Утром, уже после завтрака, Генрих спросил у нас:
– Ну, какие планы на сегодняшний день? Я почему спрашиваю, буквально вчера, как раз перед вашим появлением, я закончил одну важную работу. Решил устроить себе выходной как раз сегодня, так что, если нужна моя помощь – говорите.
– У меня была одна идея… – сказал я. – Генрих, сможете доставить к тому месту астероида, где на нас напали те камни?
– Хм… – нахмурился Шольц. – Отомстить хотите? Это глупо, они слишком безмозглы, им нужно только тепло. Я этих тварей давно знаю. Просто на моё плато они влезть не в состоянии. Сюда только сверху можно попасть. Но, в общем, приходилось встречаться…
– Нет, что вы, – заверил я. – У меня нет таких идей. Я просто хочу забрать из корабля кое-что из своих вещей… Надеюсь, они не слишком пострадали от вакуума и холода.
– Это другое дело, – лицо Шольца просветлело. – Я, видите ли, противник всяческого насилия… Тем более, бессмысленного.
– Что, неужто и в самом деле, ощущаете в себе любовь ко всему человечеству скопом? – изумился О'Доннел.
– Любви не ощущаю, но и убивать не хочу. Впрочем, есть один человек, которого мне не жалко…
– Кто же это? – осведомился Пат.
– Не будем об этом, – отмахнулся учёный. – Не хочу вмешивать вас в свои дела. Я жду в шлюпке, собирайтесь…
Поднявшись, Шольц покинул единственную каюту. Патрик многозначительно посмотрел на меня.
'Похоже, у него тоже есть хвост из прошлого…' – прозвучал у меня в голове его голос.
Я согласился.
Мы сели в шлюпку Генриха и он взлетел над астероидом, и я впервые смог внимательно рассмотреть место, где обитал Шольц. Это оказался простой корабельный отсек, герметически закупоренный в двух сторон. Обрубок корпуса какого-то судна или часть заатмосферного поселения. Рядом смонтированы персональный реактор, генератор тяготения, система очистки и воздушный шлюз. Больше ничего. Настоящая келья отшельника, жилище космического анахорета. Здесь можно прожить всю жизнь, наоткрывать кучу вещей, а потом заявиться в большой мир и огорошить его своими достижениями. Незаменимое место для размышлений, и должно быть, здесь очень хорошо работается.
Мне стало ясно, почему учёный не опасается атаки 'теплоядцев'. Его дом находился на небольшом плато, обрывистые края которого не позволяли 'каменным гостям' навестить хозяина, хотя долина внизу была уставлена характерными коническими наростами.
– Это они? – спросил Пат, указывая на них. – Те самые теплоядные скалы?
– Ага. Именно… – подтвердил Генрих, не отрываясь от управления.
Сверху в них не было ничего угрожающего. Камни, как камни…
– Хорошо вы выразились… Теплоядные. Я не биолог, но с удовольствием бы выяснил, как работает организм этих животных. На дальних мирах множество необычных тварей, но эти – самые необычные, – заметил Генрих.
– Пожалуй, я с вами соглашусь… – кивнул Пат.
Снижаясь над местом нашей посадки, Генрих внимательно осмотрелся. Пока внизу были камни, не могущие ожить, но всё же Шольц предупредил:
– Пожалуйста, не задерживайтесь. На тепло от движков теплоядцы снова наползут со всей округи.
Мы заверили, что не станем копаться, сделаем всё быстро.
Корабль лежал на боку, в борту зияла огромная трещина. Энергопитание было полностью повреждено, входной люк нам пришлось открывать вручную, поминутно оглядываясь.
Брошенный корабль всегда представляет тягостное зрелище, но это был наш бывший дом, и оттого это выглядело вдвойне печально. Светя фонарями, мы разошлись в разные стороны. Я поспешил в свою каюту, а Пат направился за деньгами и документами.
Меня встретил полный разгром. При нападении термофилов первым делом отключилось питание, генератор гравитации перестал создавать нужную силу тяжести и когда корабль рухнул на бок, все предметы разлетелись по углам. На тряпки мне было плевать, бокс с мозгом Тристана и тело биомата, вот что я искал. Нашёл я его не сразу, а когда, наконец, обнаружил, то застонал от разочарования. Он лежал, придавленный тяжёлым платяным шкафом.
– Что такое, Серж? – встревожился Пат. – У тебя всё в порядке?
– У меня все нормально, а вот Тристан… – грустно сообщил я. – Его мозг погиб.
Видимо, когда шкаф падал, он ударился углом прямо в бокс и всей своей массой раздробил его. Вместо нейромозга в ящике была одна труха из нейрокристаллов. Все мои труды пошли прахом. Мозг Тристана окончательно погиб, а без него тело биомата мне ни к чему…
* * *
По прибытии на 'Ефремов', Дау тепло попрощался с Дженни и отправился искать попутное судно. Бэк не собирался лезть к чёрту в пасть, не наведя справок о преисподней – он хотел собрать необходимую информацию о секте Свидетелей Творения и планете Борей. Сделать это можно на цивилизованных мирах, где имелся более простой доступ к Гипернету.
Довольно быстро ему посчастливилось – один торговец экзотическими яствами как раз доставлял свой товар на Аристотель и согласился взять попутчика. Вылет был намечен уже на завтра, артишоки и трюфеля торговца не терпели задержек. Бэк решил скоротать вечерок в баре, поскольку другие публичные места на 'Ефремове' отсутствовали.
Спурт взял пиво, занял место за столиком в дальнем углу и приготовился скучать – вечер не обещал ничего интересного. В баре было пусто, на свободных территориях обычно не случается многоголюдья – люди здесь не задерживаются надолго. Пересел на другой корабль и поминай, как звали.
Рядом с ним заняли место два каких-то типа подозрительной наружности. Один обладал густыми усами, а второй постоянно почёсывался, как будто его донимали блохи. Не обращая внимания на Бэка, они переговаривались о чём-то вполголоса.
Музыкальный автомат мурлыкал последние хиты Звёздной Леди, Дау потягивал вполне сносное пиво и размышлял. Подумать было над чем – та мина не давала ему покоя. По идее, бомба обезврежена, взрыв не состоялся, но тот, кто покушался на его жизнь, не мог знать об этом. Предполагалось, что корабль Джен ушёл в подпространство и сгинул там навеки. Спурта спас звонок Чэди и собственная неловкость. Случайность, конечно, но имеет смысл подумать, кто же оставил этот зловещий 'сюрприз'?
Хотя, что тут думать? Чарли Вьюн, конечно! Кроме него, никому на Прокрусте Спурт не успел насолить. Догадка Дау о том, что неспроста Вьюн так рано вышел на волю, сулила тому массу неприятностей, поэтому немудрено, что Чарли отважился на такой шаг. Оставалось только догадываться, каким образом Вьюн сумел проникнуть на корабль Дженни и так удачно установить бомбу? Бэк не подозревал за ним таких талантов.
Внезапно в баре повисла тишина – пауза между треками певицы, и в этой тишине неожиданно громко прозвучала фраза усатого:
– Она точно придёт сюда, вот увидишь.
Дружок усатого испуганно оглянулся на Спурта и почесался, но тот сделал вид, что ничего не услышал. Бэку и в самом деле было наплевать, кого поджидает парочка. Его не трогают и этого достаточно.
В этот момент гремучая бамбуковая занавеска на двери бара возвестила о новом посетителе. Бэк поднял голову – в помещение вошла Дженни.
Скользнув глазами по публике, она не заметила Дау – он сидел в дальнем углу – подошла к стойке, что-то сказала бармену. Тот достал из холодильника и сложил в пакет несколько бутербродов и бутылку минеральной воды. Похоже, ужинать девушка будет на корабле. Да и ему не помешало бы перекусить, одним пивом сыт не будешь.