Сейчас её самообладанию и оптимизму можно было только подивиться. Впрочем, если разобраться, истинным источником всех этих замечательных свойств, вдруг прорезавшихся в девушке, был не кто иной, как Темняк. Зурка уверовала в него, как в бога, а кто же будет предаваться унынию, находясь под божественной опекой.
Внезапно вся передняя стенка камеры улетела, словно сорванный ветром листок (хотя шум, поднявшийся при этом, отнюдь не соответствовал подобному сравнению).
Темняку и Зурке открылось весьма любопытное зрелище – невдалеке, под прикрытием мерцающей защитной стены, маячили фигуры сразу двух Хозяев, похожих друг на друга, как яйца, снесенные одной курицей, а позади толпились слуги Шишки, уже успевшие отмыть свои рожи от чёрной краски.
Чем-то эта немая сцена напоминала знаменитый финал гоголевского «Ревизора». Все присутствующие были явно поражены представшей перед ними горькой истиной, хотя по крайней мере двое – один человек и один Хозяин – заранее знали о возможном сюрпризе.
Хозяева, до этого имевшие абсолютно идентичный облик, мгновенно преобразились. Первый принял форму громадной запятой с торчащим вверх загнутым хвостом, другой превратился в почти идеальный шар.
– Которая из них Стервоза? – шепотом спросил Темняк. – Ты можешь её опознать?
– Круглая, – ответила девушка, – неужели не понятно!
Шар стремительно напал на запятую (всех людей, находившихся поблизости, словно ураганом смело), но та устояла и даже накрыла противника своим хвостом.
Тогда Стервоза вытянулась в длину и опутала тело Шишки сложным узлом. Та поступила аналогичным образом, и образовался один общий шевелящийся клубок, распавшийся на две части уже в виде бублика и гантели.
Схватка происходила столь стремительно и изобиловала такими невероятными метаморфозами, что неискушённый человек (а Темняк таковым, по сути, и являлся) просто не мог уследить за её ходом. Зато Зурка улавливала любой нюанс этого поистине фантастического поединка.
– Наша-то молодец! – Всё происходящее она комментировала со страстностью и непосредственностью, свойственной молодости. – Как она эту тварь прихватила! Ну-ну-ну! Ещё немного! Ах ты, сволочь, вырвалась!.. Вот не повезло! Теперь она нашу давит… В лепешку её распластала… Люди добрые, да что же это делается! Конец Стервозе приходит!
– А может, вмешаться? – поинтересовался Темняк, до сих пор не научившийся отличать одну соперницу от другой. – Помочь ей?
– Да ты что! – отмахнулась от него Зурка. – От тебя и воспоминаний не останется! Даже подумать страшно, какие силы там сейчас сошлись… Смотри, смотри! Выкрутилась Стервоза! Ай да умница! Треплет чужую почем зря! На куски её рвёт! Чужая сдается! Наша взяла!
Клубок, на протяжении доброй четверти часа ежесекундно менявший свои очертания и сокрушавший вокруг себя всё, что только можно было сокрушить, окончательно разделился. На замызганном полу остался валяться бесформенный, жалко подрагивающий мешок, а рядом с ним гордо возвышалась изящная колонна, в которой Темняк никогда бы не узнал Стервозу.
– Что теперь будет с чужой Хозяйкой? – полюбопытствовал Темняк. – Подохнет?
– Ничего с ней не станется, – с презрением сказала Зурка. – Хозяева свои схватки до смертоубийства не доводят. Зато позор-то какой! На весь Острог ославилась!
Механизм, поднимавший пол, уже давно заглох. Часть подпорок рухнула, а часть осталась торчать в потолке. Темняк осмотрел одежду, но она превратилась в никуда не годные лохмотья.
– Пошли, – Зурка потянула его за руку. – Нас Стервоза зовёт.
– Как ты можешь её слышать? – удивился Темняк.
– Слышу – и всё. Ты в этом смысле, наверное, глухой. Но зато и Хозяева над тобой не властны.
– Совсем не властны?
– Ну нет! В любой момент они могут раздавить тебя, как клопа. А вот душу не тронут. Понимаешь?
– Кое-что понимаю. Да только какая польза покойнику от неуязвимой души?
Назад они возвращались дружной компанией. Впереди, почти не касаясь пола, важно плыла Стервоза – бесспорная героиня нынешнего дня. Сзади, взявшись за руки, вышагивали Зурка и Темняк. Она совершенно голая, а он в одних коротких штанах.
Ни в этот день, ещё только клонившийся к ночи, ни на следующий, добавивший в сладость торжества горечь трезвого осознания, никаких мер в отношении Темняка и Зурки предпринято не было. Стервоза отсыпалась сутки напролет, словно мартовский кот, вернувшийся домой после долгого отсутствия. Похоже, что поединок с коварной Шишкой изрядно обессилил её.
На какое-то время наша парочка была предоставлена самим себе. Зурка смотрела на Темняка глазами влюбленной тёлки, и ему стоило немалых трудов объяснить ей, что забавы ни в коем разе не должны мешать делу.
– Надо довести до конца то, что ты сама недавно начала, – втолковывал он девушке. – Иначе ты останешься у охранителей под подозрением, и нам обоим это может выйти боком. Немедленно разыщи их и расскажи всё, как было. Нам скрывать нечего. Объясни, что на них напали слуги одной из Хозяек, имеющей претензии к Стервозе. А ты сама здесь совершенно ни причем.
– Да плевала я на этих придурков! – отмахнулась она.
– Никогда не говори так! – Темняку даже пришлось повысить голос. – Нет ничего хуже, чем наживать себе врагов. Тем более, если для этого нет никакого серьёзного повода. Скажи охранителям, что я готов встретиться с кем-то из них. Желательно, чтобы это был человек по имени Тыр Свеча. Мы с ним давние знакомые и, надеюсь, быстро найдем общий язык.
– После того, что случилось с Цвирой, его единомышленники вряд ли согласятся встретиться с тобой наедине, – засомневалась Зурка.
– Если они чего-то опасаются, пусть приходят целой компанией. Я не возражаю. Но ты всё же им втолкуй, что Цвира погиб только потому, что сам собирался погубить меня. И не по причине идейных разногласий, а исключительно из-за ревности к одной небезызвестной особе.
– Постараюсь в точности следовать твоим советам, – пообещала Зурка. – Но ты же сам знаешь этих людей. Они имеют собственную точку зрения по любому вопросу и зачастую не могут понять самых очевидных истин.
– Почаще улыбайся, и всё у тебя получится, – напутствовал её Темняк.
Зурка отсутствовала довольно долго, что могло косвенно свидетельствовать о плодотворном диалоге, однако новости, доставленные ею, нельзя было однозначно отнести ни к плохим, ни к хорошим.
Охранители внимательно выслушали версию случившегося, предоставленную девушкой, но никак её не прокомментировали. Человека по имени Тыр Свеча они якобы вообще не знали. Предложение Темняка, касавшееся личной встречи, было принято к сведению, но ни о каких конкретных сроках не упоминалось.
Если говорить в общем, то у Зурки создалось следующее впечатление: охранители ставят её слова под сомнение и в самое ближайшее время намерены досконально проверить каждый упомянутый факт.
– Это их право, – сказал Темняк. – Надеюсь, они вели себя с тобой вежливо?
– Более чем вежливо. Ближе пяти шагов боялись подойти.
– Значит, наука пошла им впрок. И это радует.
Вечером того же дня Стервоза вплыла в комнату, где Темняк и Зурка коротали время в невинной болтовне. Подобный визит был великой редкостью. Гора сама пришла к Магомету. По-видимому, настала пора держать ответ за все проделки последних дней, хотя Темняк даже и не представлял себе, как это будет выглядеть на деле.
К сожалению, настроение Хозяев нельзя было предугадать ни по форме тела, ни по окраске кожи, что было так удобно в общении с Годзей. Ничего определенного не могло подсказать и сияние, временами исходившее от них – для недостаточно зоркого человеческого глаза признаки гнева были неотличимы от признаков любопытства.
Тем не менее чувствовалось, что разборка намечается серьёзная, а иначе зачем бы Стервозе понадобился призрачный двойник, без промедления возникший в центре комнаты.
Молчание затягивалось. Внезапно Зурка вскрикнула и шепотом пожаловалась:
– Она меня ущипнула!
– Что бы это могло значить?