- Ну, тогда бросся на меч, если так уж жить невмоготу, хотя я бы на твоем месте сначала выслушал меня…

- Поступи я так, и мне ни когда не попасть в Валгаллу – хмуро проревел он.

- Что ты заладил Валгалла, Валгалла, что это вообще такое?

Они замерли, уставившись на меня как на недоумка, своими выпученными как у рака глазами. Я понял что прокололся, видимо в этом мире всякий знал, что такое Валгалла. Что ж, местным уже прикинуться не удастся. Но показывать свою обескураженность, я не стал:

- В тебе говорит великая гордыня, вы просто зарвались и впервые получили достойный отпор. Там где меня обучали, учат справляться и не с такими противниками. Гм, что ж, даю вам второй шанс, каждый живущий, имеет на него право.

- Да кто ты в конце то концов? Где учат так сражаться.?

- Я Рус, берусь вас перевоспитать, - чуть торжественно ответил я - и чтобы вам было спокойней, принять мое предложение скажу лишь, что я и мой снежный друг, не принадлежим этой стране, поэтому нет ни чего зазорного в вашем проигрыше.

- Не хочешь ли ты сказать…. – он запнулся и хмуро оглядел своих протрезвевших воинов.

Теперь они стояли и переминались с ноги на ногу, уставившись, кто в землю, кто в небо, и молча кинул:

- Мы согласны, тебя выслушать, продолжай.

- Куда вам деваться? – Про себя усмехнулся я, а им сказал уже вслух:- Поступим так,– вы поступаете ко мне на службу, в своеобразный найм, за еду и снаряжение, отработаете положенный срок, получите вознаграждение, и тем самым смоете свой позор. Правда, это если вместе выполним одно дело, а если нет - нам всем может, не поздоровится. К тому же вы, не знаете, с кем придется столкнуться, а как я понял, суть вашей жизни – это проявление доблести и храбрости на поле боя. А там враг будет, не простой, доселе невиданный и не знакомый.

Я оглядел каждого из них, - все крупные, сбитые, в основном рыжие, потом глянул на вожака, в его синих глазах что-то отразилось, промелькнуло некое сомнение, потом созрело решение, и он, разминая шею, просипел:

- Согласен. Даю слово ярла, а меня никто не может упрекнуть, в том, что хоть раз нарушил данное обещание - мой хирд идет к тебе в найм!

- Вот и отлично. А сейчас, давайте топайте, обратно за столы, там и побеседуем. И своих подобрать не забудьте – кивнул я на тех двоих, что вылетели из дверей, еще, когда я только подходил к корчме – а то околеют.

Часть воинов бросилась поднимать валявшихся на снегу мужиков, остальные, кряхтя, поднимались сами, и охая, примыкали к своей команде. Некоторые бросились помогать товарищам, побратимам, четверых пришлось нести, но, в общем, обошлось все лишь ушибами да вывихами – я старался не калечить, хоть это и было трудно.

Атарк поглядел, как его воины отряхнулись, и медленно двинулись обратно к крыльцу, только сейчас ощутив сильный мороз, и зябко передергивали плечами, пошел вслед за ними. Здоровяк который не хотел пускать меня вовнутрь, наконец, разогнулся, и кашляя, тоже направился вовнутрь корчмы. Тут и Куру пошел, принюхиваясь, следом за ним, неслабо переполошив, и так не шибко теперь храбрых драчунов, и остальных посетителей. Атарк дождался, когда пойду я, и понуро поплелся, следом за мной.

Внутри, все они тут же влили в себя по доброй пинте эля, помотали головами, и были уже почти в норме.

- Это мой спутник. – Сказал я, заходя, и видя, как реагируют, на присутствие хищного зверя, завсегдатаи, добавил, пытаясь их успокоить. - Он мирный.

Должен сказать это мало помогло. Но, видя, что громадный кот ведет себя не как дикий зверь - ни на кого не кидается, не шипит и не рычит, а двигается спокойно, понемногу успокоились.

Атарк и его дружинниками, уселись за свой широкий, длинный стол, сбитый из крепких дубовых досок, но оставили место и для меня. Я сел рядом с Атарком, и воином по имени Рудольф. Они здесь почти все были рыжими, лишь изредка виднелись белые и пшеничные волосы. Я кивнул хозяину, знаками показывая подойти. За оплату заказа я мог не волноваться - в моей походной сумке, тепер всегда есть чем расплатиться, а я даже когда ложусь спать, кладу ее неподалеку. Для меня это последняя связь с моим прошлым, но в нее я ложу и мешочки с золотой крошкой или самоцветами. Так что, что-нибудь подберу. Выудил оттуда маленький золотой самородок, и бросив его на стол, я сказал подбежавшему корчмарю:

- На всех! Всего самого лучшего, и побыстрее!

Тот быстро смел золото, и умчался выполнять, а вскоре сюда понабежало служанок с разносами. Через пять минут, мы уже сидели, попивая эль, поедая жареных гусей и крупные куски, красной, морской форели. Куру приволокли чуть прожаренную баранью ногу, и крупную рыбину.

Тем временем, хирдманы вновь вошли в состояние хорошего настроения, я долго поил их всех, и постепенно начал выуживать сведенья о мире и Асгарде. Вскоре выяснилось, что оказались мы в северной стране, заснеженном краю урманов, с редкими поселениями рыболовов, разбросанными по всей прибрежной зоне. Как правило, все, они были обнесены частоколом из неотесанных бревен, с заостренными определенным образом верхушками, располагались в бухтах, между громадных скал. А насчет небожителей, я постарался выспрашивать аккуратно, стараясь не вляпаться в очередной конфуз. Как и положено первым все что знал, выложил, сам вожак.

- С кого начинать то? – Пьяно улыбнулся он, уже позабыв все обиды.

- С кого сам считаешь нужным - ответил я, и морщась от кислятины, заменяющей здесь пиво.

- Ну, тогда с самого правителя и хозяина Асгарда – решил он.

- Нет, давай если знаешь с сотворения мира – попросил я, желая услышать версию простого народа.

Он призадумался, разгладил усы, и начал рассказывать:

- До творения мира была бездна Гинунгагап. К северу от нее был мир холода, к югу мир жары. Из взаимодействия холода и жара родился великан Имир, другие инистые великаны и корова Аудумле, молоком которой великаны кормились. Корова лизала соленый камень, и от работы ее языка у камня появились волосы, затем голова и лицо, и так возник родитель Бури. От него родился Бор, от Бора и великанши Бестлы родились Один, Вили и Ве. Эти трое были первыми богами асами - небесными богами.

- Ты что серьезно в это веришь? – Не выдержал я – такой грубой интерпретации событий.

- Ну не знаю, так нас учили – буркнул он.

- Ладно, извини, продолжай – решил я, не перебивая, выслушать все до конца

Он, на мгновенье замялся, хлебнул эля и продолжил:

- Само собой, Один и его братья не были продолжателями застойной мировой гармонии. Для начала они убили Имира, и это связалось с массой новых превращений, через которые появился наш мир, в котором нам, людям, суждено жить и творить свою историю. Моря это - кровь Имира, тело - Земля. Из черепа сделали небосвод, его закрепили, задрав четыре края земли, так, что земная поверхность не выпуклая, а вогнутая. Искры из жаркой бездны - звезды на небе. Соль - солнце и Мани - месяц - есть сестра и брат из первых людей. Их образы то сливаются с солнцем и месяцем, то они оказываются их возницами. Создавая людей далее, Один дал им жизнь и душу, Вили - разум и движение, Ве - облик, речь, слух, зрение.

Атарк замолчал, и снова отхлебнув большую порцию эля, продолжил:

- Наш мир асы назвали Мидгард, он отделен стеной от иного мира, где живут великаны. Эту стену построил один из великанов, и асы убили его, потому, что он просил за работу слишком много. Сами асы живут высоко в небе, в городе Асгарде. Землю и Небо удерживает в устойчивом равновесии Мировое Дерево - ясень Иггдрасиль. У его корней берет начало источник знания и мудрости Мимира, за глоток воды из которого Один отдал свой правый глаз. Корни мирового дерева поливают Норны - девы, имена которых переводятся как: Судьба, Становление, Долг. Помимо этих Норн, есть и личные норны у всех людей. Под землей живут подземные боги - ваны в стране Ванахейме. Асы дрались с ванами, но потом помирились. После примирения некоторые ванны, такие как Ньерд, Фрейр, Фрейя - стали асами.