Все это время Рагнар как-то умудрялся сдерживать свою ненависть к Стрибьорну. Она не исчезла, а просто дожидалась благоприятного времени. И непостижимым образом, пока Стрибьорн жил и ненависть полыхала в Рагнаре хладным огнем, у него сохранялась неуловимая связь с его старой жизнью на острове. Рагнар не хотел, чтобы Стрибьорн умер, будучи частью его Когтя. Он был готов щадить Беспощадного Черепа до тех пор, пока не перестанет нести за него ответственность.
– Давайте прибавим ходу, – сказал Рагнар. – Там, в Руссвике, полно голодных ртов.
– Постарайся не съесть все прежде, чем мы туда доберемся, Свен! – крикнул Кьел. Рагнар заметил, что по пути Свен запихивал в рот куски сырого мяса и жевал их, продолжая нести оленя.
– Да, ты уже сгрыз достаточно, – подхватил Рагнар.
– Ни фига подобного,– возразил Свен и громко рыгнул.
Все дружно расхохотались и в приподнятом настроении зашагали вниз по холму навстречу мерцающим огням Руссвика.
– Говорю вам, их было больше сотни, – сказал Нильс. Это был невысокий, очень смышленый парень, командир другого Когтя, сформированного в день прибытия Рагнара. К этому дню он уже потерял двоих людей – хотя, кажется, не по своей вине. Просто не повезло. Рагнар смотрел на него с интересом, как и все остальные поедая оленину с тушеной репой в длинном зале. Впервые он близко увидел большую группу чужаков.
– Где ты их видел? – спросил Стрибьорн.
– Они шли через перевал Лезвие Топора. Мы были в долине над ними, смотрели вниз с деревьев. Мы уже пару часов выслеживали большого оленя и двух его самок, когда заметили их. Решили, что лучше вернуться и сообщить сержанту Хакону.
– Сотня или около того, – пробормотал Кьел. – Это много.
Рагнар знал – все думают то же, что и он. С новым пополнением в Руссвике оказалось порядка сорока кандидатов, не считая Хакона и вооруженных гостей. Это был не очень хороший расклад, если дело дойдет до схватки. С другой стороны, здесь всегда имелось магическое оружие, которым были вооружены сержант и ему подобные. Сотня или тысяча – это не будет иметь значения против магии, которая могла разнести в клочья огромного морского дракона.
– Что же ответил сержант? – спросил Рагнар.
– Он только посмеялся и сказал, чтобы мы не беспокоились. Это было всего лишь зимнее переселение чужеземцев. Он объяснил, что они не причинят нам беспокойства, если мы оставим их в покое. Конечно, если они не будут слишком голодны.
Рагнар поразмыслил над услышанным. Упоминание о зимнем переселении означало, что эта группа была лишь частью какого-то более крупного племени. Вновь он ощутил свое невежество в отношении этой земли, куда принес его небесный корабль. Ему хотелось бы узнать о ней побольше.
Одно становилось все очевиднее. Чужеземцы, проходя через эту территорию, значительно сокращали на ней количество живности. Олень, которого принес Коготь Рагнара, стал первым мясом, добытым жителями лагеря в Руссвике за долгое время. Он мог оказаться и последним ввиду наступившей зимы. Запасы пищи в лагере постепенно истощались. Еще оставались мешки зерна и немного подсохших овощей, вот и все. На сколько же их еще хватит и когда запасы будут пополнены? А еще Рагнар подумал о том, где же едят сержант Хакон и остальные Волки. Он никогда не видел, чтобы они делили пищу с кандидатами. Строго говоря, он даже никогда не видел, чтобы они ели. В этом было что-то сверхъестественное.
Он пожал плечами и оставил эту мысль. Сержант, возможно, ел там, где никто его не мог видеть. Может быть, у него был секретный запас провианта, откуда он и питался. Это тоже показалось Рагнару смешным. Сержант Хакон не из тех людей, кто делает что-либо тайно. Зачем ему это? Он абсолютный господин и хозяин в этом лагере.
И все же Рагнар был обеспокоен. Зима становилась все суровей, а еды оставалось все меньше. В то же время к ним присоединились новые кандидаты. Это могло привести к беде.
– Убей его! Убей эту свинью! – орала толпа голодных кандидатов. В длинном доме вспыхнула драка: переворачивались деревянные столы, разлетались дымящиеся миски с кашей.
Все произошло случайно – Кьел нечаянно врезался в Мику и Вола, двух парней из Когтя Нильсa, стоящих в очереди за кашей. Расплескалась миска, заляпав стоящих едой. Их нервы, истрепанные неделями голода, суровых тренировок и жестокого обращения со стороны сержанта Хакона, наконец-то сдали. В считаные секунды оба накинулись на Кьела. Мик прижал его к столу, а Вол колотил и пинал жертву.
Рагнар выругался. И Мика, и Вол были здоровенными парнями и очень хорошими борцами. Ни Свена, ни Стрибьорна в зале еще не было. Тут ничего не поделать. Если никто не вмешается, то собратья из Когтя Нильса могут забить Кьела до смерти. А никто и не собирался вмешиваться. Все заняты тем, что подбадривали напавших.
Рагнар бросился вперед. Он вскочил на скамью, пронесся по столу и прыгнул. Ухватив в прыжке Мику и Вола за шеи, юноша увлек их за собой на пол. Голова Мики основательно приложилась к утоптанному земляному полу. Рагнар перекатился и вскочил на ноги, развернувшись навстречу Волу. Тот уже поднялся с поразительной скоростью. Рагнар сделал выпад ногой и угодил противнику точно под подбородок. Вол рухнул спиной на стол, разбрызгав по сторонам еду.
– После этого ты не останешься на ногах! – произнес дородный новичок, перепрыгивая через стол, чтобы наброситься на Рагнара.
– Ты это серьезно, мальчик? – прорычал Рагнар, нанося ему мощный удар в подбородок. Друзьям парня это явно не понравилось, и они тоже полезли в свару. Яростно усмехаясь и выбирая себе очередного противника, Рагнар спиной ощутил порыв холодного воздуха. Открылась дверь, и он услыхал радостные вопли Свена и Стрибьорна, узревших разраставшуюся драку. Два могучих тела гут же врезались в атакующую Рагнара толпу.
Это словно послужило сигналом к началу общей свалки. Без видимых причин в воздухе засвистели летящие во всех направлениях миски с кашей. Скамьи тут же оказались переломанными, поскольку некоторые из участников побоища использовали их фрагменты в качестве оружия. В охватившем их бешенстве товарищ бросался на товарища, друг – на друга. Каждый бился сам за себя.
Рагнар отступил и толкнул кого-то. Он мгновенно развернулся с занесенным для удара кулаком и увидел, что это Кьел. Соколиный Охотник также был готов нанести удар, но, увидев, кто перед ним, пожал плечами и глупо улыбнулся.
– Пригнись! – внезапно крикнул он. Рагнару едва хватило времени, чтобы распластаться на полу, как у него над головой пролетел кусок разломанной скамьи. Даже не взглянув на противника, он с пола нанес ему удар ногой, попав в пах, и был вознагражден пронзительным визгом. Рагнар тут же перекатился на бок, чтобы избежать соприкосновения с чьим-то мелькнувшим ботинком, и оказался под столом, временно выпав из водоворота яростной потасовки.
В зале царило безумие, его наполняли яростный рев, дикие крики, пронзительные вопли боли. Кровь заливала пол. Кандидаты атаковали друг друга с неистовством, которое устрашило бы любого врага, каким-то непостижимым образом они словно наслаждались этим. Сражения и драки всегда являлись частью культуры Фенриса, и возможно, парням было даже полезно дать выход напряжению таким образом. Paгнара тоже охватило всеобщее возбуждение, он полез из-под стола и тут же схлоптал хук от Нильса.
Это был добрый удар, искры так и посыпались из глаз. Рагнар растянул губы в усмешке свирепого восторга – противник застыл на месте – и тут же отправил Нильса на пол шквалом ударов в голову, а затем опять бросился в самую гущу свалки, хохоча как помешанный.
– Довольно! – прорычал громоподобный голос. Побоище мгновенно прекратилось. Рагнар замер, будто пригвожденный на месте. В поле его зрения появилась громадная фигура сержанта. Усмешка на его лице была не из приятных.
– Итак,– прогремел он,– вам больше некуда девать время, кроме как на драку? И вам настолько не нравится еда, что вы используете ее как оружие. Я не удивлен. Аса готовит такую комковатую кашу, что вы могли применить ее вместо камней для пращи. Тем не менее это расточительство. Кто затеял драку? – вопросил он после паузы.