Будьте так добры, Николай Иванович, примите участие в моем деле, обратитесь к Василию Александровичу. Н. П. Курбатов, как я и прежде Вам об этом писал, соглашается быть моим компаньоном, на днях он приедет ко мне и будет ожидать Вашего ответа. Ах, если бы сбылось мое предположение, как бы я был счастлив!

Да! чуть не забыл! Мысль Общ[ества] распространения] ч[тения] устроить при магазине нечто вроде кондитерской для привлечения публики - очень хороша, но для этого нужны деньги, и нужно их немало: порядочная прислуга дешево не возьмет, порядочная мебель дешево не продается, а мысль очень хороша. Что делать! известная часть публики похожа на ребенка, которому в одной руке подают лекарство, в другой показывают игрушку. Чтение, с помощью кондитерской, вошло бы в большую моду, - это верно.

Ради бога, не заставьте долго ждать ответа! Я бы подал немедленно купеческий капитал: время дорого. Кстати, узнайте, пожалуйста, зависит ли открытие книжной лавки от местной полиции; мне должно это иметь в виду.

Пожмите крепко руку И. Ал.; и родные его здоровы. Помнит ли он меня? М. Ф. Де-Пуле Вам кланяется и согласен относительно всего, что я пишу здесь по делу о книжной торговле.

Всею душою преданный Вам

* Я. Я.

No. Денег нужно не менее 3000 серебр.

33. В. А. КОКОРЕВУ

[Отрывок]

[1858 г., 12 декабря!

...Я берусь за книжную торговлю не в видах чистой спекуляции. У меня есть другая, более благородная цель: знакомство публики со всеми лучшими произведениями русской и французской литературы, в особенности знакомство молодежи, воспитанников местных учебных заведений... Помощь, которую Вы мне оказываете, - не простое участие, не мимолетное сострадание к тяжелому положению другого лица, нет! - это в высшей степени благотворная, живительная сила, которая обновляет все мое существование. До тех пор я был страдательным нулем в среде моих сограждан; теперь Вы выводите меня на дорогу, где мне представляется возможность честной и полезной деятельности; Вы поднимете меня как гражданина, как человека...

1859

34. Н. И. ВТОРОВУ и И. А. ПРИДОРОГИНУ

1859 г., 2 января. Воронеж.

Поздравляю Вас, мои милые друзья, Николай Иванович и Иван Алексеевич, с Новым годом. Будьте здоровы и счастливы! Да принесет нам этот Новый год мир и внутреннее благо и да пройдут мимо нас тучи, которыми начинает покрываться политический горизонт в Европе 1.

Наконец я отдыхаю. Квартира для моего книжного магазина нанята на Двор[янской] улице, в доме покойного часового мастера Соколова. Помещение просторно и удобно: три комнаты, из которых одну я назначаю для кабинета для чтения, коридор, чулан, кухня и каменный выход. Цена в год - 300 руб. серебр. Правда, сделка моя не совсем надежна: дом покойного Соколова находится в залоге и сего 17 января или перейдет по закладной в распоряжение Вашего прежнего знакомого г. Радван-Володковича, или продастся кому-либо в частные руки, на что уполномочен покойным Соколовым его душеприказчик, хозяин тульского магазина, Василий Федотов Шишлаков, с которым я и вступил теперь в сделку. Впрочем, я думаю, новому владельцу дома, кто бы он ни был, нет расчета отказывать мне в квартире. Разве он захочет прижать меня и увеличить ту сумму, которую теперь я плачу за квартирование, - это, мне кажется, самое большое зло, далее которого он не пойдет. Признаюсь, наем квартиры не мало испортил у меня крови: в продолжение нескольких дней сряду, с рассвета до темной ночи, я рыскал по городу, и все без малейшего успеха. Насилу-то уладил с содержателем тульского магазина. Такая упрямая голова! - затвердил одно: не хочу сдавать квартиры, да и баста! В настоящее время я хлопочу о мебели, окраске комнат, устройстве полок, шкапов для книг и проч., но все это - ничтожный труд в сравнении с приискиванием квартиры.

Предприятие мое до пес plus ultra2 раздражило воронежских книгопродавцев. Гардении думает устроить кабинет для чтения. G этою целию он нанял Кашкина, который, для привлечения публики, будет играть в магазине на фортепьяно, а публике, под мелодические звуки музыки, предстоит неисчерпаемое наслаждение читать и читать. Расчет Гарденина, как видите, верен и ловок. Не плохо и Кашкину: он взял с него 500 руб. сер. в год.

Подписчики на чтение книг, по-видимому, у меня найдутся, хотя числа их я не могу заранее определить. Будьте, Николай Иванович, так добры, скажите Н. П. Курбатову, чтобы он абонировался на вторые экземпляры "Современника" и "Русского вестника". Эти журналы необходимы для моего кабинета для чтения. Потом передайте ему следующее: 1) Во что бы то ни стало постараться взять у кого-либо на комиссию для продажи нот, разумеется более или менее известных композиторов. Этот предмет Н. П. знаком, следовательно, ему нечего давать советов, что именно он должен выбрать. В случае успеха в деле такого рода пусть он примет на себя труд немедленно меня известить, тогда на одной из дверных вывесок я, между прочим, упомяну и о нотах, а заказом вывесок, замечу в скобках, мне медлить нельзя. 2) Так как кабинет для чтения своими голыми стенами напоминает казарму, - купить несколько портретов известных литераторов порядочного размера и хорошей работы. 3) Взять несколько экземпляров "Чтения для взрослых детей", изд. Солдатенкова и Щепкина, и вообще не упускать из виду никакой новой порядочной книги. ,) Сколько возможно позаботиться о скорейшем окончании дел в Петербурге и Москве, потому что квартира готова и помещики начинают появляться в Воронеже на дворянские выборы. Наконец, 5) что он придумает и сочтет нужным купить, пусть покупает, лишь бы купленные вещи подавали верную надежду на сбыт.

Новый год я встретил у М. Ф. Де-Пуле вместе с Н. С. 3. ..Пошлет ли мне бог счастье! Я так долго мучился! И теперь, сказать правду, мне не очень весело: тут по своему делу мечешься, как угорелый, до поздней ночи, а в доме между тем неумолкаемый крик и шум, на дворе - песни извозчиков, в кухне - перебранка дворников (,кухаркой, в амбаре - воровство овса, и все это требует моего надзора и разбирательства, минуты не дает мне покою! Вот уже целый месяц я не прочитал за недосугом ни одной строчки, черт знает что такое!..

"Кулака", мой милый Николай Иванович, нечего мне оставлять про запас. Слава богу, что Василий Александрович , так добр и великодушен. Пусть он печатает все, исключая дряни, на которую я укажу. Иначе книга по своей тонине должна будет продаваться за ничтожную цену, следовательно, вырученная за издание сумма не покроет моего долга, а платить наличными, выручаемыми за продажу книг в Воронеже, деньгами значит обнажать магазин. Последнее чересчур неловко и нерасчетливо. Мои знакомые в этом отношении совершенно со мною согласны, не восставайте и Вы на меня, мои милые друзья, Николай Иванович и Иван Алексеевич.

Вчера я имел несчастие узнать печальную новость об удалении фон Крузе с поприща его благотворной деятельности 5. Грустно! Наша литература понесет в его лице огромную потерю.

У нас нет ничего нового. Семейство Ив. Ал. посылает ему поклоны. Я, с своей стороны, его обнимаю от всей души.

Сию минуту я узнал от достоверного человека, что Гарденин выписывает большой запас французских книг; поэтому Н. Пав. нужно будет крепко позаботиться о достаточном объеме этого отдела моего книжного магазина и обратить особенное внимание на его строгий выбор.

В заключение письма позвольте мне, мой милый Николай Иванович, обратиться к Вам с одним вопросом: неужели Вы сердиты на меня за что-нибудь по поводу распродажи мною Ваших вещей? Я не знаю даже, получили ли Вы мое письмо, при котором был приложен подробный счет всего мною проданного. Пожалуйста, выведите меня из недоумения.

Весь Ваш

И. Никитин.

No. Слышно о новом издании стихотворений Губера 6. Скажите об этом Ник. Пав. Пусть он возьмет его в нескольких экземплярах; старых не нужно. Да, простите меня за бестолковость письма: пишу и толкую с столяром и извозчиками.

35. Н. И. В TOP OB У