}