Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Как Дику удалось найти такое сказочное место, не испорченное массовым туризмом? Малко любовался птицами. Он забыл о перенесенных страданиях. Монкого вытащил из кармана костюма огромную сигару, закурил и сказал довольным тоном:

– Вы слышали, что хотели сделать эти обезьяны? Они ничего не уважают. Но они не осмелились вызвать гнев моего императора!

– Вы были великолепны, – ответил Малко, – без вас мы бы погибли.

Сара согласилась с ним. Дипломат посмотрел на большие золотые часы. Размером с маленькую гранату.

– Он еще не приехал. Ему следовало бы поторопиться, иначе моя крошка рассердится.

Малко смотрел на гладкую поверхность озера. Он очень хотел искупаться. Он сделал несколько шагов по направлению к воде, но очень скоро его ноги провалились по щиколотку в черноватую грязь. Еще больше испачкавшись, он повернул назад. Солнце палило еще сильней, чем в Аддис-Абебе. Внезапно у него закружилась голова, и ему пришлось прислониться к «мерседесу», чтобы не упасть. Вновь заболели все мышцы, а голова стала просто раскалываться.

– Как вы побледнели, – сказала Сара.

Он только успел упасть на заднее сиденье и закрыть глаза. Сара села рядом с ним.

– В Аваза я снова сделаю вам массаж, – сказала она. – Но нужно время, чтобы вы выздоровели.

У Малко не хватило духу ответить. Он вспомнил застывшее лицо Валлелы, приоткрытый в крике рот, глаза, потерявшие внезапно всю выразительность.

Монкого все больше и больше нервничал.

– Мы вернемся на дорогу, – решил он. – Это позволит сэкономить время. Мне нужно ехать в Дэбрэ-Зейт...

Он повернул назад, около километра проехал по топкому холму, прежде чем выехал на тропинку, идущую вдоль маленькой речки, зажатой между крутых берегов. Они по-прежнему были одни. Лишь через несколько километров, подъезжая к дороге, ведущей в Аваза, они увидели одно из бесчисленных стад зебу, пасущихся в саванне. Монкого остановил «мерседес» около указателя, установленного на пересечении дороги и тропинки. Асфальтовая дорога пересекала поляну с редкой растительностью и уходила вдаль.

По дороге в сторону Аддис-Абебы проехал грузовик. Малко дремал. Сара машинально чистила «Калашников», а Монкого во все глаза смотрел на дорогу.

– А вот и он!

Малко так резко обернулся, что застонал от боли. Старенький «лендровер» Дика Брюса приближался к ним. Он съехал с дороги и остановился около «мерседеса». Тяжелый груз свалился с плеч Малко. Они ждали уже два часа, и он все больше и больше беспокоился о судьбе американца.

Дик спрыгнул на землю и подошел к ним. Он был как всегда флегматичен. Он долго жал руку дипломату, выслушал рассказ Малко и с улыбкой сказал:

– Я выбрал нашего друга Монкого, потому что он блестящий актер...

Африканец важно выпятил грудь, явно польщенный, но затем, если можно так выразиться, потемнел.

– Мне нужно уезжать, – сказал он.

Сейчас он думал лишь об одном. Дик Брюс нырнул в «лендровер» и вытащил оттуда полотняный сверток и маленький горшок. Он отдал оба предмета африканцу, объяснив ему что-то на незнакомом языке. Дипломат развернул серое полотно и быстро перелистал Библию, украшенную миниатюрами. Его глаза блестели.

– Спасибо, – поблагодарил он, – большое спасибо. Император будет очень доволен.

Он крепко пожал руку Малко. Рука Сары исчезла в его ладони до локтя.

– До скорой встречи в Аддис-Абебе, – сказал он.

Сияющий, он сел в «мерседес» и включил зажигание. Вскоре он превратился в маленькую зеленую точку.

– А что вы ему дали вместе с Библией? – спросил Малко.

Дик Брюс улыбнулся:

– Алаблабит, пюре из крапивы, приготовленное по особому рецепту. Это – возбуждающее средство... Монкого всегда очень беспокоится по этому поводу.

– С вами ничего не случилось?

– Ничего особенного, – ответил американец. – Но я был вынужден идти пешком. Это меня и задержало. Ну, в машину. Я не хочу приехать в Аваза слишком поздно.

После багажника «мерседеса» твердое сиденье «лендровера» казалось мягкой постелью. Пейзаж был невыносимо монотонным. Все тридцать километров они слегка поднимались. Практически не было машин, но все время они встречали или обгоняли полуголодные стада зебу или коров, которых пасли пастухи, одетые в лохмотья. Они ехали по одной из немногочисленных дорог, построенных итальянцами во время оккупации Эфиопии. Но ехать по ней пришлось недолго. По мере того, как они продвигались на юг, саванна наступала. Они проехали несколько деревень, запруженных повозками.

Дремавший Малко заметил скачущего рядом всадника, держащего в руке копье. Это был галла. Голос Дика вывел его из оцепенения.

– Подъезжаем.

Он выпрямился. Они съехали с асфальтированной дороги и катили теперь по дороге, вымощенной латеритом, вдоль большого озера с болотистыми берегами. Вдали показались горы. Дик Брюс свернул вправо и въехал в деревянные ворота, над которыми висела вывеска с полустертыми буквами: «Бельвью Отель». Он остановился перед круглой хижиной с остроконечной крышей, покрытой соломой. Прибитая доска извещала: Прием гостей.

Подождите меня здесь, – сказал американец.

Он исчез в хижине. Малко вылез из машины, чтобы размять ноги. Странный отель. Смесь остроконечных хижин и облупившихся бунгало, разбросанных в парке, где росли огромные деревья. Край парка омывали воды озера.

– Это тукули, – сказала Сара Массава. – Мы приехали в край сидамо.

– А не опасно ли приезжать в этот отель, – заметил Малко, – когда нас разыскивают?

– О, здесь мы так далеко от Аддис-Абебы. Телефон не работает, на весь край лишь один радиоприемник у губернатора провинции. В его распоряжении очень мало солдат, и у него хватает забот с Фронтом освобождения сидамо и с кифта. Это – бандиты с большой дороги. Но... (Она колебалась.) Я не понимаю, почему мы приехали искать золото сюда. Здесь же только деревни сидамо.

– Я знаю не больше, чем вы, – признался Малко. – Надеюсь, что Элмаз уже здесь. Пусть она нам объяснит...

Дик Брюс вышел из хижины и подошел к ним. Его черные глаза сверкали радостным светом.

– Она уже приехала, – объявил он. – Живет в тукуле № 32. (Он протянул ключ Малко.) У вас тукуль 36. Он большой, Сара может идти с вами. А я остановлюсь в бунгало.

43
{"b":"29572","o":1}