— Но ты знаешь, что покорители воздуха не стали бы… — Тоф замолчала, почувствовав печаль Айро. — Дядя? Кого… кого они предупредили бы?

— Из того, что мне удалось узнать, Воздушные Кочевники того времени не любили иметь дело с моим народом, — спокойно сообщил Айро. — За редким исключением. Например, Кузон. Хотя у него был свой летающий друг, который мог приносить его в храмы, но Бьякко находится далеко от Джоэцу. Скорее всего, сообщение доставили самому Хозяину Огня Созину.

Тоф сглотнула и порадовалась, что уже сидит.

— Ты думаешь… Хозяин Огня?..

— Мой дед был очень целеустремленным человеком, — грустно сказал Айро. — Во имя того, чтобы избавиться от вмешательства Аватара в наши сердца и переделать мир по своему желанию? Да. Я верю, что он пожертвовал бы даже своим народом. — Он поморщился. — И если Созин позволил нашим людям умереть… насколько сильнее он готов был солгать, чтобы уничтожить народ Аанга?

Тоф задрожала.

— Но у меня нет доказательств, — вздохнул Айро. — Только то, что я узнал о народе, погибшем сто лет назад, и слова человека, ныне похороненного и обращенного в пепел. Человека, которого наша история преподносит как величайшего героя и пример на все времена. У меня нет ничего, что я мог бы рассказать нашим людям, или даже моему племяннику, который так сильно хотел, чтобы его отец оказался достоин его любви. — Он замешкался. — Хотя сейчас он, может, и прислушается.

— Угу, — насмешливо сказала Тоф, — если утром он вспомнит, какой век на дворе. — Она снова вздрогнула. — Если… если война и правда началась именно так… это страшно.

— Мне тоже страшно, — признался Айро. — Но это и дает мне надежду. Потому что если это правда, тогда… да, я не знаю, как остановить войну. Но если Аанг её остановит, я думаю, мы с Зуко можем предотвратить её новый виток.

— Да? — Тоф уперла руки в колени, внимательно слушая.

— Я бы хотел оставить детали при себе, пока мы находимся среди людей вождя Хакоды, — прямо заявил Айро. — Но, мне кажется, несчастья обрушивались на всех нас снова и снова потому, что люди слишком полагались на Аватара в том, что он рассказывал им о других народах. И потому столь немногие из нас знали обычаи других и могли унять раненую гордость, когда оскорбление было совершенно ненамеренным. — Он сделал паузу. — У Зуко есть план, который позволит некоторым от Земли и Огня построить совместную жизнь. Если он добьется успеха, тогда наиболее смертельные орудия — ненависть и недоверие — будут, наконец, сломаны.

Тоф обмозговала эту мысль.

— Звучит… долговременно.

— Война не началась, когда Созин напал на храмы воздуха, и не окончится, когда Хозяин Огня Озай будет побежден, — мрачно предсказал Айро. — Истинная война началась со лжи и сердец, извращенных горечью. И она закончится только тогда, когда те, чей дух был ранен, протянут руку, чтобы исцелить других и себя. — Он вздохнул. — Как, я надеюсь, исцеляется мой племянник, даже сейчас.

В его словах было что-то…

— Зуко ранен не так, как Аанг, да?

Айро промолчал.

— Не так, — заявила Тоф, уверившись. — Потому что ты думаешь, что Живчику может стать лучше к рассвету, а… Аангу не станет. — Она сглотнула. — Что с ним не так, дядя?

— Это… личное, — наконец сказал Айро. — Мы не говорим об этом с теми, кто не из Народа Огня. Даже Аватар может не знать, если он не из нашего народа. — Он помолчал. — Я могу тебе сказать, что дух Зуко ранен сильнее, чем его тело. Но большего я не скажу. Реакция большинства людей из других народов… не в нашу пользу.

Она состроила ему гримасу.

— Я не большинство, дядя.

— Я знаю, — кивнул головой Айро. — Но если ты узнаешь, то можешь проявить это в отношении к лейтенанту Тэруко и другим. А в интересах Аанга, чтобы люди капитана Джи доверяли моему племяннику.

Тоф нахмурилась, вертя мысль в голове так и эдак.

— Ладно. — Она предупреждающе подняла палец. — Но ты сам сказал, что война зашла так далеко, потому что люди не понимают другие народы. Может, тебе тоже стоит над этим подумать.

Айро невесело засмеялся.

— Ты права. Я подумаю, но не тогда, когда копейщики и покорители огня играют в гляделки друг с другом.

Здравая мысль. И он не просил её не говорить Аангу, что есть такой секрет. А она обязательно скажет. Потом. Про Живчика… и о том, что, по версии Айро, произошло.

Тоф зевнула и постаралась это скрыть.

— Он… поправится к утру?

— Я разбужу тебя, если что-то изменится.

Это не было «да», знала Тоф, устраиваясь на запасных одеялах Айро. Но в дяде жила надежда.

Этого было достаточно.

***

— А теперь, принцесса, пришел момент, когда я перехитрю тебя.

Азула поморгала, пытаясь свести расплывчатые двоящиеся образы стальной камеры воедино. Сталь сверху. Стальной лежак под ней. Стальные стены со всех сторон, одна — вероятно одна — с дверью и забранным решеткой окном, в котором ухмылялась рожа Лонг Фэнга.

— Покоряй что хочешь, — продолжил предводитель Дай Ли почти добродушно. — Здесь нечему гореть, кроме тебя самой. И никто не будет настолько глуп, чтобы покорять молнию внутри стальной коробки.

Заперта. Как она собиралась запереть Зуко. Это… раздражало.

— Вот как Дай Ли обращаются с союзниками? — шелковым голосом спросила Азула.

— Ой, прошу тебя, мы оба знаем, что ты мечтала первой предать меня. — Он с напускным сожалением покачал головой. — Вы с Аватаром удивительно похожи. Вас обоих почитают. Оба могущественны. И оба являетесь потерянными детьми, вздумавшими играть во взрослые игры.

Азула скрыла усмешку. «Ты понятия не имеешь, в какие игры я играю. Скоро узнаешь».

— Интересно, Народ Огня ненавидит тебя так же сильно, как его?

Азула рывком села и тут же пожалела об этом. Не о внезапном приступе тошноты: она не помнила, что произошло после того, как она сразила Аватара, но знала, что что-то ударило её по голове. Нет, она жалела, что дернулась, и тем самым дала подсказку Лонг Фэнгу. Что он нашел её слабость…

— О, не думай, что мы не получаем данных разведки, даже находясь в сердце Ба Синг Се, — усмехнулся ей Лонг Фэнг. — Ты ещё тот маленький монстр, правда? Именно таких тварей хотела стереть с лица земли Аватар Киоши много веков назад. Как жаль, что попутно она убила так много невинных. — Он наклонился почти к самой решетке. — Но больше всего жаль, что она не закончила работу…

— Пожалуйста, хватит меня утомлять, — зевнула Азула. — Мой собственный брат знал, что я монстр. — «Моя собственная мать…» — Если меня не волновало мнение кронпринца Народа Огня, что заставило тебя думать, что меня волнует твое? — Она сузила глаза, игнорируя приступ пульсирующей боли в голове. — Ты, который пришел из ниоткуда, который родился никем. И потому ты сражался, интриговал и попустительствовал на пути к власти… — «как Зуко, мой бедный глупый брат» — но всё впустую. Истинная сила, данное свыше право править, — это то, с чем ты рождаешься.

Улыбка сошла с лица Лонг Фэнг, а в глазах мелькнуло нечто более темное, похожее на ненависть.

— Наверное, твой брат стукнул тебя сильнее, чем ты думаешь, принцесса. Кажется, ты забыла, с какой стороны решетки находишься.

— О, я ничего не забываю. — «Зуко? Малыш Зузу смог… кто-то умрет за это». — Ты же не думаешь, что я останусь здесь, правда? Здесь так скучно.

— Привыкай к скуке, — сухо посоветовал Лонг Фэнг и сделал кому-то знак подойти. — Или увидишь, что Царство Земли сделает с твоими союзницами.

Каменная перчатка Дай Ли подняла за косу знакомую голову, и Тай Ли одарила её широкой улыбкой.

— Азула! Вот ты где!

«Нет». Азула стиснула зубы в приступе ярости. «Нет, она моя, как ты смеешь трогать то, что принадлежит мне!»

Одетая в зеленое девочка извернулась, быстро шаркнула ногами, с быстротой москитоястреба протолкнув что-то сквозь щель под дверью.

Лакированный деревянный поднос.

С горящими золотыми глазами Азула бросилась вперед. Одной ногой она наступила на край подноса, поставив его боком. Второй оттолкнулась от смертельного металла, балансируя на черном дереве критически важные секунды…