Литмир - Электронная Библиотека
A
A

И показал, как лучше проехать. Через десять минут Лариса подъехала к трехэтажному серому зданию с облупившимися колоннами.

Она зашла внутрь, и ее сразу же окликнула вахтерша. С угрожающим видом она наплывала на Ларису и бросала отрывистые фразы:

– Вам кого? Сегодня посетителей не принимаем… Вы кто такая?

– Мне бы директора, – не стала мелочиться Лариса.

Взгляд вахтерши был подозрителен, она явно собиралась не допустить Ларису к директору музея. Но тут неожиданно в вестибюле появилась какая-то женщина, по виду явно работник музея. Она обратилась к вахтерше:

– Лидия Степановна, в чем дело?

– Да вот, к вам хочет пройти, – кивнула она в сторону Ларисы.

– Я вас слушаю, – выжидательно уставилась на нее женщина.

– Это личное дело, имеющее огромную важность для моей тети, бывшего искусствоведа, Ольги Семеновны Новинской, – тут же ответила Лариса, поняв, что перед ней не кто иная, как директор этого заведения. – Она недавно посетила ваш музей.

– Ах, да-да, я помню ее, – чуть улыбнулась директор музея. – Мы прекрасно побеседовали… Но я не понимаю, в чем дело.

– Можно сказать, это вопрос жизни и смерти, – напустила таинственность и Лариса.

Секунду помедлив, директор музея сделала приглашающий жест.

– Ну, давайте пройдем в мой кабинет, – сказала она.

Как только дверь кабинета закрылась, директор спросила:

– Так в чем же проблема?

– Проблема в вашей книге отзывов, – ответила Лариса.

Хозяйка музея удивленно вскинула брови.

– Дело в том, что моя тетя узнала в одной записи почерк когда-то дорогого ей человека. А может быть, и по сей день она все еще неравнодушна к нему. Там очень запутанная история, и, честно говоря, я не очень-то ей верю. Но все же ради любимой тети сама лично приехала, чтобы своим трезвым взглядом убедиться в ее словах.

– Но что вы хотите от меня?

– Разрешения взглянуть на вашу книгу отзывов.

Директор не скрывала своего удивления. Но нагловатая настойчивость Ларисы ее обезоружила.

– Ну хорошо, – она встала и направилась к выходу из кабинета.

Потом обернулась к Ларисе и сказала:

– Пойдемте со мной.

Они поднялись на второй этаж и остановились у столика, на котором лежал достаточно потрепанный толстый журнал.

– Вот, смотрите, – сделала жест директор.

Лариса достала из сумочки письмо Березникова, развернула его и открыла книгу отзывов. Она сразу пролистала журнал до конца, и первое, что увидела, были строки, написанные Ольгой Семеновной.

«…ваша прекрасная экспозиция» – этими словами заканчивалась ее запись в книге. В конце стояла витиеватая подпись.

Но самое интересное было то, что часть записи Ольги Семеновны отсутствовала в книге. Лариса обнаружила, что в журнале отзывов нет почти половины страницы. Эта половина была как-то второпях вырезана ножницами.

На соседних страницах журнала не было ничего и отдаленно напоминающего каллиграфический почерк бывшего советского дипломата по имени Николай Березников. Какой бы сумасшедшей ни была Ольга Семеновна, с каракулями в журнале почерк Березникова она бы не перепутала.

Было очевидно, что кто-то вырезал страницы, и сделал это намеренно. Наверное, записи Березникова, Ольги Семеновны находились на одной странице рядом.

– Извините, но кто мог вырезать половину страницы? – обратилась Лариса к директору музея.

– Что? – удивленно воскликнула та и нагнулась над журналом.

Она стала водить близорукими глазами по страницам.

– Невероятно, просто нелепо! Кому это надо? – продолжала изумляться она.

В это время мимо проходила молоденькая девушка, и директор обратилась к ней.

– Ирина, кто последний брал этот журнал?

– Наверняка кто-то из посетителей. Меня мало волнуют записи в этом журнале, – равнодушно ответила та.

– А зря! – резко выговорила директриса. – Нужно интересоваться. У нас вырезают страницы… Ты случайно не обратила внимание на вчерашних посетителей?

– Да как всегда! – презрительно отозвалась Ирина. – Одни старые одуванчики.

Директор с выражением муки на лице повернулась к Ларисе и развела руками.

Впрочем, та уже поняла, что ясности в том, кто совершил надругательство над книгой отзывов, она здесь не добьется. Но зато Лариса обрела уверенность, что в догадках Ольги Семеновны есть рациональное зерно. Ей начинало нравиться таинственное приключение, в которое она в очередной раз вляпалась.

Глава 2

Утром следующего дня Ларису разбудил телефонный звонок.

– Алло, Ларочка? – проскрипел в трубке голос Ольги Семеновны.

– Да. Это вы, Ольга Семеновна? Что случилось?

– Ой, Ларочка, я извиняюсь, что так рано тебя побеспокоила! Но у меня в этом городе вы с Женей одни остались. Некому пожаловаться на старушечье недомогание.

– Вам плохо, что ли? – в лоб спросила Лариса.

– Да вот что-то закружилась голова, с сердцем плохо, – в интонациях Ольги Семеновны послышались жалостливые нотки. – И, как назло, в аптечке нет нужного лекарства.

– Как оно называется?

– Мискалин.

– Я не смогу приехать сама, собираюсь сегодня в Москву. Но я передам Евгению, он вам привезет лекарство.

– Ты едешь в столицу? – заинтересованно спросила старушка.

– Да, нужно подписать договор о стажировке моих поваров во французском ресторане.

– Может быть, ты заедешь к моей сестре Наталье? – В голосе Ольги Семеновны послышались какие-то нервические интонации.

– Возможно, у меня будет время, но я не обещаю, – ответила Лариса, про себя решив, что уж к ней-то она обязательно заедет.

– Ну, если ты все же будешь у нее, расскажи об удивительной истории, которую я тебе поведала.

– Непременно.

– Я не очень навязчива? – озабоченно спросила Ольга Семеновна.

– Ну нет, что вы, что вы! – ответила ей Лариса.

– Не забудешь про лекарство?

– Нет, Евгений сегодня же привезет его вам, – заверила Лариса.

– Спасибо тебе! – проскрипела Ольга Семеновна и повесила трубку.

Тем временем в спальню зашел Евгений, с кислой миной завязывая на шее галстук.

– Кто это звонит в такую рань? – недовольно осведомился он.

– Твоя тетя, Ольга Семеновна. Тебе нужно будет сегодня завезти ей лекарство.

– Но у меня нет времени! И так дел до фига! – пробурчал он. – Сегодня встреча с немцами в торгово-промышленной палате.

– Хорошо хоть в торгово-промышленной, – съязвила Лариса. – А не в психиатрической.

Евгений с удивлением повернулся к жене и пристально посмотрел на нее. Потом он вздохнул и изрек:

– По международной конвенции партнеры не обязаны продолжать жить вместе, если один из них позволяет себе оскорблять другого.

– Что же ты со мной живешь?

– Наверное, потому, что ты моя самая любимая злыдня, – немного подумав, ответил Евгений. – И еще потому, что ты хорошо готовишь.

У Ларисы на лице застыла улыбка, но как только Евгений, довольный сказанным, покинул спальню, ее лицо обрело холодно-отстраненное выражение.

Она еще немного полежала в постели, потом решительно откинула одеяло.

– Пора и мне, – сказала она вслух, встала и направилась к любимой чашке кофе на кухню.

Евгения уже не было. Наверняка он не завтракал. Это она определила по тому, как непривычно чисто было на столе. Обычно благоверный не обременял себя уборкой посуды.

Лариса быстренько умылась, уложила феном волосы, проглотила пару сандвичей, запив их кофе, и легко вспорхнула на первый этаж, где в гараже ее ждала «Вольво-450».

В своем ресторане, который в ее честь назывался «Чайка», она быстро покончила с текучкой и, отдав распоряжения заместителю Дмитрию Городову, поспешила в аэропорт.

* * *

Четырехкомнатная квартира недалеко от Садового кольца поражала воображение простого обывателя своей площадью. Но только не Ларису, у которой у самой был трехэтажный коттедж.

Хозяйка, Наталья Семеновна Березникова, произвела на Ларису впечатление прекрасно сохранившейся дамы. Она была из тех женщин, которые с возрастом даже хорошеют. Кроме того, ее отличали живость характера, чувство юмора и почти мужской низкий тембр голоса.

4
{"b":"202020","o":1}