В тот вечер в орден было принято девятнадцать человек. Пригласив их завтра на утреннюю тренировку, князь Василий удалился внутрь вагончика. Стекла в него уже вставили. О недавнем штурме напоминали только вмятины и царапины на боках.

- Чего-то не хватает нашему ордену, - сказал он Гоше, когда рыцари разошлись по своим домам.

- Чего же, князь?

- Я думаю, символа, который мог бы вдохновлять на подвиги. Гроба господня нам не хватает.

- Это сделать проще, чем вы думаете. Мой одноклассник Макс признанный посланник бога. Только сам он этого не признает. Говорят, Хилер вчера его измерил. Отклонения составляют минимальную величину: пять миллионных долей, кажется. Так вот, осталось только распять его или убить каким-то иным способом.

- Мысль кощунственная, но полезная для нашего общего дела, согласился князь Василий. - Ведь, между нами сказать, он девушку убил. Чтобы не травмировать общественность уверовавших в пророка, убить его вовремя, думаю, даже полезно.

- Он мне, конечно, товарищ, но орден дороже, - сказал Гоша.

- Приведи его завтра. Может, сразу и распнем на нашем крестике. А гроб закажем, собрав членские взносы с рыцарей.

- Я даже знаю, как сделать, чтобы гроб сразу попал в руки неверных! сказал Гоша, заговорщически оглядываясь. - Богостроители уже подготовили закладку нового храма, им нужны кости пророка, чтобы положить их под угол фундамента. Я думаю, для них не катастрофично, если эти кости будут упакованы в красивый гроб.

- Тогда у наших рыцарей сразу появится задача: вернуть гроб Господень в лоно матери-церкви, - сказал князь Василий и довольно потер руки.

- Только одно осложняет дело, - сказал Гоша. - Закладка фундамента назначена была на сегодня.

- А-яй-яй! - сказал князь Василий. - Истинно сказано: умная мысля приходит опосля. Давай-ка сходим к твоему другу.

- Надо бы вооружиться, - предложил Гоша. - Если там богостроители, то придется отбиваться.

- Согласен, сын мой. Только спрячем оружие под одеждой, чтобы не привлекать лишнего внимания.

Пока они шли, продолжая обсуждать эту тему, их идея претерпела некоторые изменения.

* * *

Когда князь Василий вместе с Гошей поднялись на седьмой этаж, то увидели следующую сцену: Синегдоха, наклонившись к замочной скважине, плевалась, стараясь, чтобы внутрь квартиры пророка попало как можно больше слюны (по поверьям богостроителей слюна патриарха оказывала магическое воздействие на все, с чем соприкасалась; в данном случае верующие пытались открыть дверь и сделать квартиру своим союзником). А Йодо командовал двумя проворными молодыми людьми, которые разматывали бикфордов шнур и прилаживали динамит к дверным петлям.

Богостроители и не догадывались, что за всей этой сценой пристально наблюдала соседка Макса Аграфена Игнатьевна, которая уже полчаса как позвонила Порфирию Петровичу и с нетерпением ожидала прибытия представителя закона. Она ему, кстати, и про Наташу рассказала, но Порфирий Петрович сообщил, что потерявшаяся девушка звонила ему еще утром.

- Так что недоразумение разрешилось, а ваш сосед невиновен.

- Ой, не знаю, милок, не знаю, - залопотала в ответ старушка. - Больно уж странно все это. Наташенька-то к нему в гости пошла, а так до сих пор и не вышла.

Но следователь уже положил трубку. Видимо, не поверил свидетелю.

- А! Вот и злодей! - хихикнул Йодо Шандарахис, когда князь Василий в сопровождении Гоши, вышли из лифта.

- Хочу заключить договор! - сказал князь Василий.

- Хочешь полную капитуляцию подписать? - спросила Синегдоха, отрываясь от замочной скважины и с трудом разгибая спину.

- Вам нужны кости пророка, а мне Гроб Господень. Давайте поделим Макса так, чтобы каждому досталось то, что он хочет.

- Что ты предлагаешь? - спросил Йодо, припоминая пример с разделением апельсина из американского учебника конфликтологии (когда одному достается мякоть для сока, а другому кожура для пирога).

- Берите себе кости. А нам оставьте все остальное тело, мы его в гроб засунем.

- А если нет? - спросила Синегдоха.

- Тогда убедительная просьба: закопайте его под фундаментом вашей церкви в нашем гробу.

- Послушай, Евлампий, - зашипела Синегдоха. - Я знаю, что ты замышляешь. Ты создал орден вагоньеров. И теперь хочешь, чтобы мы зарыли гроб, а ты потом своих крестоносцев пришлешь? Мы тебе политический капитал зарабатывать не будем!

- Вот именно! - пискнул Йодо, высовывая свои волосатые уши из-за плеча супруги. - Мы наследники вольных каменщиков, а ты служитель церкви Попа Великого!

Увидев, что его замыслы разоблачили, князь Василий поднял свою рясу и извлек из ножен казацкую шашку, которую из-за ее относительной легкости предпочел взять в эту экспедицию вместо меча. Гоша тоже выхватил из ножен украшенный богатой резьбой арабский клинок, - без сомнения, лучший образец из числа тех, какие удалось раздобыть дьяку Иннокентию.

Увидев серьезность намерений вагоньеров, богостроители расступились в стороны.

- Тогда мы заберем пророка к себе, - заявил в наступившей тишине князь Василий. - И распнем его по нашему христианскому обычаю. Чтобы вам, еретикам, в аду гореть вечным огнем!

- Макс! Открывай! Это я, Гоша. Мы с князем тебя отвоевали. Синегдоха и Йодо больше тебя не обидят.

- Открывай, сын мой! Ты под защитой ордена вагоньеров! - вторил ему князь Василий.

Лариса, только что подошедшая снова к двери, отнюдь не собиралась открывать кому бы то ни было, и только молилась своим медицинским богам, чтобы вызванная милиция прибыла вовремя.

И ее молитвы были услышаны. Одновременно на площадке появились рослые автоматчики и Порфирий Петрович.

- Расступитесь, граждане! - скомандовал Порфирий. - Кто здесь ломится в квартиру? Задержать всех.

- Я лицо духовное, - сказал князь Василий, пряча в ножны казацкую шашку и опуская рясу. - Прибыл выручить Макса по просьбе его друга и одноклассника.

- Точно так, - подтвердил Гоша, пряча музейную редкость под куртку. Мы только что предотвратили взрыв динамита, который замышляли эти богостроители.

- Ладно, святой отец. С Вами мы отдельно поговорим. А этих - в СИЗО.

Как ни кричали возмущенные богостроители, но их одного за другим затолкали в лифт. Динамит осторожно сняли и сложили в специальную сумку, сшитую из старых бронежилетов.

Лариса, дрожа от страха, открыла дверь, и Порфирий, в сопровождении князя Василия и Гоши, вошел в квартиру.

- Где Макс? - спросил Гоша.

- Он лежит, очень болен, - сказала Лариса.

- Вчера еще был здоров, - сказал князь Василий. - Что случилось?

- Наташа, соседка, которая пришла к нам сегодня в гости, подмешала в салат синильной кислоты. Вот в этот. Он попробовал только на кончике вилки - и мне чудом удалось его спасти. Я медик.

- Как Вас зовут? - спросил Порфирий.

- Лариса.

- Мы с Вами встречались вчера. Я уходил уже от Макса, а вы только приехали на лифте.

- Я помню, - сказала девушка.

- Дайте-ка мне этот салат. Я отдам его на анализ в нашу лабораторию.

- Я сделала анализ. Макс немного увлекается химией, и у него нашлись необходимые реактивы. Здесь не меньше пяти смертельных доз.

- Запакуйте его в мусорный пакет, пожалуйста, - попросил Порфирий. Если родители вашей соседки отравлены той же самой синильной кислотой, мы сможем доказать суду вину Наташи. Секунду.

Он высунул голову в коридор, где его ждал один из автоматчиков, и попросил позвонить в наташину дверь. На звонок никто не откликнулся.

- Нет дома, - сказал автоматчик. - Прикажете открыть?

- Нет, подожди пока.

- Слушаюсь.

Порфирий засунул голову обратно и попросил:

- Пожалуйста, расскажите все по порядку.

Лариса начала рассказ с того момента, как они с Максом сегодня отправились на прогулку. Не упустила и встречу с Синегдохой. Только вот обошла стороной способ исчезновения Наташи из кухни после такого запоминающегося обеда.