Когда король Филипп услышал, что фламандцы принесли оммаж королю Англии, он послал к ним легата, как будто бы от папы, сказать, что если они признают его королем Франции и отрекутся от короля Англии, который их попутал, то он простит им все их прегрешения, освободит от необходимости уплаты большой суммы во флоринах, которые они были должны ему по своим прежним обязательствам и, кроме того, пожалует им много выгодных привилегий во Франции, для чего издаст указы, заверенные его печатью. Фламандцы вернули такой ответ, что они свободны и не связаны ничем, что бы их обязывало по отношению к королю Франции. Получив это, король выдвинул против них тяжелые обвинения перед папой Климентом VI, который издал столь грозное постановление об отлучение их от церкви, что ни один священник не отваживался проводить там божественные службы. В ответ на это фламандцы подали протест королю Англии, который успокоил их, сказав, что в первый же раз, как только он пересечет море, он доставит им священников из своей страны, которые будут у них служить мессы, хочет ли того папа или нет, поскольку он имеет власть так поступать. Это их удовлетворило.
Когда король Франции увидел, то фламандцы отказываются менять свое решение, то приказал тем войскам, что стояли гарнизонами в Турнэ, Лилле, Дуэ и соседних замках, начать против них войну и опустошать их страну. В соответствии с этим мессир Жан де Roye, который в то время находился в Турнэ, мессир Маттье де Три, маршал Франции, вместе с мессиром Годемаром дю Фэ и многими другими рыцарями, собрали тысячу человек, сильно вооруженных и хорошо оснащенных, и три сотни арбалетчиков, взятых как из Турнэ, таки и из Лилля и Дуэ. Они выступили из Турнэ вечером, после ужина и шли столь быстро, что пришли под Куртрэ еще до начала дня, перед восходом солнца и забрали себе всех окрестных коров. Некоторые легковооруженные всадники дошли до ворот города и убили и ранили много народу в пригородах. Затем они отступили без потерь, и возвращаясь, проехали вдоль реки Лис (Lys) 3, где также взяли добычу. Они доставили в Турнэ более 10 тысяч овец и много свиней, коров и быков.
Фламандцы на это отреагировали очень болезненно, и Якоб ван Артевельде, который в это время находился в Генте, поклялся, что этот набег будет отомщен, как жителям Турнэ, так и его соседям. Он немедленно отдал приказы разным городам Фландрии собирать войска, и к определенному дню прислать их к нему, с тем, чтобы он с ними двинулся к Турнэ. Он также написал графам Солсбери и Саффолк, которые находились в Ипре, с просьбой, чтобы они оставили свои квартиры и встретились с ним. Затем он выступил из Гента, в сопровождении огромного множества людей и пришел в местечко под названием Геертсберг (Geertsberg), находящееся между Ауденарде и Турнэ, где остановился, чтобы дождаться двух графов, а также людей, что должны были придти из Брюгге.
Когда два графа получили письма, они нашли, что ради их чести не пристало откладывать это дело, но послали сообщить ван Артевельде, что они будут с ним в назначенное время и в назначенном месте. Вскоре они вышли из Ипра с примерно 50 копьями и 40 арбалетчиками, и пошли по той дороге, на которой он их ждал. Они продолжали свой марш, но поскольку они были вынуждены пройти около окраин Лилля, то об этом скоро стало известно в этом городе. Соответственно, 15 сотен конных и пеших воинов скрытно вооружились и вышли тремя отрядами, чтобы залечь в засадах, так чтобы эти сеньоры не смогли бы их избежать. Проводником у графов и их спутников был мессир Вофлар де ла Круа (Vauflart de la Croix), который уже долгое время воевал с людьми Лилля, и все еще продолжал эту войну, как только для этого предоставлялась возможность, и именно для этой цели он приехал в Ипр. Конечно, он намеревался провести графов безопасным путем, так как он хорошо знал все дороги в этом краю, и он бы в этом преуспел, если бы лилльцы не выкопали бы огромный ров около своего города, которого там раньше не было.
Когда мессир Вофлар подошел к этому рву и увидел, что их дорога обрывается, он действительно удивился и сказал графам: «Монсеньоры, если мы и дальше пойдем этой дорогой, то окажемся полностью во власти лилльцев. Поэтому мой совет таков: мы должны повернуть назад и поискать другую дорогу. Но сеньоры ответили: "Нет, мессир Вофлар, Бог запрещает поступать так, чтобы мы уступили свою дорогу лилльцам! Поэтому, скачите вперед, ведь мы обещали Якобу ван Артевельде, что будем рядом с ним уже в сегодня». И англичане поскакали, не соблюдая осторожности. Мессир Вофлар сказал им: «Это правда, монсеньоры, что вы взяли меня в качестве проводника в этом походе. Я оставался с вами всю эту зиму в Ипре, и должен быть очень благодарен вам и вашим спутникам. Но если случится так, что лилльцы сделают против нас вылазку, не думайте, что я буду их дожидаться – сам я буду спасаться как можно быстрее. Ведь если по какой-нибудь случайности, я буду взят в плен, то заплачу за это своей головой, а она мне дороже, чем ваш отряд». Сеньоры от всего сердца расхохотались и сказали ему, что они простят его, если так случится. И как он предполагал, так и случилось, Ведь поскольку они не предприняли дополнительных мер предосторожности, то были захвачены врасплох одним из отрядов лилльцев, которые закричали: «Стойте! Стойте! Вы не можете здесь пройти без нашего позволения», и сразу же на англичан обрушились копьеносцы и арбалетчики.
Как только мессир Вофлар увидел, что происходит, он позаботился о том, чтобы не ехать вперед, но повернув назад так быстро, как только мог, галопом поскакал прочь от опасности. Два графа попали в руки своих врагов и попались как бы в невод, ведь засада была устроена между живыми изгородями и канавами на очень узкой дороге, поэтому они не могли ни двинуться вперед, ни отступить назад, чтобы выйти на открытую местность. Однако, когда они увидели свою неудачу, они спешились и защищались как могли, убив и ранив великое множество своих противников, но все было тщетно, поскольку к ним постоянно прибывали свежие войска из Лилля. Вследствие этого, они были взяты в плен, а молодой проворный оруженосец из Лимузена по имени Раймонд, племянник папы Климента, был убит ради своих прекрасных доспехов, уже после того, как сдался, что разгневало многих добрых людей. Два графа 4 содержались пленниками на рыночной площади Лилля и позже были отосланы к королю Франции, который обещал, что те из жители Лилля будут хорошо вознаграждены за ту добрую службу, что они ему сослужили. Когда Якоб ван Артевельде получил эти сведения в Геертсберге, он был очень раздосадован, и оставив все мысли о своем походе, он распустил своих фламандцев, а сам уехал в Гент.
Глава 47.
Жан, герцог Нормандский, идет на Эно.
Герцог Нормандский, старший сын короля Франции, объявив о своих намерениях, назначил сбор войск около пасхи 1340 г. в городе Сен-Кантене. Его сопровождали: герцог Афинский, граф Фландрский, граф Оксеррский, граф Рауль де О (Eu), коннетабль Франции, граф Сансеррский, граф Порсьенский (Porcien), граф де Русси, граф де Брос, граф де Грапре (Grandpre), сеньор де Куси, сеньор де Граон (Graon) и множество других ноблей из Нормандии и из нижних графств. Когда они все собрались в Сен-Кантене и его пригородах, конетабль и два маршала Франции, мессир Робер Бертран и мессир Маттье де Три, подсчитали войска и нашли, что их было 6 тысяч латников и 8 тысяч прочих вооруженных бригандов, креме еще тех, кто следовал за армией, что было вполне достаточно, сказали они, чтобы сразиться с графом Эно или с любой армией, которую он сможет послать против них. Они начали свой поход и взяли путь на Шато-Камбрези. Первый лагерь они разбили в городе Монтэ (Montay) на реке Селль.
Мессир Ришар Вершен, был проинформирован своими лазутчиками, что герцог остановился в Монтэ. Он спросил рыцарей и оруженосцев, которые были при нем, желают ли они следовать за ним, и те на это согласились. Поэтому, он выехал на рассвете из своего особняка в Вершене в сопровождении примерно 40 копий и спешил, пока не прибыл в Форе, город на самом краю Эно, от которого до Монтэ было менее лье, и там его застала темная ночь. Он остановил свой отряд в поле, чтобы подтянуть доспехи и подпруги коням. Затем он сказал им, что хотел бы потревожить герцога, на что все они обрадовались, и сказали, что будут держаться его до самой смерти, за что он их премного поблагодарил. В это время с ним были мессир Жак дю Сар (Sart), мессир Анри де Фалез (Phalaise), мессир Ульфар де Гистелль, мессир Жан и мессир Бертран де Шатле. Из оруженосцев там были Жиль и Тьерри де Сомэн (Somain), Бодуэн де Бофор, Кольбер де Брюль (Colebrier de Brule), Моро де л`Эскюэр (Moreau de l'Escuyer), Сандра де Страмен (Sandrat de Stramen), Жан де Роберсат (Rebersat), Бридоль де Тьо (Bridoul de Thiaux) и многие другие. Соблюдая молчание, они поехали вперед, и подошли к городу Монтэ, в который и вошли, поскольку французы пренебрегли поставить там стражу. Сенешаль и его соратники спешились у большой гостиницы, где, как они полагали, находился герцог, однако он остановился в другой части города. В той гостинице было два великих сеньора Нормандии, сеньор Байолль (Bailleul) и сеньор Бот (Beaute). Дверь была быстро выломана, и когда эти два рыцаря увидели, что их застали врасплох, и услышали от сенешаля боевой клич энюэрцев, то они пришли с сильное замешательство, однако защищались как только могли. Все же, сеньор Байолль был убит, а сеньор Бот взят в плен сенешалем, который отпустил его под честное слово, что он сам сдастся ему в течение трех дней, приехав в Валансьенн.