В 19 часов я снова вернулся в штаб фронта, чтобы выяснить, как обстоят дела с окружением войск Гёпнера. Командующий сообщил, что операция развивается успешно. На рассвете по не ожидавшему нашего контрнаступления противнику был нанесен мощный артиллерийский удар. С моря артподготовку поддерживали огнем своих двенадцати- и пятидюймовых орудий оба линкора Балтфлота и 6 эсминцев прикрытия. Затем при поддержке девяти штурмовых авиаполков в атаку пошли четыре мотострелковые дивизии, атаковавшие на запад в направлении берега Рижского залива. С открытого южного края "мешка" с рубежа Кабли - Массиару в атаку пошли 23-я танковая и 202 мотострелковая дивизии фронтового резерва.
К 18 часам мотострелковым дивизиям 6-го мск удалось продвинуться на 7 - 12 км, и уменьшить ширину "мешка" с востока на запад до 15 - 20 км. 23-я танковая продвинулась на 18 км до деревни Выйду, сократив глубину мешка с юга на север до 30 км. Затем войскам был дан приказ закрепиться на достигнутых рубежах. Дивизии заняли удобные для обороны позиции на сухих перешейках между болотами. Из общей длины оборонительной линии в 42 км, целых 22 км приходились на непроходимые болота. Так что, на одну дивизию приходилось всего 4,5 км фронта обороны, что позволяло построить плотную оборону в 3 - 4 линии. С северной стороны "котел" блокировали 235-я и 19-я стрелковые дивизии в прочной долговременной обороне по реке Пярну. Как пошутил начальник штаба фронта генерал-лейтенант Кленов: "Выйти через Выйду у немцев не выйдет!" Ночью 23 танковую должна была сменить в обороне 202 мотострелковая. В окружении оказались 3 танковых и три моторизованных фашистских дивизии. По оценке штаба фронта, в "котле" размером 20 на 30 километров оказалось до 50 тысяч человек живой силы при 120 исправных танках и 400 орудиях. С нашей стороны котел окружали две стрелковых и пять мотострелковых дивизий почти полного состава.
Но, операция на этом еще не заканчивалась. На марше вдоль шоссе Рига - Пярну на участке от Саулкрасти до Салацгрива вдоль берега моря растянулись в ротных колоннах на 60 км 11-я и 1-я немецкие пехотные дивизии. Собраться в более крупные колонны немцам не позволяли постоянные удары штурмовой авиации. Кроме того, в населенных пунктах вдоль шоссе располагались тыловые подразделения дивизий группы Гёпнера. Задача "зачистки" шоссе от противника была возложена на 28-ю танковую, 163 мотострелковую и 6 кавалерийскую дивизии. На рассвете кавалеристы атаковали подразделения противника, охраняющие мосты через реки, уничтожили их и захватили мосты. Два штурмовых авиаполка получили задачу уничтожать артиллерию пехотных дивизий. Наведение самолетов на цели проводили авиационные корректировщики, действовавшие в рядах кавалеристов.
Танкисты и мотострелки, разделились на две равноценные боевые группы, и, начав от Саулкрасти с юга и от Мерниеке с севера, стремительным броском по шоссе, огнем и гусеницами уничтожали пехотные роты, артиллерийские батареи и тыловые подразделения противника. Если немцы успевали окопаться и занять оборону, танкисты обходили их проселочными дорогами, а идущие следом мотострелки блокировали противника и уничтожали огнем артиллерии. 80 километров прошли с двух сторон за пять часов. Только в Пумпури противник успел сконцентрироваться силами до усиленного полка и занял оборону. Мотострелки 163-ей дивизии окружили его и вызвали авиацию. После пятичасового упорного боя все было кончено.
Кавалеристы занялись вылавливанием немецких солдат, разбежавшихся по окрестным лесам. Большая часть вооружения двух дивизий была взята в качестве трофеев. В плен попали 13 тысяч солдат и офицеров противника, включая двух генералов.
Первый этап операции "Нептун" был успешно завершен. Прибалтийский фронт полностью разгромил 8 немецких дивизий, еще 6 дивизий понесли большие потери и попали в окружение. Вся группа армий "Север" оказалась в очень сложном положении. Поздравив командование фронта с успешно проведенной операцией, в 22 часа я вылетел в Москву на доклад к Верховному Главнокомандующему.
Примечание 1. В нашей истории в начале войны не только зенитчики, но и летчики не знали силуэтов своих самолетов. Изучение силуэтов личным составом не проводилось. Необъяснимо, но - факт.
Первым сбитым самолетом у нашего знаменитого аса Покрышкина был наш бомбардировщик Су-2. Летчик никогда раньше не видел его силуэта. Отмечались многочисленные факты открытия огня зенитчиками по своим самолетам. В альтернативной истории этот недочет исправлен.
Примечание 2. Теория "глубокого боя" была разработана советскими военными теоретиками В. К. Триандафиловым, К. Б. Калиновским, Б. М. Шапошниковым, М. Н. Тухачевским и другими в предвоенный период. Теория предусматривала глубокое эшелонирование наступающих войск, организацию взаимодействия всех родов войск и массированное применение авиации и артиллерии на направлении главного удара (см. (49) стр. 40 - 42). К сожалению, все наносившиеся в начале войны контрудары наших войск не имели ничего общего с теоретическими разработками. Такое впечатление, что с началом войны наше военное руководство напрочь забыло всю военную теорию.
33. Полковник Катуков.
Полковнику Катукову очень повезло. Повезло не только ему, но и всей 28-й танковой дивизии. Мало какому соединению, мало какому командиру выпадает редкое счастье именно так вступить в войну. Даже теперь, по прошествии трех дней, Катукову приходилось напрягаться, не давая губам беспричинно растягиваться в глупой и довольной улыбке. Самочувствие у взрослого, сорокалетнего мужика, было как у воздушного шарика, надутого водородом. Ослабь ниточку воли - и улетишь в небо от переполняющего душу восторга. Сейчас, сидя в одиночестве в штабной палатке, он подписывал наградные листы на бойцов и командиров дивизии, и не пытался сдержать счастливую улыбку, наползавшую на лицо, всякий раз, когда он перечитывал основания к награждениям, подготовленные штабниками.
В апреле 1941 года дивизию перебросили по железной дороге с Украины в Эстонию и расквартировали в селениях Пылва, Ряпина неподалеку от Псковского озера. Большую часть личного состава, впрочем, разместили в палатках. Дивизия вошла в подчинение Прибалтийского особого военного округа. В случае начала боевых действий, дивизия вместе с еще одной танковой и двумя мотострелковыми дивизиями должна была составить подвижный резерв фронта.
7-го июля полковник Катуков был назначен командиром сводной группы, включающей 28-ю танковую, 163-ю мотострелковую и 6 кавалерийскую дивизии и получил от штаба фронта боевой приказ. 8-го июля командиры дивизий на совещании наметили план операции. 9-го штабы провели необходимые расчеты и выработали боевые приказы частям. 10-го в дивизиях занимались подготовкой операции.
В ночь на 11 июля танковая и мотострелковая дивизии вышли из выжидательных районов. По промаркированным дорогам полки совершили ночной марш на 30 - 50 км. Вдоль маршрутов накануне днем расставили указатели в виде белых стрел на черном фоне. Ночью, даже в тусклом свете светомаскировочных фар танков и автомобилей белые стрелы были отлично видны. Для облегчения движения в колоннах на корме танков и на задних бортах автомашин намалевали известью белые круги. Для управления движением колонн на всех перекрестках расставили посты из бойцов штабных рот с электрическими фонарями.
Дивизия Катукова без одного танкового полка сосредоточилась в лесу у местечка Гауяспичи. Несколько восточнее сосредоточился 342 мотострелковый полк из 163 дивизии. По плану операции из танковой и мотострелковой дивизии формировались две примерно равные боевые группы. Первая группа под командованием самого Катукова в составе танковой дивизии без одного танкового полка и приданного мотострелкового полка должна была наступать от Сигулды на север вдоль шоссе Рига - Пярну. Непосредственно по шоссе должен был продвигаться ударный кулак в составе танкового полка, мотострелкового полка, затем полк боевой поддержки и полк обеспечения. Приданный мотострелковый полк должен был двигаться параллельно шоссе по проселочным дорогам в 5 - 10 км восточнее.
