— Думаю, что да. — Бартон улыбнулся и, не без удовольствия, уверенно выдержал её взгляд. — Мне очень стыдно за обман, который окружал тебя все эти два месяца. Не стану лгать и говорить, что поначалу не желал отомстить. Я хотел, безумно, но вскоре передумал.
— Почему?
— Да кто же его знает? — Клинт снова рассмеялся и, обхватив поручень обеими руками, оперся на него всем телом, опуская голову вниз. — Скорее всего, ты стала дорога мне. Мы были потрясающими напарниками. Не хотел, чтобы наша команда распадалась.
— По сути, её никогда и не было, — заметила Ана. — С самого начала это был один сплошной обман.
— И мне очень жаль, огонёк, — поспешил извиниться Бартон, и девушка вздрогнула, расслышав своё прозвище. — Поверишь?
— Я знаю, что ты искренен, Клинт, — выдержано ответила Анастейша, с трудом сохраняя самообладание.
И внезапно, ни с того ни с сего, ей захотелось немедленно сорваться с места. Убежать, и больше никогда не встречаться с бывшим напарником. Страх перед неизвестностью пугал куда сильнее, чем любое из пережитых сражений. Закусив губу, Ана постаралась взять себя в руки. Сохранив недолгое молчание, она снова посмотрела на Бартона.
— За что же ещё ты хотел извиниться?
— За поцелуй, — не раздумывая, ответил Клинт.
— Ах, это.
И одного упоминания хватило, чтобы щёки девушки вспыхнули алым пламенем, по цвету схожим с огненными волосами. Она опустила глаза на пол и закивала, ощутив, как где-то глубоко внутри разочарование медленно заполняет душу. Да, совсем не такого ответа она ожидала. По правде говоря, Ана и не знала, что Клинтон скажет. Однако новость о том, что он жалеет о поцелуе, мягко говоря, расстроила девушку, мгновенно пресекая всякое желание продолжать беседу.
— Я понимаю, — Анастейша медленно подняла голову, но взглянуть на Бартона так и не осмелилась, — это был единственный способ остановить меня.
— Да, так оно и есть, — мужчина одобрительно кивнул, соглашаясь с её словами, — ведь ты нужна мне, а состояние во время потери контроля заставляет сильно волноваться.
— Я буду тренироваться упорнее, и в следующий раз все пройдёт без инцидентов, — пообещала Ана, не обратив на слова Клинта особого внимания.
— Я надеюсь, ведь очень боюсь, что ты навредишь себе.
— Ничего не произойдёт. Обещаю.
Кривовато улыбнувшись, Анастейша, наконец, подняла глаза на Бартона, а затем поспешила попрощаться и удалиться в комнату. Она уже сожалела о том, что пришла и, отступая, поклялась себе больше никогда не допускать подобных ошибок. Ничего не получится. Она не сможет. Не хватит смелости.
— Думаю, мне пора идти, а тебе отдыхать в тишине, — пробормотала Ана, отворачиваясь. — Увидимся позже.
— Постой, — Клинт обхватил запястье девушки, крепко сжимая пальцы на нежной коже, — ты же не просто так пришла. Что хотела сказать?
— Ох, — Анастейша обернулась, почувствовав, как сердце в мгновение ока ушло в пятки. — Я…
— Я помню, как ты избегала меня все это время, — подметил мужчина, заглядывая девушке в глаза, — так что же случилось? О чём ты молчишь, Ана?
Его взгляд пронзал насквозь, словно проникая в самые потаённые уголки её души. Растерявшись, Анастейша утратила дар речи. Слова, которые она повторяла каждую секунду, внезапно растворились в сознании. Девушка позабыла все на свете. Она просто застыла на месте, стараясь совладать с чувствами, бушующими внутри. Разве могла Ана — вот так просто признаться в симпатии к мужчине, который не только был старше на много лет, но и знаком с ней всего лишь несколько месяцев?
— Ана, — мягко позвал Клинт, призывая девушку к диалогу.
— Все слишком запутанно, — наконец, заговорила она, вновь спрятав глаза за веером чёрных ресниц.
— Я попытаюсь понять, — заверил мужчина, не выпуская хрупкой руки из своих пальцев.
Ана глубоко вздохнула и закусила губу. Девушка провела в раздумьях не меньше минуты, прежде чем снова посмотреть на Бартона. Неужели это действительно случится? И что же, она готова сделать шаг навстречу неизвестному будущему?
— Кажется, что я впервые в жизни полюбила, — выпалила Анастейша на одном дыхании, и на последнем слове её голос задрожал, но девушка вовремя собралась с духом. — И этот человек многое сделал для меня.
— Хорошо, — протянул Бартон, внимательно всматриваясь в лицо собеседницы, — и он знает?
— Я… — громко вздохнув, Ана облизала губы и, отбросив все сомнения, дрожащим голосом пробормотала: — Мне кажется, что я влюбилась в тебя.
Клинт машинально выпустил руку из своей ладони. Ошарашенный признанием, он потерял дар речи. Безусловно, Бартон испытывал к Ане симпатию, но оказался совершенно не готов к столь откровенному разговору. Ощутив, как сердце забилось быстрее, мужчина заглянул девушке в глаза. И первое, что разглядел — это испуг и смятение за серо-голубой радужкой. Вот только теперь он больше не видел в Анастейше ребёнка. Все изменилось. Слишком быстро и внезапно. Теперь это были глаза молодой женщины, и Клинт бы солгал, не признавшись себе в ответных чувствах.
— Ана, — тихо заговори он, подбирая нужные слова, — я погряз в самообмане и лжи. Прошлое преследует по пятам. И должен тебе рассказать нечто важное…
— Тише, — прошептала девушка, покачивая головой. — Не нужно, я знаю, что произошло несколько лет назад, и мне очень жаль.
— Знаешь? — Клинт искренне удивился. — Но откуда?
— Думаю, что это не имеет значения, — подметила Анастейша, скользя пытливым взглядом по лицу Бартона. Она ждала ответа, или признания. И он заметил.
Слабо улыбнувшись, Клинт тяжело сглотнул, внезапно ощутив себя зелёным юнцом, впервые сближающимся с молодой и прекрасной девушкой. На протяжении многих дней он испытывал странный трепет в её присутствии. Нет, эти чувства ни с чем не спутать. Однажды Бартон уже ощущал нечто подобное. И это было слишком давно. Возможно, когда он впервые поцеловал Лору… Клинт тряхнул головой. Прошлое до сих пор преследовало и не отпускало, но на этот раз он испытал безумное желание изменить собственную жизнь, попробовать что-то новое. Да, Бартон хотел сблизиться с Анастейшей. Мужчина осознал, что теперь нуждается в ней ещё больше чем прежде. И это была уже совсем иная жажда.
— Я на семнадцать лет старше, — шёпотом напомнил Клинт, заглядывая в глаза своей спутнице. — Ты же понимаешь, что все это будет слишком сложно?
— Нет, не будет, — прошептала Ана, почувствовав, как тревога незаметно растворяется, оставляя все сомнения позади. — Да это и не столь важно.
Девушка сделала шаг вперёд, сокращая между ними расстояние до опасного минимума. Она протянула руку и, коснувшись щетинистой щеки, скользнула пальцами вниз по шее и обратно. Всмотревшись в бесконечные глаза, Анастейша привстала на носочки и, заметив, как Клинт хочет что-то сказать, прижала палец к его губам. Наверное, она и сама не поняла, что делает. Все произошло спонтанно, в порыве эмоций. Отняв палец от тёплых губ, Ана прижалась к ним в поцелуе, но на этот раз ласки были иными, несхожими с тем, что произошло на поляне. Нежно скользнув пальцами по широким плечам, девушка обвила шею Бартона руками, ощущая, как приятное тепло медленно растекается по телу. И Клинт не оттолкнул, а лишь обхватил Анастейшу за талию и привлёк к себе ещё теснее. Он осторожно скользнул языком по девичьим губам, углубляя поцелуй, делая его более влажным и интимным. Лёгкая щетина терзала нежную кожу, но Ана не замечала этого. Она не желала отдаляться, не хотела, чтобы это прекращалось, ведь впервые за всю сознательную жизнь девушка ощутила себя дома. Там, где есть смысл быть счастливой.
С нежностью отвечая на поцелуй, Анастейша почувствовала, как Клинт немного отдалился. Опалив губы горячим дыханием, он молча обнял девушку и крепко прижимал к себе. Не открывая глаз, Ана уткнулась лицом в тёплую толстовку, вдыхая терпкий аромат одеколона. Постепенно девушка успокоилась. Если это и было сном, то она совсем не желала просыпаться. Пусть так все и останется. Здесь и сейчас. Клинтон провёл рукой по рыжим волосам, раздумывая над тем, что произошло. Казалось бы, ничего необычного. Простой поцелуй. Но ведь он многое не сказал, промолчал о чувствах, однако собственное сердце, бешено колотящееся в груди, сдало с потрохами. Несмотря на предупреждения Старка, Бартон сделал все наоборот. Впервые за многие годы он отыскал в себе силы для борьбы и не собирался сдаваться. Пропуская пальцы сквозь густые волосы, мужчина снова глубоко вздохнул. В этот самый момент, Ана нарушила тишину.