Но вообще-то Мхаргрдзели не очень удивился жесту

иранского купца. Приходилось и раньше, во время торго¬

вых сделок или государственных договоров, принимать

драгоценные подарки от купцов или иноземных послов.

—

Весть, которую я принес, дороже этой жемчужи¬

ны,— заговорил иранец.— Приехавшие из Гандзы купцы

уверяют, что монголы окружили Тавриз. Надо ждать с ми¬

нуты на минуту, что султан Джелал-эд-Дин снимется с

места и побежит.

—

Пускай стоит сколько угодна его душе,— засмеял¬

ся грузин, самодовольно поглаживая белую выхоленную

бороду.

422

В этот момент полотнище шатра приподнялось,

и сразу две головы — юного Шамше и великана сван¬

ского эристави просунулись в шатер,

—

Выходи,дядя,хорезмийцы бегут!—крикнул юноша,

—

Атабек! Враг оставляет лагерь и бежит,— подтвер¬

дил и эристави.

Командующий схватил меч и, не забыв сунуть за па¬

зуху драгоценную жемчужину, выскочил из шатра. Все

военачальники уже были в сборе. Все были радостны, го¬

ворили возбужденно, перебивая друг друга:

—

Недолго простояли хорезмийцы*

—

Собирают палатки.

—

Уже погнали стада.

Вскочив на коней, предводители грузинского войска

выехали на обзорную высоту. С удивлением смотрели

они на раскинувшуюся внизу равнину. Пыль, поднятая

оживленным движением во вражеском стане, растека¬

лась желтоватым облаком. Обоз и стада растянулись так,

что передовые скрылись за горизонтом, а хвост еще нахо¬

дился в лагере и не распрямился сообразно дороге. В са¬

мом лагере тушили костры и складывали палатки.

—

Неужели и вправду уходят? — усомнился вслух

амирспасалар.

—

Скатертью дорога! Скорее бы домой да помыться

в бане, а то зудит от грязи и там и тут,— вслух же помеч¬

тал Шамше.

Иванэ бросил на племянника недовольный взгляд.

—

Почему не трогаются войска?

—

Боятся нашей погони.

—

Войска снимутся ночью в темноте.

—

Нужно решить — преследовать нам их или нет.

—

А зачем? Богатства у них немного, ни с чем при¬

шли, ни с чем и уходят восвояси.

—

Уж очень многочисленны и хороши стада.

—

Но войска еще многочисленнее, не нужно об этом

забывать. А стад у тебя, эристави, и без того хватает.

Береги их, вместо того чтобы ставить на карту жизнь.

—

Верно, стоит ли из-за баранов и лошадей затевать

войну? Нужно радоваться, что они уходят без боя.

—

Приглашаю всех в мой шатер,— возгласил коман¬

дующий.— Выпьем еще раз за здоровье царицы и наслед¬

ника. Один иранский купец преподнес мне большой бочо¬

нок вина, разопьем его вместе.

423

Братья Ахалцихели поговорили между собой, и стар¬

ший обратился к командующему:

—

Если разрешите, амирспасалар, мы останемся здесь.

Нужно посмотреть, что будут делать вражеские войска.

—

Следить за вражескими войсками есть кому, кроме

вас. Но если вы не желаете пировать вместе со всеми,

оставайтесь, неволить не собираюсь.

Командующий круто повернул коня и поскакал к сво¬

ему шатру. Военачальники, все еще радостные и возбуж¬

денные, поскакали за ним. Высоту не оставили только

братья Ахалцихели, сомневающиеся в истинниом наме¬

рении врага снять осаду.

Стемнело.

Темная душноватая ночь разлилась вокруг. Братья

Ахалцихели до боли в глазах вглядывались в безлунную

черноту, стараясь хоть что-нибудь разглядеть или угадать

во мраке. Но темнота была плотной и непроглядной. Не

скрывала ночь только шума. По ржанью коней, по гулко¬

му топоту бесчисленных копыт было похоже, что лагерь

не убывает, а пополняется. Более того, шум приближался

как будто из глубины долины, ближе к высотам, к передо¬

вой линии расположения войск. Шалва приказал поту¬

шить все огни, проверил караулы. В тишине и темноте

тихо переговаривались братья:

—

Не верю я, что Джелал-эд-Дин собрался уходить.

—

Да, он ушел бы тихо. А если бы и был какой-ни¬

будь шум, он удалялся бы, а не приближался к нам.

—

Может быть, все это лишь военная хитрость?

—

От султана всего можно ждать.

—

Если наши догадки верны, на рассвете пойдут на

штурм. Ну да ладно. Утро вечера мудренее. Нужно хоть

выспаться до утра. Если бы командующий доверил, я зав¬

тра сам напал бы на них и разметал бы их по степи. Но

Мхаргрдзели опять начнет говорить, что все это ради мо¬

его Двина. Да разве в Двине все дело. Своим бездействи¬

ем мы воодушевляем хорезмийцев. Они убеждены, что мы

боимся их, и, вот посмотришь, утром пойдут на штурм.

—

Караулы не спят?

—

Усталых я подменил.

—

Командующий обиделся, может быть, сходить нам

к нему в шатер?

424'

—

Не беда. Утро вечера мудренее. Нужно выспаться.

Спокойной ночи, НГалва.

—

Доброй ночи, брат Иванэ.

И братья заснули.

Джелал-эд-Дин расстанавливал войска, а сам прислу¬

шивался, прислушивался к чужому лагерю. Сначала в

главной ставке грузин горели огни. Отблески костров

трепетали высоко в небе. Вместе с ними возносились

кверху многоголосые песни, хлопанье в ладоши, заздрав¬

ные кличи и все остальные звуки и шумы, говорящие

о беззаботном и разгульном веселье.

Должно быть, действует его верный Хаджи Джихан,

лукавый иранский купец. Должно быть, грузины повери¬

ли, что хорезмийцы уходят, не попытав боевого счастья.

Должно быть, крепким оказалось вино в бочонке Хаджи

Джихана.

Итак, мы бежим, а грузины торжествуют по этому по¬

воду. Хорошо. Подождем до завтра, увидим, кто побежит,

а кто будет праздновать победу.

Постепенно затих грузинский стан, погасли костры,

замолкли песни. К этому времени султан закончил все

приготовления к бою. Он приказал эмирам идти отдыхать,

помолился и уснул сам.

Спал он недолго. Поднялся, едва начался рассвет.

Эмиры тоже все на ногах. Ждут у входа в шатер. Джелал-

эд-Дин вышел и произнес боевую речь.

«Враг не хочет войны, потому что боится нас. Промед¬

ление выгодно для грузин, потому что они у себя дома.

А у нас много еще дел впереди, кроме этих неверных гурд-

жи. Мы не может стоять без дела.

Мы используем самый удобный час. Они думают, что

мы ушли, и спят, напившись, в своих шатрах. Восполь¬

зовавшись их беззаботностью, обрушимся на них как гром,

засыплем дождем железных стрел.

Помните слова Магомета: двадцать сильных мужей

одолеют двести неверных. Сто обратят в бегство тысячу,

ибо аллах дал нам неверных, чтобы было кого сокрушать.

Так вперед же, па них, аллах все видит, он с нами, мы

победим».

Небо стало сизым, как перья голубя, потянуло холод¬

ным ветром. Хорезмийцы пошли.

425'

Торели проснулся, потому что стало зябко. Он потя¬

нулся так сладко, что чуть не захрустела поясница. И тут

же услышал грохот обваливающихся камней и лязг ме¬

талла. В следующее мгновение шум барабанов заглушил

все остальные звуки. Около своей палатки Иванэ Ахалци¬

хели садился на коня, отдавая какие-то распоряжения.

Его брат Шалва скакал, размахивая саблей, и что-то гром¬

ко кричал. Не прошло и минуты, как авангард грузин¬

ской армии, предводительствуемый братьями Ахалцихе¬

ли, был на ногах.

Но близко уж со всех сторон неслись истерические

крики: «Аллах! Ил аллах!» С боевыми криками хорезмий¬

цы карабкались на скалы. Они хватались за кусты, за

камни, умудряясь угрожающе размахивать саблями. Пока

их заметили, они проделали большую часть пути.

—