Коридор закончился ржавой железной вертикальной лестницей, ведущей наверх к люку под потолком. Снизу можно было разглядеть только темное небо, так что подростки не могли знать, что или кто ждет их наверху. Если Маринетт еще могла спуститься по ней с завязанными глазами, то каким образом похитителям удалось спустить вниз бессознательного Агреста? Девушка не видела и не помнила, парень не представлял.
Надев болтающийся браслет наручников на большой палец, чтобы случайно не шуметь цепью, Адриан первым начал взбираться наверх. Путь был коротким: всего в два человеческих роста, и выходил на открытую площадку перед каким-то старым заводом. Убедившись, что вокруг никого не было, юноша вылез наружу и помог поднимавшейся вслед за ним Маринетт.
— Похоже, это какая-то промзона, — прошептала девушка.
— Что бы ни было, я надеюсь, что это все еще Париж, — ответил парень.
Долго оставаться на хорошо просматриваемой площадке беглецы не рискнули (мало ли, где сейчас товарищи Гюстава, наверняка скоро обеспокоятся, что он до сих пор не вернулся), поэтому поспешили к стене завода. Как можно скорее и бесшумнее нужно было уйти подальше отсюда, выйти к дороге, затем к людям, а после вызвать полицию и вернуться по домам. Искать свои вещи сейчас не имело смысла: Маринетт помнила, что их выкинули где-то на полпути, а значит о возвращении утраченного можно будет задуматься утром на свежую голову. Дюпен-Чен надеялась, что с возвращением серег ей поможет Мастер, Агрест в свою очередь морально настроился на гнев Ледибаг, вместе с которой они непременно отыщут кольцо.
Опьяненные свободой и мыслями о завтрашнем дне подростки забыли, что нужно все-таки сохранять бдительность. Свернув за угол, беглецы чуть не врезались в стоявшего к ним спиной амбала-Клода с сигаретой в одной руке и костылем в другой. Неужели это все последствия пинка Маринетт?
Тот уже хотел было развернуться, услышав, что кто-то приближается сзади, но Адриан оказался быстрее. Накинув врагу на шею цепь от наручников и взяв свободный браслет другой рукой, тем самым превратив оружие несвободы в импровизированную удавку, Агрест отправил недолго брыкавшегося бандита в царство снов.
Обыскивать карманы этого негодяя времени не было: прежде, чем лишиться сознания, Клод успел нашуметь, поэтому подростки со всех ног бросились бежать, чтобы очутиться как можно дальше отсюда.
Вот уже перед ними забор другого завода, запертые ворота проходной, стена третьей фабрики, поворот, закоулок, еще поворот, узкая дыра в очередном заборе, в которую беглецы пролезли легко, а вот амбалы-похитители не смогли бы протиснуться при всем желании. Возможно, сюда бы пролез крысоподобный организатор похищения, но гнался ли он за ними (равно как и кто-либо другой), подростки не знали: погоня в любом случае будет, сейчас главное увеличить отрыв.
Бег продолжался, легкие горели, жаждая воздуха, в ноги будто вставили раскаленные пружины, перед глазами мелькали темные стены, заборы и редкие пятна мигающих фонарей.
Силы закончились, открылось второе, если не третье дыхание, трофейные бутылка с водой и фонарик давно отброшены в стороны, чтобы не мешать бегу. Вскоре им очень захочется пить, но Агрест ведь забрал у похитителя деньги, так что сейчас та бутыль с живительной влагой была лишь ненужным грузом.
Бежать, как можно быстрее, как можно дальше, как можно дольше!..
Первой упала Маринетт.
Лишь пробежав еще несколько метров Агрест остановился, заметив, что подруга выбилась из сил. Тотчас же, словно получив сигнал о долгожданном привале, его ноги подкосились, и Адриан сам опустился на землю.
С улыбками на лицах, радуясь успешному бегству, подростки лежали на асфальте в нескольких метрах друг от друга, смотрели в ночное небо и жадными глотками вдыхали такой нужный воздух.
Они смогли, выбрались, сбежали! Без чьей-либо помощи, без суперсил. Все остальное — потом. А сейчас…
— Итак, оболтусы, — громко выкрикнул недовольный голос, — у кого из вас с собой камамбер?
========== 5. Неопознанный летающий… сыроед ==========
Черноволосый парнишка, откликавшийся на имя Мустафа, которое, впрочем, не было настоящим (так как настоящее его имя французишки выговорить не могли), видел, как черный внедорожник остановился возле давно разорившейся автозаправки, и собирался было сообщить этим зажравшимся мажорам на крутых тачках, что заправка года три как не работает (по крайней мере, когда он переехал сюда, она уже была закрыта), но что-то его остановило. Парень присел за мусорным баком и принялся наблюдать, как из автомобиля вышел огромный бугай, а затем оттуда вытолкали хрупкую девчушку, еле достававшую тому до груди.
— А фигурка-то хороша, — прошептал паренек, облизнув губы. — Жаль, только личико скрыто повязкой, не разглядеть. Интересно, куда такую: на органы или в бордель? — то, что девушку ничего хорошего не ждет, Мустафа не сомневался. Просто так людей в наручники не заковывают, кляп в рот не суют, да и вообще, в такие районы не завозят.
«А вдруг они ее прямо здесь?..» — неожиданно для себя подумал юноша, поудобнее устраиваясь в импровизированном укрытии.
К его сожалению, раздевать девушку никто не стал, громила всего лишь избавлялся от личных вещей своей жертвы. То ли, чтобы ее не могли идентифицировать, то ли, чтобы избавиться от возможных жучков. Мустафа еще у себя на родине слышал, что сейчас могут следящее устройство даже в булавку вмонтировать. Или в пуговицу. Их с девушки срывать не стали, а вот к серьгам громила руку свою потянул.
Стоило мужчине коснуться ее мочки уха, как девица словно взбесилась. Начала вертеть головой во все стороны, да так, что ее хвостики распустились. Пиналась, бодалась, брыкалась, а когда ее схватили за шею, и вовсе начала бить мужчину ногами, не касаясь земли. Весьма болезненно, судя по тому, как подогнулись ноги громилы, когда она в очередной раз попала ему по коленной чашечке.
Но уже вскоре серьги были сняты, а девушку, потерявшую всю волю к сопротивлению (может, она робот какой, а серьги ее батарейки?), затолкали обратно в машину, предварительно выкинув оттуда еще чьи-то вещи. Как только автомобиль скрылся из вида, Мустафа поднялся на ноги и подошел посмотреть, отчего же все-таки избавились похитители.
То, что им не были нужны эти вещи, не означало, что предприимчивый мигрант не найдет им применения. Женская сумочка — продать, смартфон — разобрать и продать на запчасти (так выгоднее и меньше шансов попасться, особенно если девицу будут искать по уголовному делу), второй смартфон — та же судьба, что и первый; деньги — себе, зеркальце — Фатиме… треснутое… тогда Зарифе. А Фатиме уже серьги. Перстень… мужской… продать? Или себе все же оставить? Продать-то всегда успеется.
***
То, насколько удачным выдался вчера день, Мустафа понял, когда следующим утром к найденной наличности приплюсовал выручку от продажи вещей. Он оказался в нужном месте в нужное время — и тысяча евро у него в кармане! Главное, чтобы из соседей никто не узнал, а то быстро отнимут. Поэтому с подарками Фатиме и Зарифе придется повременить. А вот кольцо и сейчас надеть ничто не мешало. Более того, холодный металл будто манил к себе, зачаровывал, звал. Как в фильме, только там кольцо было не серебряным, а золотым*. Да и надписей на этом перстне не было. Не в силах больше терпеть, юноша надел кольцо на палец.
Увидев возникшее прямо в воздухе котоподобное существо, Мустафа зажмурил глаза, сославшись на галлюцинацию.
Когда он, досчитав до десяти, открыл глаза, черное летающее нечто вяло помахало ему крохотной лапкой.
Парень икнул.
— Сыыыыр! — рявкнул неопознанный летающий объект. Стены и потолок поменялись местами, юноша потерял сознание.
***
Что дело плохо, Плагг понял еще тогда, когда потерявшего сознание Адриана запихнули в машину вместе с одноклассницей. Что хуже ситуация быть не может, квами решил, когда возник в незнакомом месте, поскольку какой-то незнакомец надел кольцо на свой палец. Но когда он увидел лежащие на столе до ужаса знакомые серьги…