Литмир - Электронная Библиотека

Куда теперь податься бедному учителю? Конечно же, лучше всего остаться в Москве…. Здесь другие деньги, другой уровень жизни, здесь всё другое!

Москва! Как действует на воображение приезжих столица, развращённая чужой роскошью и богатством. А ведь здесь большинство горожан ночует на унылых окраинах, улицы забиты автомобильными пробками, да и живут многие беднее некуда…. Но для провинциальных ходоков это пустяки! Ведь у них есть вера в то, что ещё всё впереди, а Москва это сказка, мечта и, безусловно, город больших возможностей.

Третий Рим! Как скоро вандалы накинут верёвки на шеи твоих бесчисленных памятников?

Чтобы получить заветную столичную прописку, Виктор Семенович решил жениться на женщине старше себя, и с ребенком. Будущая жена не выделялась среди его подруг ни красотой, ни умом, зато она жила в «сталинском доме», в большой квартире расположенной неподалеку от метро Университет.

– Я считаю, что у мальчика должен быть отец! – непреклонно сказала женщина. Ребенка, которому уже исполнилось тринадцать лет, Виктору Семеновичу пришлось усыновить.

К сексу Нина, воспитанная в пуританских традициях относилась как-то брезгливо, да и от природы она была холодновата. Денег в семье не хватало, многочисленные любовные приключения, любившего простые радости жизни, тоже не способствовали мирной семейной жизни. Инициатором скандалов была всегда Нина.

– Надеюсь, ты хоть к старшеклассницам под юбки не залезаешь? – с издевкой спрашивала мужа всегда утомленная домашней работой (а больше она нигде не работала), неряшливо одетая жена.

– Они сейчас все в брюках ходят – зло отвечал историк.

И как эта идиотка может говорить такие вещи! – думал он.

Виктор Семенович соблюдал законы, и никогда не позволял думать себе о школьницах, как о предмете своего интереса. Да и вообще ему нравились дамы постарше, с опытом семейной жизни, которые точно знали, что именно надо мужчинам.

– А то бы непременно залез? – не унималась жена.

– Для этого у меня есть ты, – закипая, отвечал ей Виктор Семенович.

Удивительно, но жена привлекала его именно тогда, когда говорила ему гадости. Внезапно пробуждалась злость, разгоралось желание, и тогда, обычно спокойный, учитель валил Нину на диван, преодолевая ее слабое сопротивление. Видели бы его в эту минуту школьники!

– Ты это только и умеешь, – едко выдыхала Нина, – а другие еще и деньги зарабатывают….

Удивительно, но этот случайный секс был моментом торжества в жизни этой невзрачной женщины, которая могла получить лишнее доказательство того, что ее муж бесчувственная и толстокожая скотина!

Да, деньги…. А откуда у школьного учителя деньги? Виктор Семенович работал на две ставки, но все равно его зарплаты ни на что не хватало. И куда деться от такой жизни?!

Спасение пришло оттуда, откуда не ждали. Смутные годы закончились и Москве снова выросли цены на жилье. Они и раньше были непомерно высокими, а сейчас квартиры в том районе, где была прописана несчастная семья, стали стоить целое состояние.

Когда риэлтерские фирмы стали делать жильцам соблазнительные предложения, Нина не выдержала. К этому времени она сумела устроиться на работу в районную управу, в торговый отдел. У Московских чиновников высокая зарплата, а уж те лица, которые выдают лицензии на торговлю… – словом живут хорошо!

Скоро Нина потеряла интерес к учительской зарплате. При размене квартиры она не потеряла ни одного метра, и даже получила при этом денежную компенсацию.

После развода Виктор Семенович вздохнул с облегчением, несмотря на то, что ему досталась лишь маленькая комната в отдаленном районе города. Но не зря говорили в родной деревне, что он родился в рубашке.

Скоро «хрущевки» стали сносить, его коммуналку расселили, и учитель получил приличную однокомнатную квартиру в Бутово.

У холостяков много свободного времени и у появилось новое времяпровождение. В конце концов, каждый человек может иметь увлечения, – говорят, даже великий Менделеев в качестве хобби делал чемоданы и шил себе одежду.

Виктор Семенович умел рисовать с детских лет, потому и вел в школе рисование, а сейчас его просто захватила страсть к написанию портретов и пейзажей. Знакомые женщины охотно позировали ему. Как иногда обижались некоторые из них, увидев свои портреты!

– Боже мой! Ну, разве это я?! Неужели у меня такое странное выражение лица?

– Ах, вот какой ты меня видишь!

– Эта похотливая девица совсем не похожа на меня!

Разве нельзя было посоветоваться с ними? Уж, наверное, они разбираются в живописи не хуже учителя рисования! Отныне ноги их в этом доме не будет!

Но обиды проходили и женщины появлялись вновь, ведь так уютно было позировать Виктору Семеновичу в мягком кресле с бокалом красного вина в изящной руке, сидеть и ждать, когда у него разгорятся глаза, и он отложит кисти в сторону.

Тогда можно перебраться на древний, но прочный ещё диван, чтобы предаться занятию куда более увлекательному, чем живопись….

Мало-мальски способные мужчины у нас нарасхват и не одна приятная натурщица выражала желание скрасить Виктору Семеновичу его одиночество, но, наученный жизненным опытом учитель не поддавался на провокации.

Нет, иногда в его квартире хозяйничали женщины, ведь должен же кто-то оттирать с пола присохшую краску, чистить ванну и скрести плиту, или исполнять другие, более приятные обязанности. Но как только речь заходила об изменении семейного статуса, Виктор Семенович становился непреклонным, – и тогда очередная дама в сердцах покидала неразумного упрямца.

Свято место пусто не бывает, и женщины в жизни учителя истории менялись, подобно сезонам года. это вполне устраивало, ведь в отношениях с прекрасным полом он ценил не верность, а разнообразие.

Глава 3

Как-то быстро наступил июнь, время школьных экзаменов. На Русской равнине господствовал южный антициклон, и в столице прочно обосновалась жара. В такую погоду не хочется садиться в липкий автобус, поэтому Виктор Семенович после работы решил подышать свежим воздухом и отправился домой пешком.

Хорошо летом в Бутово! Неспешная прогулка по району доставляла учителю удовольствие. Легкий ветерок был насыщен ароматом трав, порхали невесомые бабочки, а девушки беззаботно улыбались. Учителю даже казалось, что они улыбаются именно ему.

Поднявшись на седьмой этаж, учитель несколько раз повернул ключ в замочной скважине двери, просто удивительно, что новый замок не захотел сразу открыться.

Ну и плохие же замки сейчас стали делать! – подумал он.

Холостяцкая жизнь имеет свои недостатки. Из распахнутой двери на дохнуло помойкой. Что за мерзкий запах!

Ну, да! Так и есть, – в такую жару он забыл вынести кухонные отбросы в мусоропровод!

Подобное положение следовало немедленно исправить. Учитель не стал запирать входную дверь, он быстро рванулся на кухню, схватил мусорное ведро и метнулся обратно.

Дверь, ведущая в комнату, резко распахнулась. В дверном проеме стоял человек с длинноствольным пистолетом картинно сжатым в обеих руках. На его лицо была натянута черная шапка с прорезями для глаз. Виктор Семенович услышал негромкий хлопок, и позади него звонко посыпались на пол осколки зеркала. Человек в маске нажал на курок еще раз, но выстрела почему-то не последовало.

Оправившийся от неожиданности учитель с силой метнул в напавшего на него незнакомца ведро. Его бросок оказался весьма точным, – край железного ведра угодил нападающему прямо в лоб!

– Ну, ты, козел! – человек в черной маске на мгновение опустил пистолет, схватившись рукой за голову, отчего прорези для глаз съехали ему на нос.

Виктор Семенович не стал ждать продолжения. Он выскочил из квартиры и понесся вниз по лестнице. Вслед послышался (или это только показалось ему) еще один выстрел.

Проскочив лестничные пролеты гигантскими прыжками, учитель выскочил на улицу. Мысли его были беспорядочными. Еще бы! Ведь его пытались застрелить!

2
{"b":"264862","o":1}