Мусникова Наталья Алексеевна
Симаргл и Купальница
Пролог
Сухонькая сморщенная старушка кинула в кипящий на треножнике котёл что-то чёрное и сморщенное, отчего сумеречный зал заволокло тошнотворным дымом.
- Ты что, карга старая, меня извести надумала?! - рыкнул рослый и могучий Чернобог, Повелитель Нави. - Дак я бессмертен. И всесилен.
- Кто спорит, касатик, - усмехнулась старуха, усиленно мешая варево в котле. - А ить не просто так ко мне-то обратился! Знать, и тебе, бессмертному и всесильному, помощь старой Вароги понадобилась!
- Поговори у меня, - нахмурился Чернобог, в чьих чёрных глазах угрожающе полыхнуло мрачное пламя. - Али смерти ищешь?!
- Про меня Мара-краса, смерти повелительница, забыла, не иначе, - хихикнула Варога. - А ты не серчай, касатик, не гневайся на старуху безумную. Лучше молви, чего надобно? Али девица-краса покою лишила, сердце присушила? А может, Сварог опять тебя притесняет, из своих земель Тьму изгоняет?
- Чую я, скоро воин великий появится, - неохотно ответил Чернобог. - Будет он на страже мира стоять, зло в него не пускать. Вот ты мне и скажи, карга старая, что за воин, да откуда. А самое главное, как его извести? И смотри у меня, если обманешь...
Короткая чёрная молния ударила точнёхонько в прокопченную стенку старого котелка.
- Да что ж ты, змей бессмертный делаешь-то! - сердито воскликнула старуха, тут же сменив интонации на льстиво-укоризненные. - Ведь это не просто котёл. Сие есть Зерцало Мира. Ежели испортишь его, ведь ничем тебе помочь не смогу.
- Не поможешь, упырям на съедение отправлю, - буркнул немного успокоившийся Чернобог.
- Да на мои старые кости ни один живой мертвец не обзарится, - хихикнула старуха. - Даже очень голодный.
Повелитель Тьмы опять грозно нахмурился, заставив старуху залепетать витиеватым речитативом:
- Ясно вижу, народится в скором времени воин, равного которому нет ни в одном из миров, ведь высек уже молот Сварога в Алатыре искру.
- Чего?! - озадачился Чернобог. - Ты давай без своих витиеватостей, я тебе не селянин, пришедший погадать, кто его дохлую курицу со двора стащил!
Варога в сердцах плюнула и упёрла руки в тощие бока:
- Да что ж ты творишь-то, мраково отродье! Ить, понимать надо, не молоденькая я уже, глаза слабые. И так-то плохо вижу, а ещё ты лезешь под руку, настрой сбиваешь!
- Выбирай слова, ведьма! - взревел оскорблённый Повелитель Нави. - Я тебя сей же час прахом развею, даже памяти о тебе, карге старой не останется!
Испугалась ли Варога, или просто надоело ей препираться с гневливым визитёром, но старуха тяжело вздохнула и стала говорить сухими короткими фразами:
- Сварог год назад свадьбу справил с красавицей Алатырь. Таперича она на сносях, к первому снегу разродиться должна. Так вот, сын у Алатырь будет, Симарглом его нарекут. Станет этот Симаргл великим воином, защитником мира от зла.
- Убить можно? - хрипло выдохнул Чернобог.
- Кого, Симаргла? - захлопала глазами старуха. - Так он ишшо не народился.
- Алатырь, - презрительно выплюнул ненавистное имя Повелитель Тьмы. - Чтобы этот вояка и не народился.
Варога задумчиво пошевелила губами, поплевала в котёл, а потом отрицательно помотала косматой головой:
- Не поможет. Убьёшь Алатырь, Сварог сына с другой жёнкой приживёт. А на извод всех жёнок Сварога у тебя никакого бессмертия не хватит.
- А если Сварога? - тёмным светом полыхнули глаза Чернобога.
Старуха насмешливо блеснула глазами, но что-то говорить поостереглась. Кто его, шалого, знает, станется, ведь, и упырям скормить, и Маре отдать. По частям.
- Значит, этот щенок всё равно родится, - тяжело произнёс Чернобог. - И тут ничего не изменишь. А ежели, к примеру, после родов этого щенка убить? Что тогда?
- Дух его, бессмертием наделённый, в другом ребятёнке возродится. Неизменно не только рождение Симаргла, но и его жизнь. Зачат-то он от бессмертного, а значит, сам тоже бессмертен. Кровь, знаешь, не водица.
- Бессмертен? - заинтересованно поднял смоляную бровь Чернобог. - Так это же в корне меняет дело. Ты мне этого щенка выкради, я сам его воспитаю. Будет в моих рядах могучий и непобедимый воин, равного которому свет ещё не видел!
Чернобог расхохотался и исчез в клубах чёрного дыма, оставив Варогу негодующе отплёвываться.
- Вот ведь, мраково отродье, - прохрипела старуха, с помощью заклинания разогнав удушающий чёрный дым. - Чуть не уморил! Ну ничего, ты старую Варогу долго помнить будешь!
***
Когда выпал на землю первый снег, у могучего Сварога с красавицей Алатырь родился долгожданный сын. Мальчика, в чьих светлых глазах сияли сполохи огня, нарекли Симарглом. Но недолго отец с матерью любовались сыном. В самый тёмный час ночи, когда зло рыщет по земле, с помощью тёмного ведовства старая Варога выкрала младенца и доставила его в Навье царство, лютому Чернобогу. Правитель Тьмы внимательно посмотрел на младенца, приметил огненные сполохи у него в глазах и расхохотался:
- Ну, щенок, повезло тебе. Лично тебя воспитаю, сыном назову, а как подрастёшь да воином станешь, вот тогда тебя на границу своих земель и отправлю! Будешь для меня земли полонять, тьму сеять да светлых воинов уничтожать! Вот потеха, сын светлого Сварога станет служителем Тьмы!
Ликующий Чернобог совершенно забыл про старую Варогу, да и какой вред может причинить бессмертному и всемогущему Правителю Нави какая-то древняя ведьма?
Дар для друга
Прошло двадцать лет, Симаргл вырос в неукротимого воина, равного которому не каждое столетие дарят боги смертным. Светлые воины, Ратичи, заметив издалека всадника в красном плаще в сполохах огня, спешили убраться подальше. Воины света, разумеется, бесстрашны, но зачем лишний раз Мару-смерть дразнить? Лучше пропустить огненного воина, чем лежать на поле брани горсткой пепла.
В поселение Светлые Ручьи, стоящем на самой границе с ненавистным Навьим царством, неспешно вошла сухонькая старушка. Прошедшее время не смогло сколько-нибудь сильно изменить ведьму Варогу, сам Троян, бог времени и пространства, казалось, забыл о её существовании. Старая Варога на эту божественную забывчивость не обижалась и о себе лишний раз не напоминала, держась особицей и от бессмертных, и от людей. Вот потому-то волхв Олей и изумился до крайности, когда Варога, бодро постукивая по земле витым ясеневым посохом, вошла в поселение.
- Ты чего здесь забыла, ведьма? - недобро спросил Олей, поудобнее сжимая в руке свой дубовый жезл.
- Разговор есть, - старуха озорно сверкнула глазами. - Чего, старый пень, стоишь, глазами хлопаешь? Собирай людей!
- Ещё узнать надо, что за разговор, - буркнул волхв, неприятно задетый словами Вароги.
- Сурьёзный, - озабоченно нахмурилась старуха. - Иначе я бы к тебе, пню трухлявому на поклон и не пожаловала бы.
- На поклон? - усмехнулся волхв. - Что-то я не приметил у тебя почтения, с которым на поклон ходят!
- Старый стал, глазами ослаб, вот и не приметил, - отмахнулась от волхва Варога. - Ну дак как, сам людей кликнешь, али мне этим заняться?
Олей пожевал губами, похмыкал, но потом кивнул-таки шустрому мальчонке, чтобы тот ударил в било. Уже при первых тревожных звуках жители поселения, привычно похватав немудрёное оружие, высыпали на улицы. Старики и малые дети, не способные противостоять ворогу, собрались поодаль, чтобы легче было бежать в лесное укрытие. Варога шагнула вперёд и неожиданно зычным для такой сухонькой старушонки голосом крикнула:
- Эй, Светлорученцы, не надоело вам разор да урон терпеть от воинов Навьего правителя?
- А ежели надоело, это что-то изменит? - кузнец Любомир лихо подбоченился, одной рукой удерживая огромный молот. - Али хочешь сказать, что этот проклятый Чёрный Змей от нас отступится? Или Симаргла своего отзовёт?