- Название города с каким-то дальним прицелом, - проворчал Грог и автопоезд въехал в его ворота.
Все мальчишки этого города гоняли по улицам каучуковые мячи: пиная, толкая и забрасывая руками в обручи от бочек. Кольца они крепили на стене и развлекались, как умели. Иногда попадали и в окна, к радости стекольщика. Родители уставали махать ремнём, делая кожаное внушение непослушным чадам, а на следующее утро папаши, поддерживая спадающие штаны рукой, шли на базар покупать новый ремень, потому что старый куда-то запропастился.
Рэндор отправился по своим делам, как всегда прихватив с собой Ламуну с Адой, а остальные готовились знакомиться с городом. К тому же, нужно было подыскать ночлег. В это время, на улице ребятишки гоняли мяч. Наблюдая за игрой юных футболистов, товарищи и сами почувствовали себя детьми, да так, что ближе к вечеру прошёл футбольный матч между пришельцами и мальчишками.
- Ну и как? - спросил Грога вернувшийся Рэндор.
- Счёт 5:0, в пользу мальчишек и счёт за выбитые окна - три штуки.
- Чего три штуки? - не понял рыцарь.
- Три окна - Дроут вышиб, - пояснил Авантюрист.
- Так чего же он мазал постоянно?
- А он за один раз. Как врезал по стенке и... Ну, сам понимаешь...
Собравшись все вместе, пошли в ближайший трактир поприличнее. При любом таком заведении, как правило, существовали постоялые дворы. Или наоборот: при гостинице имелся кабак - суть дела не меняет. При опросе первого встречного, он просветил чужеземцев о том, что неподалёку есть трактир - больше трактиров в городе нет.
- Как, - удивился Авантюрист, - в таком большом городе больше нет кабаков?!
- А другие себя кабаками не считают, - пояснил прохожий.
- А чем же они себя считают? - вмешался Борн.
- Как чем? Гораздо выше! Пройдите в нищие кварталы: это отсюда недалеко и место там приличное.
- В нищих кварталах? - съязвил Дроут.
- Ха, - улыбнулся собеседник. - Это название из далёкого прошлого, когда город только-только становился на "ноги". Кварталы преобразились, а наименование осталось. Чем-то, вроде бы, даже, цинично - символично.
Окончательно запутавшись в определениях, он продолжил путь, а наши герои продолжили поиск ночлега. Искать долго не пришлось и уже через пять минут друзья упёрлись носами в питейное заведение.
- Ресторация, - гнусавым голосом прочёл вывеску Грог. - Выпендрился, да? Ты, Борн, посмотри: кругом кабаки, трактиры и харчевни. Ну, ещё таверны попадаются, а тут...
Сплюнув, он закончил чтение: "Дикая степь".
Внутри было относительно чисто и, в целом, спокойно. Блеяла волынка. В подмогу ей, на нервах, играл какой-то струнный инструмент, неопределённой национальности. Звенел и бухал бубен - то в такт, то не в такт. Пока ещё не пришло время "Х", когда музыканты надираются до зелёных человечков и играют: кто в лес - кто по дрова. Тренькают терпимо, но, мастерство бы подкачать им - не мешало. Когда посетители надерутся до состояния поклажи - можно вообще не играть по нотам, игнорируя последние: один волен исполнять медленную мелодию, а другой - зажигательную "мамушку". Третий член музыкального коллектива может чередовать ритм, через несколько тактов, переключаясь с одного на другого - всем всё едино. Заодно - всем посетителям угодишь... У народа разные вкусы и пристрастия - для этого и выписаны из-за границы такие мастера. Пока своих воспитаешь... С приходом музыкантов начинали подтягиваться постоянные клиенты: послушать свежие новости, старые байки, да и просто опрокинуть кружку-другую несвежего пива. С этого времени пошёл отсчёт неофициальному открытию забегаловки. Официально - она работает круглосуточно. Трактирщик по прозвищу Дикарь уже надраил посуду до зеркального блеска и скучал, в ожидании первых посетителей. Первыми оказались наши герои, перешедшие сразу от слов к делу. Даже к двум - одновременно: и закусывая, и снимая номера. С последним вопросом проблем не возникло, а вот с первым вышел некоторый напряг. Пока Дикарь бегал отдавать консьержке распоряжение, насчёт приготовления номеров к постою, товарищи разминались лёгкими напитками. Пинк опрокинул кружку пива и, когда поставил её на стол, то изо-рта у него торчала порядочная ветка вереска.
- Пинк, что это у тебя за кусок во рту? - спросил Грог.
Гном брезгливо, двумя пальцами извлёк инородный предмет, не имеющий к закуске никакого отношения и выбросил его в зал. Сплюнув, он вытер рот платком и высморкнувшись в скатерть, в сердцах воскликнул:
- Кабатчик - сволочь! Хотя бы фильтровал напиток...
- Ладно, хоть - не таракан! - не согласился Борн, заглядывая в кружку в поисках ингредиентов, идущих на приготовление пива.
- Зато ресторация, а не какой-нибудь замызганный трактир "У помойки"! - весело отреагировал Авантюрист.
Прибежал Дикарь и с ходу заявил:
- Конюшен у нас нет!
- При чём тут конюшни?! - возмутился Грог, грозно сверкая глазами.
- А куда селить ваших лошадей? - растерялся ресторатор.
- Повальский гоблин тебе лошадь! - сердито перебил его Дроут. - Это единорог, дурень - присмотрись повнимательнее.
Кивнув на Люську, он добавил:
- А это его подружка...
- А это моя, - вздохнул Авантюрист, прижимая к груди пивную кружку.
Дикарь опять скрылся в недрах гостиничного комплекса, скрипя половицами: то вдалеке, то над головой, то опять в другой стороне. Было похоже, что они с консьержкой играли в прятки и в догонялки - одновременно. Поскрипев рассохшимся деревом, трактирщик вскоре вернулся, неся с собой новый вопрос:
- Горничная спрашивает, что стелить Жоре - сено или солому?
- Простынь! - рявкнул орк. - За всё уплачено!
Дикарь опять унёсся скрипеть сухим деревом, а товарищи продолжили трапезу. Пока она заключалась только в дегустации напитков местных виноделов и пивоваров. Кабанчик, на массивном вертеле, ещё поджаривался в огромном камине, распространяя невыносимо-аппетитный запах по всему помещению, включая верхние гостиничные этажи. Румяная, красно-коричневая корочка шипела горячим жиром и немного дымила. Судя по целостности туши - охотники совсем недавно принесли её сюда. Из неё не вырезали ни одного кусочка. Кабанчик над огнём крутился самостоятельно. Медленно, но - верно. Пинка заинтересовал механизм вращения. Он отсутствовал, а гнома глодало любопытство.
- Может быть, зверь вращается с помощью магической мысли? - предположила Сюзи.
Ответа, естественно, она не получила. Все только неопределённо пожали плечами, состроив из лиц рожи. Пинк ещё раз внимательно осмотрел вертел и обратил внимание на то, что один его конец упирался в боковую стену камина и терялся в ней. Пока вопрос остался без ответа и гном заглянул в дымоход. Там сушились чьи-то носки. Или коптились. Пинк молча показал рукой на камин и брезгливо поморщился. Грог посмотрел на нижнее бельё и по-своему прокомментировал ситуацию, намекая на трактирщика:
- Или подарки ждёт, от дедушки Санты, или ароматизирует носки, чтобы потом не воняли. Стирать, видимо, лень...
Все сгрудились вокруг кабанчика, заглядывая внутрь дымохода. Борн усмехнулся и сказал:
- Блин! Когда он их наденет, то ноги гоблины отгрызут, сбежавшись со всей округи!
- Отожрут - не успеешь оглянуться! - подтвердил Борис.
- Паразитов, наверное, морит, - выдвинул свою гипотезу Рэндор.
На полу лежали меха, раздувающие огонь в камине. Привод у них был ножной и Дроут, со всей дури, врезал ногой по рычагу. Зола разлетелась по всему помещению, а носки вылетели в трубу не хуже ведьмы, опаздывающей на шабаш. Когда товарищи прочихались, отплёвывая чёрную сажу, как-раз появился Дикарь. На немой вопрос и указание пальцем в сторону дымохода, он схватился за голову и прокричал:
- Уборщик, хренов - убью, падлу! Всех клиентов разгонит, сволочь!
Узнав, что носки улетели, трактирщик несколько успокоился.
- Вот дерьмо! - сказал он в сердцах, намекая на прислужника. - Сколько раз его за это били, но, у него просто мания, какая-то - вешать свои носки в дымоходе.