Но то, как он меня оглядывал, мне не сильно нравилось, совсем не нравилось. Да, я может и не модель с обложки его любимой "Игромании", да еще с утра вся опухшая, одета в пижамные штаны и майку, но неужели все так плохо?

Развеивать мои сомнения Стасик не спешил:

- Это сонина работа? - поинтересовался он осторожно, будто заделался в саперы и теперь ступает по минному полю с саперной лопаткой.

- Ты о чем? - не въехала я. Утро же, братик, я еще не проснулась, мозги еще в кучку не собрала, так что стала лихорадочно оглядываться в поисках "сониной работы".

- Не суетись, Лен, расскажи как есть, - тоном опытного психоаналитика продолжил вещать брательник, медленно приближаясь ко мне с желанием успокаивающе погладить по голове. По многострадальной голове. Это перебор, по-моему.

- Руки, Стас, - взбрыкнулась я и стала отползать к окну - его вид меня пугал. - Что с тобой?

- Со мной? Ээ... не в пример тебе, все зергудно.

Верилось слабо.

- Да? - моя спина уже была прочно прижата к батарее, а брательник продолжал тянуть ко мне свои клешни, не обращая внимания, вернее старательно игнорируя, выраженное на моем лицо отвращение от предвкушения боли - синяки он, знаете ли, бо-бо.

- Да-да, - его рука таки опустилась на мой затылок, припечатав все мысли разом. - Сестренка, так у нас не получится ГГ.

- Чего не получится? - приехали, он теперь все свои фразочки сокращать будет? Я его прошлый лексикон еще не выучила, а он уже новым грузит.

- ГГ - great game.

- А-а... а должно получится? - я старалась высвободиться, а он меня щемил, зажимая к батарее, и пути к отступлению перекрыл своим телом. Вроде и не шибко накачанный, да ни капли не накачанный - задохлик он, хотя он бы опроверг, ведь его герой в "Варчике"5 прокачан до хз какого уровня, но, тем не менее, высвободиться я не могла, зато в голове стали тесниться пугающие идеи: а вдруг он связался с плохой компанией и подсел на наркоту, а сейчас пытается стрясти с меня полное финансирование на разрушение своего хрупкого растущего организма? И Соня тоже странно себя ведет. Может и она того... наркоманит по-тихому?

- Я надеялся, - признался Стасик.

- Деньги не дам! - мигом вспыхнуло мое благоразумие, которое выступало с самодельным плакатиком "Нет - наркотикам!".

- Какие деньги?

- На наркоту!

- Наркоту? - переспросил побледневший братик. - Ты подсела на эту... гадость?

Я, видимо, в порыве своего негодования, вместо "гадости" расслышала "радость" и продолжила свои наезды:

- Тебе не стыдно? Как же так, Стас? Я понимаю, дядя уделяет тебе мало времени, я тоже особо заботой не фонтанирую, но если у тебя есть проблемы, я всегда готова помочь!

- Что ты куришь? - пораженно спросил Стасик.

- Я не курю...

- Колешься?

- Нет.

- Трындец, - заключил он. - ГО, - встал и побрел прочь из комнаты.

- Чего?

- Game over.

- Ни фига не over, - я решила не сдаваться. - Посмотри на меня.

- Зачем? Видел я наркош...

- Я не наркоманка. Это же ты наркоман.

- Я - нет! - вспыхнул братец, стоя на пороге. - С чего ты вообще взяла?

- Ну... - я вспомнила свои последние слова, сопоставила их со словами Стасика, почесала репу, наткнулась на больное место, ойкнула, повздыхала, потом прочувствовала вину и извинилась перед мелким, что неверно истолковала его поведение.

- Нормальное у меня поведение, - пробухтел он. - Ты же сама как боксерская груша выглядишь... Слушай, - в его глазах мелькнуло понимание, - ты случайно не посещала недавно какой-нибудь научно-исследовательский центр, где изучают насекомых?

- Н-нет.

- Точно?

- Точно.

- Значит, все верно. Ты возомнила себя как бы девушкой со суперспособностями и как Питер Паркер пошла сколачивать состояние на боях без правил, но ты не учла того факта, что ты никакая не супер-гёл и поэтому тебя банально поколотили, - он самодовольно уставился на меня. Да я в жизни не слышала от него длинных речей, тем более таких... лишенных всякого смысла.

Осталось лишь покрутить пальцем у виска. Вот привязался. Теории какие-то дебильные выдумывает, чудит, сходит с ума. Совсем уже...

- Стасик...

- А?

- АЮК? - по буквам произнесла я, решив не отставать от моды на непонятные сокращения.

- Чего?

- Are you crazy?

Теперь он покрутил пальцем у виска и присвистнул.

Я стала сокрушаться по поводу того, что моя семья далека от идеала и вообще, нам, то есть им, нужно палаты у мистера Кащенко заказывать, ибо лечиться нужно пока не поздно. Братик молча подпирал косяк, продолжая морщиться.

С такими грустными мыслями я добрела до зеркала и только тогда мне разъяснилась истинная причина поведения Стаса - мое лицо, хоть и немного посвежевшее (ну, капелюшечку), все же представляло из себя сплошной синяк. Выглядело оно страшно, неудивительно, что мужчинка в лице братишки испугался, но, что ставит его в выгодное для него положение, виду не подал, а наоборот, пытался помочь. И даже выдвигал версии в оправдание.

- Насмотрелась? - мрачно донеслось с его стороны.

Я неуверенно кивнула:

- Ага.

- А теперь шутки в сторону. И не переводи тему, называя меня наркоманом - не действует, - вообще-то, подействовало, но я же не знала тогда, что тему перевожу, оно само вышло. - В общем, я жду подробного рассказа, - он сложил руки на груди, до жути напоминая недовольную Соню.

Вот только мне было не до смеха.

- Какого рассказа ты ждешь?

- Детального. Чтоб ярко и подробненько все.

- Почему ты решил, что я расскажу?

- Потому что, - своими следующими словами он меня удивил, чуть ли не в ступор вогнал: - когда сестра бьет сестру - это полный капец.

В результате его слов меня постигла участь нервного шизика - я стала истерично ржать, повизгивая и похрюкивая. Стас совсем разуверился в своих менторских способностях, его плечи опустились, взгляд поник, но тревога засела в его глазах прочно. А еще, мне показалось наверное, но там, в зрачках, я заметила отблеск темной тучи, которая нависла над моей головой, потрясая своими габаритами. Я тут же принялась смотреть, есть ли она в реале, но кроме розового абажура, одиноко отсвечивающего стеклянной лампочкой, ничего не обнаружила, зато панический ржач прекратила и стала втолковывать братику, что сестренка меня на самом деле не била.

Разговор затянулся надолго, Соня меня выручать не торопилась - она беззаботно бултыхалась в ванной, дядя храпел у себя в комнате, о наличии в квартире Егора и папы я сомневалась - уж они, услышав устроенный мной и Стасиком дуэтный балаган, пришли бы на помощь, так что задача была свалена на мои хрупкие женские, даже подростковые с виду, плечики...

Но меня спас звонок. Трепыхающиеся под одеялом звуки саксофона, которые издавал мой мобильник, положили конец нашей распре, и Стасик, подслушав, что я ухожу к Лесе, учапал восвояси с пренедовольнейшим видом, что-то бурча себе под нос про "дефматч6 и жесткий анал" (о, я очень надеюсь, что ослышалась!), который он собирался кому-то устроить. Он ускакал и занял боевую позицию на входе в ванную, чтобы не упустить сестричку, и, не теряя времени, стал сразу нудить под дверью.

Я воспользовалась случаем, быстренько оделась в свою старую хламиду (сонину одежонку запихала ногой под кровать, предварительно обнюхав, а амбре был еще тот), забежала на кухню, стянула из холодильника кусок сыра, ополоснула лицо, обулась, зажевала арбузную жвачку и выбежала в подъезд. Там кое-как у окна нанесла грим и побежала на остановку. То есть медленно побрела, потому что тон подруги предвещал ураган, а мне в эту атмосферную стихию попадать ой-как не хотелось. Таким образом и такси я вызывать не стала, чтобы потянуть время.

На выходе из подъезда со скамеечного форума на меня косились Сера и Грипп. Их вроде только вчера забрали в больничку, а они уже здесь сидят и треплются вместе с Афанасьевной, бабулькой с золотым зубом и мистической внешностью, с соседнего двора. Кажется, они рассказывали ей о вчерашних происшествиях, причем приукрасив все до фантастических размеров. Увидев меня, они тут же заглохли, как два стареньких трактора, обнаруживших практически на подъезде к сараю, что оба стыренных у колхоза снопа сена растрепались по дороге. Афанасьевна же стала прожигать меня своими черными как смоль глазами. Почему-то ее взгляда я всегда боялась, она будто всю душу наизнанку выворачивала и читала, что же написано на скрижалях моего бытия. Но никогда не говорила, что именно. К тому же, к ее исконной внешности гадалки, с коей я ее ассоциировала, способность видеть нутро человека очень вязалась. Да и цветастый платок, в который она куталась не по погоде, дорисовывал образ.