Думается, именно в этом и состояла причина столь высокой оценки нашим генералитетом боеспособности РККА, и столь низкая - Вермахта.
Из чтения многочисленной мемуарной и художественной литературы у автора сложилось чисто субъективное мнение, что в начальный период войны две пехотных дивизии вермахта были примерно равны, по совокупности боевых свойств, трем полнокровным советским стрелковым дивизиям, то есть, Е = 1,66 в пользу немцев.
Из чего складывалось такое значительное превосходство немецкой дивизии? Количество личного состава у немцев на 16% больше. Количество и артиллерии и минометов примерно одинаковы. По стрелковому оружию и пулеметам - тоже примерное равенство. Немецкая дивизия превосходят по противотанковым средствам, а советская - по весу залпа минометов и пушек. То есть, по вооружению имеем примерное равенство.
Оставшиеся 50% превосходства давали немцам лучшая организация боевых действий, по причине более высокой квалификации командного состава всех уровней и лучшей организации связи. Командиры немецких подразделений быстрее и правильнее, чем их оппоненты, оценивали изменения обстановки (качество комсостава), быстрее доводили информацию до вышестоящего командования (качество связи). Штабы и командиры частей и соединений быстрее оценивали поступившую снизу информацию и быстрее принимали более правильные решения (качество комсостава). Эти решения быстрее поступали в подразделения (качество связи), а командиры подразделений быстрее организовывали их исполнение. От всего этого в совокупности и набегало 50-прцентное превосходство.
В реальности "Боевого 41-го" картина существенно другая. Во-первых, дивизии Вермахта при прорыве предполья потеряли в среднем 15 - 20% боевого состава, то есть, по численности сравнялись со свежими советскими дивизиями. Во-вторых, вследствие проведенных перед войной мероприятий по повышению качества комсостава, поднятию его самооценки и боевого духа, свободному овладению средствами радиосвязи, преимущество Вермахта в этих компонентах существенно снижено. В-третьих, наша стрелковая дивизия значительно превосходит пехотную дивизию Вермахта по количеству ПТР, противотанковой артиллерии, минометов и автоматов, что компенсирует превосходство немецкой дивизии в качестве управления. Следовательно, по боеспособности дивизии равны, то есть Е = 1.
Советские танковые дивизии на базе легких танков считаем равными немецким танковым дивизиям. Преимущество немцев в средних танков нивелируется нашим превосходством в САУ, противотанковых средствах и минометах. Наши танковые дивизии на базе танков Т-34 считаем превосходящими немецкие дивизии по силе в полтора раза (Е = 1,5).
Моторизованные дивизии считаем равными по силе. Преимущество немцев в живой силе компенсируется нашим преимуществом в автоматах, тяжелых пулеметах, минометах, противотанковых средствах.
Авиационные соединения советских ВВС на старой технике при равном количестве самолетов сравниваем с немецкими с коэффициентом Е = 2, на новой технике - с коэффициентом Е = 1,5 в пользу немцев. Немецкая авиационная техника в начале войны превосходила наши самолеты как старых, так и новых образцов. Немецкие летчики имели, в среднем, значительно больший боевой опыт.
Дальнейший ход боевых действий будем анализировать исходя из вышеперечисленных начальных условий.
Примечание 1. Именно этим объясняется тот факт, что Вермахт, разгромив в приграничном сражении практически всю кадровую Красную Армию, понес, в сущности, незначительные потери. В каждом отдельном бою Вермахт имел подавляющее численное превосходство.
Примечание 2. В этой простой таблице заключено объяснение огромных потерь, понесенных Красной Армией в неудачных наступательных операциях 1942 года: Ржев, Демянск, Синявино, Воронеж и других. Во всех случаях наши армии наступали на подготовленную оборону противника, не имея подавляющего превосходства ни в живой силе, ни в технике. В итоге, Красная Армия понесла в этих сражениях огромные потери, значительно превосходящие потери Вермахта, но, не добилась сколь-нибудь заметных успехов. (Д. Гланц. Советское военное чудо. 1941-1943. Возрождение Красной Армии.) Как и в 1941, в 1942 году командование РККА с исключительным упорством продолжало многократно наступать на одни и те же грабли.
Примечание 3. Приведу несколько выдержек из упомянутого Акта.
"Низкая подготовка среднего командного состава в звене рота-взвод и особенно слабая подготовка младшего начальствующего состава.
Слабая подготовка во всех видах боя и разведки, особенно мелких подразделений.
Крайне слабая выучка родов войск по взаимодействию на поле боя...
Пехотное вооружение отстает от современных требований и не обеспечено автоматами и минометами...
Летно-технический состав недостаточно подготовлен в бомбометании, в полетах в сложных метеоусловиях и в стрельбе...
Вопросы организации ремонта боевых машин в полевых условиях решены неправильно... Ремонт машин... затягивается из-за отсутствия необходимых запчастей...
Специальные артиллерийские выстрелы (бронебойные, зажигательные и др.) имеются в крайне недостаточном количестве...
Служба ВНОС плохо организована, слабо подготовлена, плохо вооружена и не обеспечивает своевременного обнаружения самолетов противника и оповещения."
И т. д. и т. п.
29. Жуков Г. К. 5 июля.
Из книги "Воспоминания и размышления".
Утром 5 июля я был уже в штабе Прибалтийского фронта в местечке Мадона. Там начиналась первая из запланированных Генштабом стратегических операций на окружение - операция "Нептун". Хотя операция "Нептун" разрабатывалась уже после начала войны, накопленный при разработке операций "Юпитер", "Сатурн" и "Уран" опыт, позволил быстро разработать план операции. Все необходимые директивы фронту были выданы вовремя. Однако, я счел обязательным на месте проверить готовность фронта к выполнению операции. Начальник штаба фронта генерал-лейтенант Кленов подробно доложил по фронтовой оперативной карте дислокацию соединений в районе Риги.
Главный удар моторизованных корпусов 4 танковой группы, начавшийся с действий диверсантов, пришелся на левофланговую 90-ю дивизию 10-го стрелкового корпуса, занимавшего главный рубеж на участке от побережья Рижского залива до Саласпилса. От дивизии уцелели только два батальона, оборонявшие опорные пункты на крайнем правом фланге за восточной окраиной селения Шкиротава. Батальоны сумели удержать узкое дефиле между Двиной и болотом у железнодорожной станции Румбула. С другого фланга продвижение немцев на юго-восток вдоль берега реки сдержали опорные пункты 11 стрелковой дивизии, сохранившие за собой дефиле между рекой и обширным болотом, в котором и десантировались злополучные немецкие диверсанты. Всего ширина захваченного немцами плацдарма вдоль берега реки составила 11 км. Затем командование фронта перебросило на фланги подкрепления, усилило артиллерию и остановило расширение плацдарма.
Немцам очень повезло в том, что благодаря исключительно наглым и удачным для них действиям диверсионной группы, они сумели легко прорвать главный рубеж у Саласпилса и захватить мост. Но затем повезло уже нам. С обеих сторон от захваченного плацдарма находились обширные непроходимые для техники болота. Выходы с плацдарма в обе стороны вдоль восточного берега реки проходили по узким дефиле между рекой и болотами, перекрытым нашими опорными пунктами, которые мы удержали. Выход с плацдарма на север проходил по коридору шириной 4 - 5 км между болотами. По этому коридору и вынуждены были продвигаться немецкие танковые дивизии.
Выход с плацдарма противнику перекрыла дивизия фронтового резерва - 98-я стрелковая, которую командующий фронтом генерал-полковник Кузнецов Федор Иванович оперативно перебросил к плацдарму. Пока немцы прорывали вторую полосу батальонных опорных пунктов 90-й сд, 98-я дивизия успела подготовить полевую оборону. 4-го июля немцы штурмовали оборонительную линию 98-й сд, на которую навалились танковые дивизии 41-го моторизованного корпуса при поддержке больших масс авиации.
