Литмир - Электронная Библиотека

— Такое впечатление, что он ни капли не испугался. Как будто его каждый вечер вот так «пакуют» в чужую машину и везут в лес.

— Правильное впечатление, — отец Игорь сам пристально посмотрел на своих похитителей. — Судя по всему, вы тоже не первый раз этим занимаетесь.

— Чем это «этим»?! — Багор схватил отца Игоря за грудки и хотел ударить, но ему не позволили.

— Остынь, Багор! И ты, святой отец, успокойся. Найдем общий язык — отвезем тебя чин-чинарем домой к твоей матушке под бочок. И все забудем. А не найдем, то..

Бандит вздохнул и многозначительно посмотрел куда-то в небо.

— Не будем тебя томить, святой отец. Короче, ходит к тебе одна «телка»… В смысле дочка одного известного в здешней округе папаши Смагина.

— Мои прихожане не заполняют никаких анкет, — спокойно ответил отец Игорь. — И я не спрашиваю, кто чья дочка или кто чей сын…

— А надо бы. Умнее нужно быть, как другие. Глядишь, тоже будешь на крутой «тачке» раскатывать, а не лапти свои по дороге мять. Немного ума в голове никогда не повредит. Это тебе не геморрой в заднице. Итак, вернемся к нашей теме. Ходит к тебе одна девочка: Надежда по имени, Смагина по фамилии. Не вздумай сказать, что это не так. Сразу душонка твоя полетит в самое пекло: за то, что соврал добрым людям.

— А я и не собираюсь врать. Среди моих приезжих гостей есть такая: именно Надежда. Но она вовсе не моя прихожанка, а…

— Вот-вот-вот, — сразу обрадовался допрашивающий. — Я рад, что мы на пути к полному пониманию. Она вроде как и не прихожанка, потому что ездит… Так куда она ездит?

И снова схватил отца Игоря за грудки.

— Правильно, в монастырь, — не дождавшись от него ответа, он сказал сам.

— И для этого вы меня затащили в это глухое место? — усмехнулся отец Игорь.

— Не только для этого. В основном для того, чтобы ты сейчас же выложил нам все, чтоб известно о ней.

Она ведь тебе открывает свою душу? Да? Иначе зачем ей к тебе мотаться? Кабы в нашу компашку повадилась, то тут все понятно. А ты для нее староват уже. И сан твой святой не позволяет блудными делишками заниматься. Верно говорю? Вот и расскажи нам все, о чем она там с тобой шепчется. А мы тебе за эту информацию спасибки скажем, а сверху еще деньжат дадим. Придешь домой, кинешь небрежно на стол пакет. Матушка подумает: сальца муженек притащил, а там бумажечки. И не простые, а зелененькие, с американским президентом… А? Договорились? Ну, давай, рассказывай…

— Я не могу понять, что именно вас интересует. Я священник, сфера моих интересов и моей компетенции — духовная жизнь прихожан, духовные проблемы, а вовсе не материальные, родственные, финансовые или еще какие. Поэтому…

— Поэтому мы ждем всю информацию о духовной жизни и духовных проблемах той особы, личность которой мы уже установили: Надежды Смагиной. Всю. До мелочей.

— Но ведь вы должны понимать, что я не имею права обсуждать с вами или с кем-то из мирян эти вопросы и темы. Они связаны с тайной исповеди…

— Ой-ой-ой! Тайны! Какие у вас могут быть тайны? Треп один, а не тайны.

— Каждая человеческая душа — это тайна.

— Треп, говорю, сплошной, а не тайна. Что-то мы в себе ничего такого таинственного не ощущаем. И не видим.

— Время, значит, не пришло.

— Зато твое подоспело, — расхохотался Багор. — Тайны, душа, исповедь… Слова-то какие! Настоящие поповские. У самого-то тебя что? Душа? Не душа, а ду-шон-ка! Вытряхнем сейчас — и сам убедишься в этом.

— Погоди, — водитель опять отстранил Багра, стараясь казаться миролюбивым. — Слушай, дорогой, мы очень хорошо понимаем тебя, но и ты должен понять нас. Для этого мы и привезли тебя сюда, чтобы легче было обо всем договориться. Время-то сейчас какое? Позднее. Люди спят, Бог твой тоже отдыхает. Нас никто не видит, не подслушивает, так что можешь говорить все начистоту, а мы, как и пообещали, щедро компенсируем все неудобства. Итак…

Он достал портативный диктофон и включил его:

— Запись пошла.

— Вы от меня ничего не услышите, — тихо, но твердо ответил отец Игорь. — Тайны души человека открыты только перед Богом, а я — лишь недостойный свидетель.

— Вот и хорошо. «Недостойный свидетель…» Мы же не заставляем тебя выдумывать что-то. Правду и только правду. Давай не будем терять время.

— Время теряете вы. Я ничего не расскажу. Или везите меня назад, или…

— «Или», — мрачно отрезал Багор. — Раз ты выбираешь молчание, то мы выбираем «или». К дереву его!

Двое, что стояли сзади, схватили отца Игоря и, подтащив к высокой сосне, привязали к ней, стянув руки прочной бечевкой.

— Тогда начнем допрос с пристрастием, — Багор порылся в карманах своей куртки и вытащил маленькую газовую зажигалку. От щелчка появился тонкий огонек бледного пламени.

— Вот этой штуковиной я сейчас буду подсмаливать твою физиономию, пока она не покроется пузырями, волдырями, ожогами. Но это так, для начала представления, разминки. Потом, если будешь продолжать строить из себя партизана на допросе у немцев, мы перейдем к другим методам. Итак, не передумал?

Отец Игорь отрицательно мотнул головой и отвернулся в сторону.

— Тогда, святой отец, молись своему Богу, чтобы Он тебя услышал… А чтобы мы тут не оглохли от твоих воплей, прикрутите ему звук.

И те же двое заклеили ему рот широким скотчем.

— Вот так, — Багор увеличил пламя. — Как только передумаешь молчать — кивни, и мы продолжим начатый разговор.

«Господи, помилуй, — взмолился про себя отец Игорь. — Да будет воля твоя на мне, грешном!..»

***

Он уже ощутил прикосновение пламени, как в это мгновение из обступившей их темноты раздался четкий голос из громкоговорителя:

— Всем лечь на землю и не двигаться! Руки за голову! Повторяю: всем лечь на землю и не двигаться! Малейшая попытка сопротивления — и мы открываем огонь на поражение! Вы окружены!

Багор вздрогнул и огляделся по сторонам:

— Что за…

Но приказ повторился, а из темноты показался свет ручных прожекторов. Первым отреагировал водитель.

— Быстро развяжите попа! — шикнул он подельщикам, и те мгновенно развязали тому руки.

— Кляп! Уроды, кляп уберите! — шикнул он со злобой и сам же одним рывком сорвал скотч со рта отца Игоря — вместе с кусками бороды и усов. Тот застонал от боли.

Огни стали еще ближе, ярче, и вот в их свете уже можно было разглядеть фигуры военных в камуфляже с автоматами. Тот, кто шел впереди, снова скомандовал — уже без громкоговорителя:

— Лицом вниз, руки за голову и не двигаться!

Все, в том числе и отец Игорь, подчинились приказу.

— Бугор, я не… — прошептал один из похитителей.

— Сейчас узнаем, кто нас сдал. Ох, и не завидую ему… — чуть слышно ответил тот.

Старший офицер подошел к лежащему ничком отцу Игорю и слегка толкнул его в бедро носком ботинка:

— Встать! Руки на капот!

Но, осветив его лицо, схватился за голову от изумления:

— Да это же наш духовный опекун, отец Игорь! Батюшка, как вы здесь оказались?!

— Я-то как… Так… — он глянул на лежащих похитителей. — А вы-то сами как?

— А мы в оцеплении, обеспечиваем план перехвата. Снова побег в колонии. Сразу двое. Стали радаром прощупывать местность, он показал какое-то непонятное движение в лесу, да еще транспорт. Вот мы и… Ради Бога простите, что так вышло! Кто же знал, что вы… Ай-яй-яй, как нехорошо получилось…

Он отряхнул с куртки и брюк отца Игоря сухие листья, ветки. Пока тот приходил в себя, по очереди подняли всех остальных, освещая их лица фонарями.

— Товарищ подполковник, — крикнул другой офицер, — тут ваши старые знакомые. Может, сразу «паковать» в автозак будем?

— И кто же?

Он отошел от отца Игоря.

— Какие люди! Господин Багров и другие официальные лица.

Офицер развернул документы, которые ему подали, и рассмеялся:

— Вот чудеса! Был бандит-рецидивист, а стал помощником кандидата в мэры. Это уже вполне в духе нынешней эпохи! Как говаривали старые люди, из грязи — в князи. «Кто был никем, тот станет всем». Не удивлюсь, если через несколько лет, после очередной «ходки» на зону, ты, Багров, будешь уже не помощником, а кандидатом в градоначальники. Эх, не зря народ наш начал вспоминать добрым словом Иосифа Виссарионовича Сталина, не зря…

110
{"b":"265071","o":1}