Шайс бы ни за что в жизни не догадался, что, помимо жуткого волнения за его здоровье, Алияс невероятно расстроился, не ощутив боли Пары. Раньше он чувствовал Шайса словно собственную руку, сердце, бьющееся в груди. И вот, когда любимый испытывал боль, в груди ничего не дрогнуло, даже не пошевелилось.
А Шайс? Шайс спокойно устроился на довольно удобной лежанке, продолжая исподволь наблюдать за уютной суетой. Покидать пределы утёса он пока не намеревался.
========== Любовник ==========
Шайса даже удивляло, что прошла уже не одна неделя, а никто из семьи так и не явился его проведать, поэтому к тому моменту, когда на пороге возникла Осана, дракон считал вправе демонстрировать недовольную мину и полный негодования взгляд.
— Шайс, прекрати, — не выдержала наконец сестра, устав слышать односложные ответы.
— Что прекратить?
— Смотреть на меня так, словно я предала память предков и заслуживаю казни.
— Казнь это уже слишком, но пару сотен лет в подземельях…
— Ты невыносим!
— Отличный аргумент, сестрёнка. Наверное, тебе пора.
— Шайс, ты в самом деле хочешь, чтобы я ушла? — в неверии та приложила руку к груди и вытаращилась на наглую ящерицу, с которой когда-то, по собственной глупости, сдувала пылинки.
— Почему бы и нет. Вы ведь прекрасно без меня обходились всё это время.
— Ничего подобного, — яростно покачала головой Осана. — Я сразу хотела отправиться сюда, но мать не позволила, заявив, что я буду только мешать твоему выздоровлению.
Взгляд жёлтых глаз с интересом скользнул на сестру, оставив любование стеной.
— Она сказала, что этот эльф, Алияс, прекрасный врачеватель и никому не удастся поставить тебя на ноги быстрее, чем ему. Поверь, все мы, Эриб и Янгус требовали, чтобы тебя перевезли домой и помощь была оказана квалифицированными целителями-драконами, а не каким-то эльфом, — с отвращением выплюнула драконица последнее слово, словно жука, случайно залетевшего в рот, пока она говорила.
— Алияс прекрасно справляется, — отчего-то решил вступиться Шайс, хотя и понимал, что если бы эльф не был ему симпатичен и он лично не убедился в действенности его методов, ни за что бы не поверил, что у ушастого руки растут из нужного места.
— Вижу, что ты в порядке, — почти с досадой фыркнула сестра, словно, если бы это было не так, она смогла бы доказать матери, что та была не права и никто бы не позаботился о младшем брате лучше, чем она сама. — И раз уж ты себя хорошо чувствуешь, возвращайся в пещеры. Как ты вообще выдерживаешь в этой тишине? Слышала, ты даже друзей отослал восвояси.
Спорить с Осаной было трудно — Шайс действительно чувствовал себя отлично, вот только… на ум пришёл вчерашний вечер.
Алияс, как обычно, наводил бесконечные порядки, успевая при этом шутливо пререкаться с драконом. Они дошли до того, что Шайсу пришлось доказывать, что он не бесполезное существо и прекрасно осведомлён о назначении тряпки.
Стоять, оттопырив тыл к эльфу было не самым приличным поведением, поэтому, скрипя зубами и проклиная свой длинный язык, он встал на колени и взял в руку истрёпанный темно-серый кусок материи. Затем опустил его в ведро, так, как это делал Алияс, позволявший наблюдать за собой бесчисленное множество раз, вынул пропитавшийся ком и плюхнул на деревянные полы.
Вода тут же растеклась лужей, намочив штаны и заставив Шайса смачно выругаться.
Алияс смеялся, захлёбываясь, согнувшись в три погибели и обнимая живот. Посмей кто-нибудь заливаться на его счёт самым бесстыдным образом, как это смел делать ушастый, у кого-то бы уже не хватало зуба или глаза. Но… ударить эльфа казалось… немыслимым.
Слегка сбитый с толку дурацкой тряпкой и откровением, что он не может стукнуть постороннее существо, которое не является ни его матерью, ни сестрой, Шайс почувствовал как тепло согревает шею.
Только этого ему ещё не хватало! Заливаться румянцем как последний сопляк!
Шайс надвинулся на Алияса и… и не придумал ничего более умного, чем схватить того за удлиненные уши, не дававшие покоя воображению, притянуть к себе и впиться в губы поцелуем.
Это подействовало — Алияс перестал смеяться.
Шайс ожидал сопротивления, как только тот опомнится и поймёт, что происходит. Но так и не дождался. Вместо этого ему ответили!
Приходить в себя пришлось дракону, когда он вдруг осознал, что его язык изучает глотку учителя с неожиданным старанием, а руки давно мнут узкие бёдра. Руки Алияса обвивали его шею, и когда он отстранился, собрав всю волю в кулак, то увидел перед собой раскрасневшееся лицо и горящие огнём глаза.
Стыдно сказать, но дракон впервые смутился. Такого с ним не случалось никогда.
— Прости, — неожиданно извинился Шайс.
Алияс выглядел ещё более растерянным. Смахнув наваждение, он одёрнул подол.
— Ничего, — затем закусил губу, и тут же вырвался из его рук. — Здесь надо закончить, — вспомнил он про уборку.
Шайс не стал мешать…
— Я ещё не настолько здоров, — ответил он сестре, отводя взгляд.
— Но… — начала было она и запнулась. — Конечно, решать тебе. Если ты чувствуешь, что всё это, — снова послышался пренебрежительный тон в голосе, она обвела рукой подобие монашеской кельи, — идёт тебе на пользу, оставайся. Но мы очень ждём тебя дома.
Шайс кивнул.
Они поговорили ещё немного о делах в клане, и сестра ушла, оставив его в раздумьях.
Дракон всегда потворствовал своим желаниям и этот случай не был исключением.
Алияс ему нравился. Нравился каким-то непривычным образом. Ему хотелось эльфа, но он не желал воспользоваться им как обычной промокашкой, годной для разового применения.
Наверное, его тяготил долг — эльф действительно поставил его на ноги и теперь он, должно быть, чувствует себя обязанным и не желает причинить тому зла.
Судя по поцелую, у Алияса тоже были некоторые желания. Это было бы отлично, но вдруг эльф рассчитывает на большее? С этой расой Шайсу ещё не доводилось иметь дел.
Движимый неизменным любопытством и внезапно вспыхнувшей симпатией, он решил задержаться ещё на некоторое время.
Дверь неожиданно распахнулась, выводя дракона из задумчивости — для появления учителя было слишком рано.
В дом ворвался вихрь, закрутился на середине кухни, и вот из смерча проявилась мужская фигура.
Борей застыл перед ним, уперев руки в бока. На мощных плечах лежали светлые кучерявые шкуры, прикрывавшие глухой тёмный жилет, украшенный множеством пряжек. Такого же оттенка штаны исчезали в сапогах с высоким голенищем. Его взгляд не сулил дракону ничего хорошего.
— А я уже соскучился, — мрачно произнёс Шайс, вставая на ноги и готовясь к реваншу.
========== Деловое предложение ==========
— А я уже соскучился, — мрачно произнёс Шайс, вставая на ноги и готовясь к реваншу.
Чувствовал он себя довольно хорошо. Если брать в расчёт то состояние, в котором оставил его Борей в их последнюю встречу.
— Неужели? — широкая бровь изогнулась дугой.
— В конце концов, ты должен был слегка расстроиться тому, что побеждённый получил всё.
Взгляд Борея застыл.