Литмир - Электронная Библиотека
A
A

— Пока, босс, — сказал Бриггс и повернулся, как бы собираясь уйти.

Босс завопил:

— Стоп! Бриггс, вы под арестом! — он потянулся к кнопке на столе.

Бриггс ударил его ребром ладони по горлу, а чтобы босс пробыл в отключенном состоянии достаточно долго, добавил удар в желудок. Проверка стола позволила обнаружить медицинский набор. Бриггс сделал боссу укол снотворного, обеспечивающий двухчасовой сон; место для укола он подсознательно выбрал рядом с родинкой. Затем он вытер иглу, вернул все на прежнее место, стер ленту с разговором, включил на столе тумблер «не беспокоить» и покинул кабинет, избрав для этого другой путь.

Он отправился в ракетопорт и купил билет на первый рейс до Чикаго. За оставшиеся до старта двадцать минут он навел несколько справок и купил две-три мелкие вещицы, чтобы окружающие могли запомнить его лицо.

Когда объявили посадку на чикагский рейс, он вместе с толпой двинулся вперед. Не доходя до внутренних ворот, он стал частью толпы зевак, наблюдающих за отправкой, и, помахав кому-то из пассажиров в очереди у ворот, крикнул: «До свидания!», после чего позволил толпе увести себя от закрывающихся ворот. А затем проскользнул в мужской туалет. Когда он вышел оттуда, в его внешности произошло несколько поспешных, но эффектных изменений.

И, что более важно, изменились его манеры. Короткая незаконная операция в толпе обеспечила его рабочей карточкой. Через пятьдесят минут он отправился в путь через всю страну уже как Джек Гиллеспи, грузчик и помощник водителя на дизельном грузовике.

Могли написанный от руки адрес на пневматическом цилиндре быть причиной, по которой почтовая машина-автомат отвергла бы его? Бриггс восстановил в памяти наклейку, какой она была, когда он закончил над ней работу. Нет, его воспроизведение символов было верным и четким. Машина должна была принять их.

Могла ли машина отвергнуть цилиндр по другой причине, такой, скажем, как отогнутый уголок наклейки? Да. Но наличие написанного адреса было достаточно, чтобы почтовый клерк вернул цилиндр назад, на линию доставки; такая задержка не превысила бы десяти минут даже в часы пик. И с пятью такими задержками цилиндр достиг бы Чикаго за час до того, как он сделал по телефону свой доклад боссу.

Предположим, наклейка оторвалась бы совсем. В этом случае цилиндр отправился бы туда же, куда и другие два цилиндра.

В результате этого миссис Кейтлин завладела бы им вместе с двумя другими цилиндрами. А этого не произошло.

Следовательно, цилиндр достиг почтового ящика в Чикаго. Следовательно, Бигбелли прочитал сообщение в подобранной колоде и дал кому-то в Чикаго инструкции, использовав для этого радиоустановку вертолета. Следовательно, фильмы у Бигбелли — вывод, к которому он пришел еще в офисе босса.

В двухстах милях от Нового Вашингтона он затеял спор с водителем и оказался уволенным. Из телефонной будки в маленьком городке, где он очутился, Бриггс позвонил в деловой офис Болдуина.

— Передайте ему, что звонил человек, который должен ему деньги.

Вскоре послышался голос Болдуина:

— Привет, сынок. Как дела?

— Меня уволили.

— Я так и думал.

— Хуже. Меня хотят арестовать.

— Естественно.

— Я хотел бы поговорить с тобой.

— Хорошо. Где ты?

Гилид-Бриггс объяснил.

— Ты чист?

— По крайней мере, на несколько часов.

— Иди в местный аэропорт. Стив подберет тебя.

Стив не заставил себя долго ждать. Кивнув Бриггсу в знак приветствия, он рывком послал машину в воздух. Включив автопилот, он вернулся к чтению.

Гилид спросил:

— Куда мы летим?

— На ранчо босса. Разве он вам не сказал?

— Нет.

Гилид знал, что, возможно, он находится на пути без возврата. Правда, Болдуин помог ему бежать от неизбежной смерти: миссис Кейтлин наверняка не позволила бы ему жить ни на минуту дольше, чем это отвечало ее планам. Иначе она не позволила бы убить ту девушку в его присутствии.

Пока он не прибыл в бюро, он полагал, что Болдуин спас его потому, что знал что-то или же хотел срочно узнать нечто. А вот сейчас это выглядело так, словно Болдуин спас его из чисто альтруистических соображений. Гилид допускал существование иных мотивов, но был все же склонен считать их маловероятными. Итак, Болдуин мог иметь собственные причины желать, чтобы Гилид прожил достаточно долго, чтобы сделать доклад в Новом Вашингтоне, и в то же время он, возможно, сейчас заинтересован в уничтожении Гилида, когда его хотят арестовать, тем более что его исчезновение вряд ли будет замечено.

Болдуин мог быть даже партнером миссис Кейтлин в ее темных делишках. Некоторым образом это было самое простое объяснение, хотя оно и оставляло другие факты необъяснимыми. В любом случае Болдуин являлся ключевым персонажем: фильмы находились в его руках. Рисковать было необходимо.

Гилида все это не особенно беспокоило. Факты, известные ему, были словно начертаны мелом на черной доске его памяти. И сейчас его мозг ждал, пока достаточное количество переменных станет постоянными, чтобы позволить логике найти решение.

Полет оказался очень приятным. Стив доставил его на лужайку около большого сельского дома и представил пожилой женщине, которую назвал миссис Гарвер, а потом улетел.

— Будьте как дома, Джо, — сказала миссис Гарвер. — Ваша комната — самая последняя в восточном крыле. Душ — напротив. Ужин через десять минут.

Гилид поблагодарил и, последовав ее предложению, успел после душа попасть в гостиную за две-три минуты до начала ужина.

В гостиной он застал несколько человек. Его присутствие они восприняли как нечто само собой разумеющееся. Никто не спросил, почему он здесь. Одна из женщин представилась как Тейлин Вагнер, затем она представила его остальным присутствующим. Миссис Гарвер вошла, звоня в колокольчик, и все отправились в длинную обеденную комнату. Гилид не мог припомнить, когда он ел такую вкусную пищу и в столь удивительной компании.

После одиннадцатичасового сна — его первого настоящего отдыха за последние несколько дней — он как-то вдруг полностью проснулся. Возможно, от звуков, которые его подсознание не смогло сразу идентифицировать, в то же время отказавшись пренебречь ими.

Гилид открыл глаза, осмотрел комнату и соскочил с кровати. Затаился у двери. За дверью слышались два голоса, мужской и женский. Женский принадлежал Тейлин Вагнер, мужчину он узнать не смог.

Мужской голос: —Toyмает?

Женский: — Не.

Мужской: — Зулитси?

Женский: — Ипвсит. Нью-Джерси.

Точно передать услышанные Гилидом звуки невозможно, во-первых, из-за ограниченности фонетических символов, а во-вторых, потому, что его уши не были привычны к подобным звукам. Слух являлся функцией мозга, а не уха. Его мозг, как бы развит он ни был, тем не менее настаивал на втискивании звуков, достигавших уха, в звуковые ячейки, предпочитая не начинать построение новых ячеек.

Узнав Тейлин Вагнер, он выпрямился и расслабился. Тейлин была частью некой ситуации, которую он принял, прибыв сюда; незнакомца, известного ей, он тоже должен принять.

Одежда, в которой он прибыл сюда, исчезла. Но его деньги — точнее, деньги Болдуина — лежали на том месте, где была его одежда. Там же лежала рабочая карточка Джека Гиллеспи и немногочисленные личные вещички Гилида. Рядом с ними кто-то положил прогулочные шорты и новые полукеды его размера.

Он с глубоким удивлением отметил, что этот некто оказался способен обслужить его, не разбудив.

Гилид надел шорты, полукеды и вышел из комнаты. Пока он одевался, Тейлин и ее компаньон ушли. Поблизости никого не было, столовая пуста, но три места были накрыты, включая и его собственное. Он выбрал себе поджаренную ветчину с яйцами, налил кофе. Двадцатью минутами позже, все еще в одиночестве, вышел на веранду. День был прекрасный. Он с интересом рассматривал жаворонка, когда из-за дома вышла молодая женщина. Одета она была почти так же, как и он. Женщина была очень миловидна, хотя и не настолько, чтобы это его раздражало.

226
{"b":"204668","o":1}