войнах, трудно сосчитать. А.Л. Репецкая, доктор юридических наук и

профессор, в своей статье “Убийства в России: анализ криминальной

статистики” приводит следующие цифры: “абсолютные показатели

убийств в России уве личились с 15,6 тыс. зарегистрированных в 1990

г. до 31,7 тыс. - в 1995 г., то есть более чем в 2 раза. <…> в эти же

годы резко увеличилась доля трупов с неустановленной причиной

смер ти (с 8 813 в 1990 г. до 44 649 в 1995 г.), а также количество

лиц, находившихся в розыске и не обнаруженных (с 13 314 в 1990

г. до 22 708 в 1995 г.). Эти данные свидетельствуют о том, что

реальный уровень убийств того периода как минимум на порядок

выше, чем их официаль ные показатели.” Впечатляет, не правда ли?

А ведь это только статистика по убийствам. А сколько преступлений,

связанных с коррупцией, мошенничеством, финансовыми аферами

и прочими экономическими, уголовно наказуемыми деяниями? Это

при том, что многие преступления просто не регистрировались.

И при том, что уголовно наказуемые деяния, совершенные

сворой чиновников и олигархическими группировками, вообще не

преследовались законом. Как тут не вспомнить Салтыкова-Щедрина

с его бессмертным: “Для того чтобы воровать с успехом, нужно

обладать только проворством и жадностью. Жадность в особенности

необходима, потому что за малую кражу можно попасть под суд”.

Не в бровь, а в глаз. Порой мне кажется, что Михаил Евграфович

писал не о той, дореволюционной России, которую со слезой

умиления нам припоминают монархисты-либерасты-демократы, а

о нашей, современной, словно предупреждая о том, что нас ждет.

Впрочем, со времен 90-х у нас мало что изменилось (я имею в виду

экономическую сферу, в сфере разгула дикой преступности ситуация

все же выправилась в лучшую сторону). Достаточно вспомнить дело

Сердюкова и Васильевой.

Самое опасное то, что невероятно возросла детская

преступность и наркомания. Если в советское время мы дружно

смеялись над парой наркоманов в районе (которые нюхали бензин

или какие-нибудь распылители), а верхом наркоты считалась конопля,

133

купленная у цыган, то при Ельцине и его присных, наркомафия ввела

в употребление героин, кокаин, амфетамины и прочие “прелести”

западного образа жизни. Борьба с наркомафией ведется, но на

уровне ловли мелких исполнителей. Главные фигуранты продолжают

безбедно жить в особняках, за высокими заборами, и плевать они

хотели на все потуги правоохранительных органов.

В разложение православных (и не только) нравственных

ценностей сыграли свою роль СМИ. Сказал же Владимир Познер о

том, что, ‘‘что одна из величайших трагедий для России – принятие

православия... Я считаю, что православие явилось тяжелой ношей

для России’’. Расшатывание нравственных устоев было одним из

условий Запада в поддержке Ельцина. К этому же относится одно

из позорнейших явлений, под названием проституция. Вспомните,

сколько проституток было в вашем городе в советское время, и

сколько их стоит на улицах сейчас. Попробуйте представить себе, что

в газете “Правда” публикуют объявления о эскортных девушках, а ЦК

КПСС принимает постановление об улучшении производительности

труда и соцсоревновании среди жриц любви. Но капитализму не

требуются духовные личности, ему как воздух необходима биомасса,

желающая красивой сытой жизни, немного наркотика, много секса,

стрингов, джинсов и дешевой синтетической жвачки с ГМО и соей,

и лишенная каких-либо нравственных идеалов, духовных ценностей

и совести. И ельцинизм эту задачу выполнил. За какие-то 10 лет он

воспитал поколение, ничем не отличающееся от того, что обитает

за океаном и в Западной Европе, то есть желающего только сладко

жрать и вкусно спать. Безудержная реклама алкоголя и сигарет

привела к резкому повышению числа курящих. Молодая девушка

теперь часто с сигаретой во рту и с банкой пива в руке. И никого это

не удивляет. А ведь это прямой путь к вырождению нации, кого будут

рожать курящие и пьющие матери, какие нарушения генофонда

они принесут в будущие поколения? Даже куцая статья о запрете

проституции не действует никак. Самые наисуровейшие меры

борцунов с проституцией сводятся к штрафу в 500 рублей и грозному

покачиванию пальчиком, ай-яй-яй, мол, Манька-облигация, ай-яй-яй.

И все! Никакого контроля в сфере интернета, наоборот, стоит набрать

в поиске слово “проститутка”, и к вашим услугам будут тысячи страниц.

А порнография для власти стало синонимом высокой культуры. И все

это плод неутомимой работы команды Ельцина в 90-е годы прошлого

столетия.

На фоне роста преступности, ухудшения образа жизни,

снижения духовного уровня народа, довольно незаметно прошла

134

“утечка мозгов”. А ведь когда уходят лучшие умы, то страна

становится на грань национальной катастрофы. В лучшем случае

она становится колонией, в худшем – окончательно вымирает. Не

буду говорить плохо о тех, кто уехал, жить хорошо хочет каждый. Но

напомню тем, кто льет ушаты на Ленина – при нем лучших ученых

стремились оставить в стране, выделяя для них все, что только было

возможно, порой отрывая от себя. И не надо воспринимать это как

патетику. Технический, научный и культурный взлет страны после

тяжелейших лет Гражданской войны был обусловлен не только

энтузиазмом трудового народа, но и наличием в стране умственного

и интеллек-туального потенциала. Многие оставалась в Советской

России не потому, что вдруг возлюбили большевиков (часть из них

к этому все-таки пришла, но позже), а потому, что Россия для них

была Родиной с большой буквы. Ленин понимал, что сохранение

культурного и умственного наследия – залог жизнеспособности

страны. Не буду отрицать, что в годы Советской власти, особенно

в первые годы, происходило и уничтожение памятников культуры,

в особенности, связанных с религией. Но с другой стороны,

именно при Советской власти памятники культуры обрели статус

объектов, охраняемых государством. И за их уничтожение или порчу

полагалось уголовное преследование. А сейчас ситуация изменилась

кардинальным образом. При подмене духовного брюхом, памятники

культуры и исторического наследия интересуют бизнес только как

предметы, имеющие товарную ценность. И если объект мешает

ведению бизнеса, то его безжалостно сносят. Бизнес – это не место

для сантиментов. Как говорил Сергей Галицкий (создатель сети

магазинов “Магнит”): “В бизнесе нет места для благотворительности.

Бизнес должен работать”. Поэтому, если что-то мешает бизнесу, это

будет снесено, как например, произошло в Екатеринбурге, когда

было снесено охраняемое государством здание землемера Ярутина,

поскольку оно мешало построить безликое уродство под название

бизнес-центр “Высоцкий”. Кстати, сильно сомневаюсь, что Владимир

Высоцкий был бы рад такому использованию его имени. В том же

Екатеринбурге, дом на улице Гоголя 7, тоже памятник архитектуры,

был снесен. Когда только возникла угроза сноса, его почтил своим

присутствием даже губернатор Свердловской области. Увидев

творящееся, он поведал, что все будет непременно восстановлено –

“честное благородное слово”, - и никто не отличит восстановленное

от оригинального. Но в конце сентября 2013 года от особняка XIX века

остались лишь новостные хроники с губернатором в главной роли,

а на месте действия событий строится третья очередь торгового

135

центра. А сколько таких объектов культурного и исторического

наследия было уничтожено по всей стране в угоду крупному капиталу?