– Э дружок, так ты не так уж и пьян? Ну раз проводишь обманную тактику, или это признак профессионала – кабацкого драчуна? – Поддел я.

От этих слов, он разъярился еще больше, но кинулся на меня уже более сосредоточенно и серьезно. Я развернулся к нему боком, уходя от очередного удара, и легонько двинул двумя пальцами в горло. После чего послышались хриплые квакающие звуки, и путь внутрь стал свободным, поскольку мужик, держась за горло, откинулся на перила. Я хотел, было помочь ему, присоединиться, к тем двоим внизу, но передумал, и развернулся, намереваясь, войти.

Можно подумать дальнейший путь в корчму стал теперь беспрепятственным. Как бы ни так. Видевшие все это, через проем рыжие и русые бородачи, повскакивали со своих мест и резво так, кинулись ко мне. Поначалу они мешали друг другу, и их стремительный рывок как-то сразу угас. Но потом грубый голос рявкнул какую-то команду, толчея сразу же прекратилась и они четко один за другим выскочили мне навстречу, так и не успевшему войти вовнутрь. Я спрыгнул с крыльца обратно и стал ждать.

- Слышь ты! Шо с головой не дружишь - наших трогать?- Сразу наскочил один из вылетевших наружу, молодчиков на меня, и сходу залепил мне в челюсть волосатым кулаком.

Я отвел голову немного в сторону и отступил на шаг.

- Да он просто дурень – раздался другой голос - связываться с хирдманами Атарка, верный признак скудоумия. Пусть выпрашивает у Браги мозги, а пока зададим ему хорошую трепку.

- Ты прав Дарлонг, дурней надо резать, чтоб род людской не портили – поддержал и третий, крепкий, подвижный парень, с хитрым, лисьим лицом вытаскивая засопожник, и при этом зловеще кривя рожу...

- Ага, как вепря недоростка – подтвердил тот, что говорил о хирдманах Атарка.

С этими словами они кинулись ко мне, втроем, но не скопом, а в определенном порядке остальные пока остались топтаться на месте, и посмеиваться. Но, правда, все-таки взяли нас в кольцо.

Пришло время проверить свои навыки, уже за пределами Даарии. «Ракар» пускать в ход, я не собирался - не для таких схваток я его ковал, попробую проучить их голыми руками. Здесь бы хватило, и трети тех умений, что даются в кланах у медведя или львицы, или четверти из Лабиринта. Но главное, это не превысить человеческие возможности, я же не желаю привлекать к себе внимание, или проявлять истинную свою суть.

Как бы там ни было, а возможности хорошо поразмяться, я был даже рад. Может это, и несколько рискованно в незнакомом мне мире, но кто-то же должен проучить этих заросших волосами болванов.

Первый подбежавший, широко размахнулся и нанес мне сокрушающий удар в голову, точнее попытался нанести. Я уклонился, а двое остальных одновременно провели короткие удары в корпус и в ноги. Затем в ход пошел засапожник, которым скорее хотели попугать, чем нанести серьезное ранение. Но в ходе драки, владелец ножа, вскоре изменил свое решение - его выпады стали быстрыми и точными, мужик старался попасть либо в шею, либо в жизненно важные органы. Не смотря на весьма нетрезвое состояние, двигались они все, быстро и довольно ровно. Я само собой уверачивался от всех троих, а когда этот нелепый танец, начал мне надоедать, не сильно ткнул в горло собранными воедино пальцами своеобразным «клювом орла» первому набежавшему, и двумя короткими ударами под дых, заставил согнуться и открытыми ртами хватать воздух, двоих других.

- Даже не успев и разогреться – пожаловался я остальным забиякам.

- Сейчас ты сполна получишь, клянусь Тюровой бородой – выкрикнул кто-то из толпы, бросаясь ко мне.

- Жду не дождусь – зло усмехнулся я, и принялся раздавать зуботычины.

После того как, их товарищи застыли в нелепых позах, пытаясь хоть как-то набрать воздуха в легкие, остальные забияки, вслед за тем который, уже бежал на меня, выхватили кинжалы, и присоединились к драке. Некоторые же, те, что поумнее, бросились назад вовнутрь, и пока я отшвыривал их приятелей, появились оттуда уже с мечами и секирами. И не говоря ни слова, они вступили в схватку.

- Вжирх! – Просвистел мимо уха брошенный одним из них топор. - Фьють – свистнул брошенный нож.

- Сплоченные вы ребята, как погляжу… Что ж придется проучить вас хорошенько - заметил я – а то больно наглые и неотесанные. Одно слово дикари!

Неподалеку прислоненная к тыну, стояла старая кухонная утварь, и ухваты в том числе. Высоко подпрыгнуть и перевернувшись в воздухе, оказаться возле забора было плевым делом. Я подхвати один из стоявших там ухватов, на вид с более-менее, крепким держаком, и начал орудовать им, как шестом. Раз, за разом, нанося точечные удары в наиболее болевые области, чтобы вывести из строя на некоторое время, но не навредить. Все нападавшие оказались, довольно сносными рубаками, в воздухе стало тесно от мелькавших полос металла, я решил дать им немного вымотаться чтобы, потом им было не так обидно, за неиспользованные возможности, но заметил что не очень то они и устали.

- Будет неплохая команда! – Промелькнуло у меня – надо их приспособить…

В один из моментов, наблюдавший за дракой вожак, я определил его по более качественной одежде, медвежьей шкуре поверх нее, и манере держаться, не вытерпел, и тоже решил ввязаться в драку. В тот же миг, откуда-то из-за угла промелькнула быстрая белая тень. Сразу после этого раздалось рычание и крики ужаса, видимо Куру не выдержал и пришел мне на помощь. Хорошо хоть не в боевой трансформе. Что ж пусть.

- Ну, ты то мне и нужен – про себя усмехнулся я и повернулся к вожаку.

Ухват в моих руках замелькал быстрее. Одним рогом зацепив его топор, я крутанул свое оружие вдоль далевой оси, а за тем проведя подсечку, пригвоздил его бычью шею рогами ухвата к земле. Следующему воину, явно берсерку, но не успевшему войти в нужное состояние, подхватив с плетня и надел на голову пустой казан, и со всей силы врезал по нему топором, подхватив его ранее, у ног бывшего владельца - теперь уже полузадушенного предводителя. Он свалился на землю кулем и затих, прохрипев:

- Ты кто?

После этого, я еще некоторое время дубасил, оставшихся стоять на ногах чудил, всем, что, попадало под руку. Горшками, древками от метел, выроненным оружием. Главное сейчас задать им хорошую трепку, может в будущем будут вежливей, хотя конечно, наврядли. Когда мне это надоело, я решил, что пора и поговорить:

- А ну всем стоять! – Заорал я, желая всем сердцем, чтобы голос разносился по всей округе, и придавая ему, жесткие и повелительнее нотки.

Подействовало, все кто еще стоял на ногах, враз застыли на месте. Глаза расширились и медленно начали приобретать ясность, хмельной дурман спадал. Куру застыл в извечной, боевой стойке, всех представителей кошачьих семейств. Во взглядах гладящих на него, все больше читалась ясность и страх - снежный кот хоть и втянул громадные страшные когти, отливающие стальным блеском, но пока еще пугал. Кудесники Нуара постарались на славу, и до того обладавший хорошими боевыми качествами, Куру окончив обучение овладел, и искусством внушения одним лишь только взглядом. Тем временем вожак приподнял голову, и обратился ко мне, пытаясь не уронить достоинство:

- Если ты воин… Ты же ведь воин? Или ты карающий меч кого-то из богинь, и мы провинились? – Взглянув мне в глаза, с надеждой, на первое спросил он – не дай мне упасть в глазах Одина и Тюра, вложи в мои руки топор и прикончи. Дай отправится в Валгаллу с честью – хрипел предводитель нахала, не пустившего меня в корчму. Он все дергался, пытаясь выдернуть ухват из земли.

- Мне твоя жизнь не нужна. – Спокойно ответил я – Живи! И ухватившись за держак, выдернул ухват из земли.

- Какая жизнь? Клянусь бородой пресветлого Бора, позор лег на мою голову и головы моих хирдманов. Мы проиграли одному воину, к тому же еще и безоружному – все еще хрипя, произнес он подымаясь.

- Но это ведь, был не бой, а всего лишь потасовка - удивился я – с чего вдруг такие выводы?

- Не важно, нами было обнажено оружие и мы проиграли,… Остаться в живых после подобного пленения - значит проявить трусость, остается только вспороть себе брюхо. А за это светит отправиться к Хель в объятия, а совсем не к Одину в Валгаллу. Я опозорил себя и своих воинов, теперь уж лучше смерть, только прошу, а я, никогда ни кого не просил - дай нам отправиться в Валгаллу как воинам, а не жить презренными всеми, или умереть как твари.