Темно.
Сцена XVI
Чтец. ...Дорогой Пьер узнал про смерть своего шурина и про смерть князя Андрея. Когда он приехал с Бородинского поля в Москву домой, уже смеркалось. Человек восемь разных людей побывало у него в этот вечер. У всех были дела до Пьера, которые он должен был разрешить. Пьер ничего не понимал, не интересовался этими делами и давал на все вопросы только такие ответы, которые бы освободили его от этих людей. Наконец, оставшись один, он распечатал и прочел письмо жены, в котором она извещала его о своем намерении выйти замуж за n. n. и что она просит его исполнить все необходимые для развода формальности. «Они — солдаты на батарее, князь Андрей убит... Страдать надо... жена идет замуж... Забыть и понять надо...» И он, подойдя к постели, не раздеваясь, повалился на нее и тотчас же уснул. На другой день утром Пьер поспешно оделся и, вместо того чтобы идти к тем, которые ожидали его, пошел на заднее крыльцо и оттуда вышел в ворота.
С тех пор и до конца московского разорения никто из домашних Безуховых, несмотря на все поиски, не видал больше Пьера и не знал, где он находился...
В квартире покойного Иосифа Алексеевича Баздеева.
Пьер (в дверях). Дома?
Герасим. По обстоятельствам нынешним, Софья Даниловна с детьми уехали в торжковскую деревню, ваше сиятельство.
Пьер. Я все-таки войду, мне надо книги разобрать.
Герасим. Пожалуйте, милости просим. Братец покойника — царство небесное — Макар Алексеевич остались, да как изволите знать, они в слабости...
Пьер. Да, да, знаю, знаю...
Макар Алексеевич заглядывает в дверь, бормочет и уходит.
Герасим. Большого ума были, а теперь, как изволите видеть, ослабели. (Открывает ставень.) Софья Даниловна приказывали, ежели от вас придут, то отпустить книги. (Выходит.)
Пьер (вынимает рукописи, задумывается). Я должен встретить Наполеона и убить его с тем, чтобы или погибнуть, или прекратить несчастье всей Европы, происходящее от одного Наполеона. Да, один за всех, я должен совершить или погибнуть. Да, я подойду... и потом вдруг... Пистолетом или кинжалом? Впрочем, все равно. Не я, а рука провидения казнит тебя, скажу я. Ну что ж, берите, казните меня. (Задумывается.)
Герасим в дверях кашлянул.
(Очнувшись.) Ах да... Послушай. Я прошу тебя никому не говорить, кто я. И сделай, что я скажу.
Герасим. Слушаю-с. Кушать прикажете?
Пьер. Нет, но мне другое нужно. Мне нужно крестьянское платье и пистолет.
Герасим (подумав). Слушаю-с. (Выходит и через некоторое время возвращается с кафтаном, шапкой, пистолетом и кинжалом, помогает Пьеру переодеться, выходит.)
Макар Алексеевич (войдя). Они оробели. Я говорю: не сдамся, я говорю... так ли, господин? (Внезапно схватывает со стола пистолет.)
Пьер. А!
Герасим вбегает, начинает отнимать пистолет.
Макар Алексеевич. К оружию! На абордаж! Врешь, не отнимешь!
Герасим. Будет, пожалуйста, будет!..
Макар Алексеевич. Ты кто? Бонапарт?
Герасим. Это нехорошо, сударь. Пожалуйте пистолетик!
Макар Алексеевич. Прочь, раб презренный! На абордаж!
Внезапно послышались крики и стук в двери.
Кухарка (вбегая). Они! Батюшки родимые! Ей-богу, они!.. (Скрывается.)
Герасим и Пьер выпускают Макара Алексеевича, и тот скрывается с пистолетом. Входят Рамбаль и Морель.
Рамбаль. Bonjour, la compagnie! (Герасиму.) Vous êtes le bourgeois? Quartire, quartire, logement. Les Français sont de bons enfants. Que diable! Ne nous fâchons pas, mon vieux[49].
Герасим. Барин нету — не понимай... моя ваш...
Макар Алексеевич (внезапно вбежав). На абордаж! (Целится.)
Пьер бросается на него. Макар Алексеевич стреляет. Герасим выскакивает вон. Слышно, как заголосила кухарка.
Пьер. Vous n’êtes pas blessé?[50]
Рамбаль (ощупывая себя). Je crois que non, mais je l’ai manqué belle cette fois-ci. Quel est cet homme?[51]
Морель схватывает Макара Алексеевича.
Пьер. Ah, je suis vraiment au désespoir de ce qui vient d’arriver. C’est un fou, un malheureux, qui ne savait pas ce qu’il faisait[52].
Рамбаль (схватив за ворот Макара Алексеевича). Brigand, tu me la payeras. (Пьеру.) Vous m’avez sauvé la vie! Vous êtes Français?[53]
Пьер. Je suis Russe[54].
Рамбаль. Tu-tu-tu, à d’autres! Vous êtes Français. Vous me demandez sa grâce. Je vous l’accorde. Qu’on emmène cet home[55].
Морель (выталкивает Макара Алексеевича и возвращается). Capitaine, ils ont de la soupe et du gigot de mouton dans la cuisine. Faut-il vous l’apporter?[56]
Рамбаль. Oui, et le vin! (Пьеру.) Vous êtes Français. Charmé de rencontrer un compatriote. Ramball, capitaine[57]. (Жмет Пьеру руку.)
Темно.
Сцена XVII
Ночь. В том же кабинете Баздеева. В окне комета и зарево. На столе вино. Рамбаль, раздетый, под одеялом, дремлет. Пьер сидит возле него.
Рамбаль. Oh! Les femmes, les femmes!..[58]
Чтец. Пьер почувствовал необходимость высказать занимавшие его мысли; он стал объяснять, как он несколько иначе понимает любовь к женщине. Он сказал, что он во всю жизнь любил и любит только одну женщину и что эта женщина никогда не может принадлежать ему.
Рамбаль (дремля). Tiens...[59]
Чтец. Потом Пьер объяснил, что он любил эту женщину с самых юных лет; но не смел думать о ней, потому что она была слишком молода, а он был незаконный сын без имени. Потом же, когда он получил имя и богатство, он не смел думать о ней, потому что слишком любил ее, слишком высоко ставил ее над всем миром и потому тем более над самим собою.
Дойдя до этого места своего рассказа, Пьер обратился к капитану с вопросом: понимает ли он это?
Капитан сделал жест, выражающий то, что ежели бы он не понимал, то он все-таки просит продолжать.
Рамбаль (засыпая). L’amour platonique, les nuages...[60]
Чтец. Выпитое ли вино, или потребность откровенности, или мысль, что этот человек не знает и не узнает никого из действующих лиц его истории, или все вместе развязало язык Пьеру. И он шамкающим ртом, и маслеными глазами глядя куда-то вдаль, рассказал всю свою историю: и свою женитьбу, и историю любви Наташи к его лучшему другу, и ее измену, и все свои несложные отношения к ней. Он рассказал и то, что скрывал сначала, — свое положение в свете, и уже открыл ему свое имя.
