Распознав в его голосе грубую нотку, Говард мгновенно прекратил свою бестолковую панику.
– Вот так-то лучше, – раздался женский голос из глубины шахты.
Браин удивился и не смог удержаться, чтобы не посмотреть вниз. Подойдя к самому краю, он вытянул шею и увидел Катрину. Женщина, неуверенно стоя на ступеньках, крепко держалась за лестницу руками.
Увидев на себе удивленный взгляд Браина, она произнесла:
– Я пыталась успокоить его, но он никак не хотел меня слушать.
– Может быть, оно и к лучшему, ведь если бы он перестал кричать, я бы его не услышал.
Катрина согласно кивнула.
Вскоре подоспела и остальная группа людей, которая шла с Браином. Когда он услышал их близкие шаги и голоса, то сразу же присел на колени в ожидании помощи, которую рассчитывал получить от кого-либо из них.
Вербер первым оказался рядом с Браином. Увидев коллегу на коленях перед раскрытой шахтой, он почти сразу догадался, что соратник неспроста так сидит. Подскочив к нему, седовласый мужчина заглянул в черную бездну и сразу все понял. Он принял в свои руки левую ладонь Браина и попытался упереться плечом в железный выступ косяка лифтовой двери.
Протягивая правую ругу Говарду, Браин внимательно смотрел в глаза друга, а тот, в свою очередь, не отворачиваясь, изучал его пронизывающий насквозь взгляд, полный уверенности.
Неожиданно для себя Говард вспомнил детские годы и один ужасный случай, произошедший с ним однажды. Инцидент отпечатался в его памяти, словно кровавый след на белом снегу.
Как-то в детстве они вместе с Браином ближе к вечеру решили прогуляться по стройплощадке, и совсем еще юный Говард по неосторожности чуть не свалился вниз с недостроенного балкона второго этажа. Если бы он тогда упал, то сейчас его бы здесь и не было, потому что он точно бы погиб в тот день, насадившись на арматурины, торчавшие из бетонной сваи, так как они как раз находились прямо под ним. Протянутая рука Браина спасла в тот злополучный день ему жизнь.
Затем из какой-то области подсознания Говарда высвободилось чувство доверия к Браину и он, отцепившись от рукоятки топора, поочередно переложил свои руки в крепкую ладонь друга.
Поднатужившись как следует, Браин подался назад и вытянул Говарда на относительно безопасную лестничную площадку. Они оба развалились на холодном полу и, радуясь, что все наконец закончилось, глубоко вздохнули.
Однако проявлять слабость и спокойствие было еще слишком рано. Им еще предстоит проделать нешуточный путь и столкнуться с массой препятствий, прежде чем они смогут добраться до раздевалки на цокольном этаже и одеться в свои теплые одежды. Только вот Говард не был уверен, что они смогут туда проникнуть. Ему никак не удавалось вспомнить, из какого материала были сделаны те двери, что преграждали свободный вход в помещение со шкафами и душем.
Пока Браин с Говардом переводили дыхание, распластавшись поверх студеного пола, Катрина, не сводя своих очаровательных глаз с покачивающегося над пропастью топора, стала медленно подниматься вверх по лесенке. Оказавшись прямо напротив своей цели, женщина бесстрашно потянула руку в направлении ручного орудия. Она отлично догадывалась о том, что инструмент этот им еще не раз понадобится. «Один хорошо, а два – намного лучше!»
«Вжи-ик…»
Катрина очень хотела поймать топор и приложила немало усилий для этого, она даже случайно чуть не сорвалась вниз, но ей не хватило всего лишь пары секунд, чтобы ее рука обхватила длинную рукоятку рубящего инструмента.
Пролетев всего несколько метров, пожарный топор закрутился в воздухе и ударился об выступ, после чего он начал рикошетить об стены, угрожающе звеня своим острым лезвием.
– Эй, вы – там внизу, осторожно! – громко прокричала Катрина, взволнованно глядя в черную глубь шахты. Сквозь непроглядную темноту ей удалось разглядеть маячащие крохотные огоньки.
Услышав предостережение, Норберт, уже находясь достаточно глубоко (он же первым спустился в шахту), взглянул вверх и обомлел от страха. Прямо на него, звонко стукаясь об бетонные стены и высекая лезвием искры, на огромной скорости летел неуправляемый топор. Мгновенно сориентировавшись, и успев рассчитать его примерную траекторию полета, весьма атлетичный мужчина спустился на пару ступеней вниз и крепко прижался к лестнице, ожидая возможного удара.
– Ааа-ай! – почти щенячий стон Норберта поднялся вверх по шахте.
Даже практически глухой человек смог бы услышать его стенания.
Обеспокоенные лица Говарда, Браина и еще нескольких человек высунулись из проема шахтной двери. Взгляды людей, посверлив какое-то время темноту черной пропасти, уставились на Катрину. Женщина ждала их вопросительных взглядов и смотрела на них тоже, готовая ответить.
– Топор… – лаконично произнесла она.
Лица коллег, смотревших на нее, ничуть не изменились. На них все также читалось полное отсутствие какого-либо понимания. Никто из них даже не заметил, что пожарный топор, который только что висел на железном выступе, теперь отсутствует.
Катрина сделала недвусмысленный жест рукой вверх-вниз, а потом добавила:
– …Он упал… я пыталась… но ничего не получилось.
– Кто-то пострадал?! – прокричал вопрос Браин, уставившись в темень. – Как сильно? – осознав, что факт налицо, потом добавил он.
– Нормально… – эхом донеслось снизу.
Говард узнал голос, он принадлежал Норберту, пусть и немного фальшивил.
– Как ты?..
– Да ничего, жить, наверное, буду.
В голосе Норберта теперь послышалось странное вкрапление.
«Скорее всего, он ухмылялся, когда говорил это, – подумал Говард. – Значит, ничего страшного не случилось».
– К счастью, топор ударил меня по шее черенком, а не лезвием, – порадовался Норберт.
Коллеги мысленно разделили его радость от такой удачи.
– Если бы было наоборот, – решила пошутить Лейла. Она была не так далеко от Норберта. – То ты сейчас вряд ли смог бы нам что-то ответить.
– Это уж точно! – ухмыльнулся здоровяк.
– Мы рады за тебя, Норберт, – прокричал в шахту Браин.
– А я рад, что вы присоединились к нам, Браин.
– Взаимно…
И еще кое-что, – вдруг произнес пострадавший от топора силач. – Боюсь, нам не удастся спуститься по этой лестнице до самого низу.
– С чего ты это взял, Норберт? – спросил Говард.
– Потому что я вижу крышу лифта, он не даст нам спуститься ниже.
– А на каком ты сейчас находишься этаже?
Норберт поудобнее обхватил одной рукой ступеньку лестницы, а другой, вытянув руку в сторону, посветил на купейную дверь шахты лифта, которая была наглухо закрыта. Крупные цифры, которые он там увидел, удивили его.
– Я уже на одиннадцатом этаже! – посмотрев вверх и практически ничего не увидев, прокричал Норберт.
Говард взглянул на Браина и произнес.
– Если он на одиннадцатом этаже, значит, лифт находится где-то на десятом.
Браин согласно кивнул другу.
– Но что делает лифт на десятом этаже?! – размышляя, вслух произнес Говард. – Я видел много людей, выходивших из нашего здания, неужели они все спускались по лестницам.
– В этом случае напрашивается еще как минимум один вопрос, – проговорил Вербер. – Почему тогда все двери на лестничных площадках были заперты.
Говард пожал плечами.
– Паника порождает глупость даже со стороны гениальных людей! – вдруг прозвучал приятный голос Мелиссы. – Скорее всего, последние, кто выходил, просто закрывали их, считая, что в офисах больше никого нет.
Говард поморщился.
– Как бы там ни было, мне все-таки не дает покоя этот лифт, какого дьявола он торчит на десятом этаже, а не на первом, как должно быть.
И опять Говард позволил себе сквернословие, а ведь они были запрещены в новом мире много лет тому назад. А, как известно, злоречие порождает агрессию и ненависть. Как бы это его увлечение нецензурной лексикой не вошло в привычку.
– Здесь может быть только одно разумное объяснение, – сказал Вербер. – Значит, кто-то в последний момент поднялся туда, возможно, для того, чтобы проверить, никто ли не остался в офисах. А потом вырубилось электричество, вот поэтому – этот кто-то – и не поднялся к нам.
