Литмир - Электронная Библиотека
A
A

— Но я обожаю все твои запахи и вкус.

— Разве можно обожать толстуху с потными ногами?

— А, так вот какой ты себя представляешь! — пробормотал Грег, не отрываясь от своего занятия. — Солнышко, ты так красива, так притягательна, что это честь — целовать эти маленькие пальчики.

Нэнси очень возбудило то, что делал Грег, однако она все-таки убрала ноги, спрятав ступни под ворохом пакетов с покупками.

— Получишь мои пальчики обратно, после того как они побывают под душем!

— Подобная мнительность тебе не к лицу, дорогая, — вздохнул Грег. — После душа твои прелестные ножки потеряют большую часть привлекательности. — Он встал. — Мне нужно сделать пару звонков. А ты тем временем позвони в ресторан и закажи себе что-нибудь. Мне только кофе.

Грег вышел в другую комнату, а Нэнси решила, что в последние дни действительно постарается меньше есть. Ее не покидали мысли о том, как она выглядит.

Прежде Нэнси никогда особенно над этим не задумывалась, она была достаточно уверенным в себе человеком. А теперь вдруг обнаружила, что ее бедра чуточку шире общепринятого стандарта, грудь великовата, и только талия пока еще не вызывает беспокойства.

Началось это в магазинах одежды, где элегантные продавщицы постоянно заставляли Нэнси чувствовать себя толстой. Держа в руках приглянувшееся платье, она спрашивала свой размер, и бровь обслуживающей ее девушки неизменно взлетала.

— Думаю, это и есть самый большой размер, мэм, но я проверю…

А что будет, если я поправлюсь еще немножко?

Она поднялась с кровати и сняла жакет и юбку. Затем, оставшись в одном черном белье, вновь присела на край постели и принялась вскрывать пакеты с покупками. Первый содержал пиджак для Грега. Нэнси набросила его на плечи и подошла к зеркалу.

— О! — раздалось сзади спустя минуту.

Оглянувшись, она увидела того, кому предназначался этот подарок. Прислонясь к дверному косяку, он с интересом разглядывал Нэнси.

Она хихикнула.

— Вообще-то тебе не положено видеть этого до дня твоего рождения. Но я не удержалась и…

— Малышка, — мягко произнес Грег, — какая у тебя восхитительная кожа! Гладкая и бархатистая, как взбитые сливки.

— Надеюсь, ты подразумеваешь низкокалорийные сливки, — пробормотала Нэнси, поворачиваясь к Грегу, успевшему пересечь комнату и прилечь, упершись локтем, на постель.

Не отрываясь он смотрел на нее снизу вверх.

— Нет, я говорю об очень жирных, вкусных, обольстительных сливках! — Он провел языком по губам и призывно протянул к Нэнси руки. — Я чувствую себя жадным котом, который готов облизать тебя всю.

— Ты больше похож на бенгальского тигра, — заметила Нэнси.

Приблизившись, она провела тыльной стороной ладони по щеке Грега.

— Разве тебе не нужно было позвонить важным людям?

— Важнее тебя никого нет, дорогая моя.

Он увлек Нэнси на кровать и принялся целовать ее лицо, рот, щеки, закрытые глаза. Когда она запрокинула голову, Грег припал губами к ямке у основания ее шеи.

Нэнси привычно погрузила пальцы в густые волосы Грега, наслаждаясь его запахами и ощущением большого сильного тела.

— Сколько лет я мечтал о тебе… — прошептал он. — И вот, наконец, нашел.

Сердце Нэнси учащенно билось. Сколько бы проблем ни существовало между ними, стоило им обняться, как происходило нечто подобное огненному взрыву, случающемуся из-за брошенной в бензин горящей спички.

Нэнси притянула к себе Грега, одновременно раздвигая ноги. Она не стала тратить время на то, чтобы снять пиджак. Точно так же Грег не задержался, чтобы стянуть с Нэнси трусики. Он просто сдвинул кружева вбок, расстегнул брюки и сразу вошел в нее.

Они долго и медленно занимались любовью, глядя друг другу в глаза и испытывая бесстыдное, пронзительное удовольствие от процесса соития.

Каждый раз, когда их настигала волна наивысшего наслаждения, Грег нарочно замедлял темп своих движений. А когда они с Нэнси немного успокаивались, все начинал сначала. Таким образом, новый наплыв удовольствия неизбежно оказывался более мощным и острым.

На самом пике блаженства Нэнси пронзительно вскрикнула. Грег крепко обнял ее, и они еще долго лежали неподвижно, прислушиваясь к доносящемуся в номер тихому плеску Сены.

9

Однако к тому времени, когда они вернулись в Лос-Анджелес, между ними вновь возник спор. Причем такой силы, будто они не были даже друзьями, не говоря уже о чем-то большем.

— Почему ты не хочешь переехать ко мне? — сердито спросил Грег по пути из аэропорта домой. Препирательство началось после просьбы Нэнси отвезти ее в квартирку, которую она снимала. — Зачем ты вообще тратишь деньги на эту лачугу, если можешь спокойно жить у меня, причем с гораздо большим комфортом.

— Дело не в комфорте, — ответила Нэнси.

Она устала и была раздражена. Перелет из Парижа утомил ее, рейс два раза откладывался по причине нелетной погоды.

— А в чем?

— Отдельное жилье помогает мне сохранить независимость, дорогой. Без ощущения хотя бы небольшой самостоятельности я потеряю чувство самоуважения.

— Но это же глупо! — резко произнес Грег. — Мы только что провели несколько чудесных дней в Париже. Объясни, почему нам нельзя вместе вернуться домой?

— Мне нужно немного убраться у себя, — сказала Нэнси. — Полить цветы, вытереть пыль, проверить почтовый ящик…

— У тебя там небось даже есть нечего.

— Это не проблема. Схожу в китайский ресторан или закажу оттуда еду с доставкой.

— Давай я подожду, пока ты сделаешь, что наметила, а потом вместе отправимся домой, нормально поужинаем, выпьем по бокалу вина и спокойно ляжем в постель.

— Это твой дом, а не мой, — произнесла Нэнси, отворачиваясь к окошку и глядя на движущийся по шоссе транспорт.

— Мой дом должен стать твоим домом. Тебе давно пора это знать: все, чем я владею, твое.

— Но я ничего этого не заработала, Возможно, мое желание самостоятельности эгоистично, однако мне казалось, что ты способен понять. Да, ты только что устроил мне чудесный отдых в Париже, но сейчас я должна хотя бы немного побыть одна.

— Неужели мое общество настолько наскучило тебе?

— Дорогой, я уже неоднократно повторяла, что мне очень приятно быть с тобой. И дело совершенно не в этом. Просто мне требуется время, чтобы вновь ощутить почву под ногами, неужели это не понятно? Ты привык жить на высокой скорости, а я нет. Не удивлюсь, если завтра тебе придется вылететь в Милан, Мадрид или даже в Гонконг.

— Не угадала. На следующей неделе я вновь должен быть в Париже.

— Снова! У меня голова идет кругом…

— Но я всегда выкраиваю время для нас с тобой, Для музеев, кино, магазинов. Неужели тебе трудно разок-другой слетать в Париж?

— Может, и не трудно было бы… если бы у меня был выбор. Но я лишь получаю приказы. «Собирайся, отправляемся в Париж. Вылет в четырнадцать ноль-ноль!».

Нэнси осознавала, что говорит неприятные вещи, однако ее злили покровительственные манеры Грега, а, кроме того, хотелось самоутвердиться.

Грег метнул в нее гневный взгляд.

— Нэнси, ты невозможна!

— Просто с Эдвином у меня происходило то же самое и…

Грег в сердцах стукнул кулаком по баранке.

— Я не Эдвин! Когда, наконец, ты это поймешь?

Они были всерьез обижены друг на друга, когда подъехали к дому, где находилась арендуемая Нэнси квартира. Грег поднялся вслед за ней, неся сумку с парижскими покупками.

Нэнси впустила его к себе и включила свет. Жилище выглядело запущенным и пронизанным одиночеством. Оно ничем не напоминало роскошные апартаменты Грега. Обведя квартирку взглядом, Нэнси едва не передумала оставаться здесь. Ей пришлось приложить немало усилий, чтобы сохранить на лице нейтральное выражение.

— Прости, что накричал на тебя, — сдавленно произнес Грег. — Может, все-таки поедем ко мне?

— Спасибо за все, дорогой, — ответила Нэнси. — Поверь, я ценю то, что ты для меня делаешь… но сегодня останусь здесь.

17
{"b":"249609","o":1}