Глава 60.
Во время осаду Турнэ граф Эно берет город Сент-Аман.
Три дня спустя после возвращения из под Мортаня, граф Эно попросил своих соратников, чтобы они пошли с ним к Сент-Аману, поскольку он получил жалобы на то, что солдаты из этого города сожгли монастырь Аннон (Hanon) и попытались сделать тоже самое в Виконе (Vicoigne), а также причинили много других неприятностей на границах Эно. Граф выступил от Турнэ с 3 тысячами воинов и подошел к Сент-Аману по монтаньской дороге. Этот город был защищен только палисадом. Его губернатором был рыцарь из Лангедока, сенешаль Каркассонский, и он говорил монахам аббатства, так же как и всем горожанам, что город ненадежен против любого вооруженного отряда. Но, тем не менее, сам он не предполагает уходить отсюда, но напротив, будет защищать город так долго, как только сможет, и говорит об этом просто для сведения. На эти слова не вызывали большого доверия и на них не обратили много внимания, однако, за некоторое время до этих событий, он отослал в Мортань все монастырские украшения и отправил туда же аббата и его монахов, которые не очень рассчитывали отбиться сами.
Валансьеннцы, которым было приказано их сеньором, графом, прибыть в назначенный день к Сент-Аману, где он должен был с ними встретиться, явились в числе 12 тысяч воинов и стали лагерем перед городом. Вооружившись арбалетами, они подступились к мосту через Скарпу. Схватка была очень ожесточенной и длилась весь день, но валансьеннцы ничего не смогли добиться, лишь потеряли много людей убитыми и ранеными, а осажденные смеялись над ними, крича: «Идите своей дорогой и пейте свой добрый эль». Ближе к вечеру они отступили от города, очень уставшие и удивленные тем, что не слышали никаких новостей о своем сеньоре. Поэтому они созвали совет и решили вернуться назад в свой город. На следующее утро, после их ухода, прибыл граф Эно, как уже было сказано, по мортаньской дороге, и он сразу же начал штурм. Он был столь яростным, что осаждавшие неизменно преодолевали палисады, и продвинулись до монтаньских ворот. Возглавляли этот штурм граф и его дядя. Они сражались самым доблестным образом и не щадя своих сил. Каждый из них здесь получил по два таких удара, от пущенных в них камней, что их шлемы были пробиты, а сами они оглушены. Тогда один из бывших там воинов сказал графу: «Сир, мы не добьемся ничего хорошего в этом месте, ведь ворота очень крепки, проход узок, и занять их будет стоить многих жизней ваших людей. Но если вы прикажете принести несколько больших бревен, обить их железом наподобие копий, и ударить ими в стены монастыря, то я обещаю вам, что вы проломите их во многих местах, а как только мы войдем в монастырь - то город наш, ведь между ним и городом нас уже не ничто остановит». Граф приказал, последовать этому совету, так как видел, как тот разумен и является кратчайшим способом овладеть городом. Были принесены большие дубовые бревна, обструганы и оснащены железом наподобие копий. На каждое бревно было отряжено по 20 или 30 человек, которые, держа его на руках, отступали на несколько шагов, а затем бегом, с большой силой били им в стену, которую и проломили во многих местах. Так что они смело ворвались в аббатство, преодолев там маленький ручей.
Сенешаль Каркассонский стоял именно там, напротив них, развернув свое знамя, на котором был изображен его герб – красное поле, окаймленное зубчатой серебряной линией, с верхом серебряным и с тремя шевронами. Около него собралось множество соратников, его соотечественников, которые очень доблестно встретили энюэрцев и сражались, как могли, но это было тщетно, поскольку они были побеждены числом. Стоит упомянуть, что когда они вошли в монастырь, там еще оставался монах по имени мессир Фруассар, который совершал чудеса, убив и ранив у того пролома, где он стоял на посту, свыше 18 человек, так что больше никто не осмеливался туда войти. В конце концов, он был вынужден бежать, так как увидел, что энюэрцы проникли в монастырь через другие проломы. Поэтому монах бежал так быстро, как только мог и спасся в Мортане. Как только граф, мессир Жан, и рыцари из Эно ворвались в монастырь, граф приказал не давать никому пощады - настолько была сильна его ярость за те на насилия, что они совершили на его землях. Город был вскоре забит солдатами, которые преследовали всех, кого встречали на своем пути, с улицы на улицу, из дома в дом. Лишь немногим удалось избежать смерти. Сенешаль был убит под своим знаменем, а с ним - свыше 200 человек. Этим же вечером граф вернулся к Турнэ.
На следующее утро, воины и горожане из Валансьенна пришли в Сент-Аман, сожгли город, монастырь и большую монастырскую церковь, сломав и уничтожив все колокола, из который было много весьма добрых и мелодичных. Граф Эно совершил еще другой набег из лагеря под Турнэ с почти 6 сотнями воинами, чтобы сжечь Орши (Orchies), Ланда (Landas) и Ле-Селль (Le Celle). Позже он переправился со своим войском через реку Скарпу выше Анона и вторгся во Францию, подойдя к большому и богатому монастырю в Маршьенне (Marchiennes), где губернатором был мессир Айме де Верво (Ayme de Vervaulx). У него был сильный отряд арбалетчиков из Дуэ. Штурм был яростным, поскольку рыцарь хорошо укрепил первые ворота, которые были окружены широкими и глубокими рвами, а французы и монахи изнутри защищались очень храбро. Энюэрцы напрягли все свои силы и, достав лодки, они с их помощью смогли войти в монастырь, но один немецкий рыцарь, вассал сеньора Фокмонского, утонул. Его имя было мессир Бахо де ла Вир (Bacho de la Wiere). При штурме ворот, граф, его дядя, сенешаль Эно, и многие другие подтвердили свои славу добрых рыцарей. Ворота были взяты, мессир Айме был убит, также как и большая часть других защитников. Много монахов, которые там находились, были взяты в плен, монастырь разграблен и сожжен, также как и деревня. Граф вернулся к своей армии под Турнэ.
Глава 61.
Мессир Шарль де Монморанси и множество других французов взято в плен в Понт-а-Трессене.
Осада Турнэ длилась уже долгое время, и город хорошо держался. Но король Англии полагал, что он все же должен им овладеть, так как знал, что там находится огромное количество воинов, и ощущается недостаток продовольствия, и это должно вынудить их сдаться из-за голода. Но другие говорили, что они найдут продовольствие из окрестной местности, через посредство брабантцев, которые дозволяли провозить часто и в больших количествах провизию сквозь свои войска, и даже ввозить ее в город. Люди из Брюсселя и Лувена были едва способны еще оставаться здесь так долго, и просили маршала разрешить им уйти, чтобы вернуться в Брабант. Маршал ответил, что он бы с охотой согласился на их отъезд, но тогда они должны будут оставить здесь свое оружие и личное снаряжение. Это их так пристыдило, что они больше никогда не повторяли своей просьбы. Во время этой осады немцы сделали вылазку в сторону Понт-а-Трессена, где мессир Роббер де Байёль разбил энюэрцев. Сеньор Радеронден (Rauderondenc), мессир Иоганн Радеронден, его сын, в это время еще оруженосец, мессир Иоганн де Рандебург (Randebourgh), также оруженосец и наставник сына сеньора Радерондена, мессир Арнольд де Бланкенсхайм, мессир Рейнольд Скувенорт (Reginald d’Escouvenort), мессир Кура д`Астра, мессир Бастьен де Бастье (Bastein de Basties), Кандрельер (Candrelier), его брат, сеньор Строрен де Лорн (Strauren de Leurne) с многими другими воинами из графств Юлих и Гельдерн устроили совместное совещание и решили совершить набег на следующее утро, на рассвете. Для этого они этой ночью вооружились и хорошенько подготовились.
К ним присоединилось несколько рыцарей-башелье 14 из Эно, среди них были мессир Флорен де Борью, мессир Лата де ла Э (Latas de la Haye), маршал войска сеньора Жана де Эно, мессир Ульфар де Гуистель, мессир Робер Глеве (Glewes), из графства Лосс, в то время бывший лишь оруженосцем, и множество других. Всего более 3 сотен добрых воинов. Понт-а-Трессен они миновали без происшествий. Затем они держали совет о том, как бы им получше составить план, чтобы сразиться и побить французов. Было решено, что сеньор Рандеронден со своим сыном, рыцарь- наемник мессир Хайнриц де Калкрен (Kalkren), мессир Тильман де Сасси (Thilman de Saussy), мессир Ульфар де Гуистель, мессир л`Алеман (l’Alleman), бастард Эно, мессир Роббер Глеве и Жак де Тьё (Jacquelot de Thiaulx) будут действовать в качестве легкой кавалерии и нападут на палатки французов, а остальные рыцари и оруженосцы, который должно было набраться 300 человек, останутся на мосту, чтобы удерживать и защищать его в случае нападения. Затем, этот передовой отряд выступил вперед. Всего их было 40 человек, верхом на прекрасных и сильных скакунах. Они скакали, пока не подъехали к французскому лагерю, на который стремительно напали и стали подрезать палатки и шатры и причинять всевозможный ущерб, вступая в бой со всеми, кто им противостоял. Этой ночью на страже стояли два великих барона, сеньор Монтгомери и сеньор Солье (Saulieu), и они несли охрану, когда на них обрушились немцы. Как только они услышали шум, то сами и со своими знаменами двинулись на эти звуки.