Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Зная об этой попытке, я был совершенно уверен, что речь пойдет об освобождении наследника дружественного регенту рода. Такой расклад меня совершенно не устраивал, но идей, как выйти из этой ситуации с пользой для себя, не было. Полагая, что Советник притащит на заседание только своих приверженцев, я приказал Нинэе пригласить тех, кто, по донесениям Сэта, поддерживал королевскую власть и Кэнтара как короля.

Понимая шаткость нашего положения, я решил для охраны их величеств задействовать все имеющиеся у меня силы. У обеих дверей, ведущих в малый зал, я выставил по восемь вооруженных солдат, остальных расставил по бокам трона. По моей просьбе Кэнтар и Нирана надели одежды красных тонов.

Этот цвет для всего живого обозначает опасность. Он хоть и привлекает внимание, но в то же время говорит: «Влезешь — убью». Насекомые с такой расцветкой ядовиты или выделяют вонючее нечто, из-за чего птицы их не едят. А если вспомнить реакцию быков (это используется на корриде) и гусей (шипят и щиплются, сволочи) на красный цвет, то неудивительно, почему среди «новых русских» были так популярны малиновые пиджаки. Это цвет муладхары, чакры выживаемости. Надевая красное, человек притягивает к себе внимание и как бы предупреждает: «Бойтесь меня» или «Кто на меня?». Совершенно не просто так стоп-сигнал светофора именно этого цвета. Из потока едущих машин мы зрительно выхватим именно красную машину. По статистике какого-то там агентства, с красными машинами происходит в два раза меньше аварий, поскольку народ чисто подсознательно шарахается от них.

В свое время я просмотрел немало информации на тему влияния цветов на подсознание. Именно с целью привлечения внимания мы использовали красные и желтые платки, привязывая их особым способом на посохи.

Наступило время аудиенции. Как только придворные выстроились вдоль стен, в зал вошел бывший регент с Советником короля. На шаг позади них шел глава семейства Моккарен. За спиной каждого из вошедших шагали по два гвардейца. Может, я чего-то не понимаю, но вроде в тронный зал с вооруженной охраной входить нельзя?

Не давая нам времени на вопросы, пришедшие поклонились и сразу перешли к делу. Первым заговорил бывший регент, герцог Фокс Тарот. Он пространно описал заслуги семейства своего сообщника, какие они преданные, честные, добросовестные, не щадящие своих жизней на благо короны…

Его послушать, то Моккарены белее снега и святее ангелов, а их сын такой же пушистый. И только по причине своей молодости не пресек плохое поведение друзей. Но, как человек тонко чувствующий, он уже все осознал и искренне покаялся…

Вот это талант! Умеет же мужик подать информацию! Если бы я сам не принимал участия в столкновении с «ангелом», поверил бы безоговорочно.

Как только заткнулся регент, сразу же включился Советник. Этот болтал все больше о делах данного семейства на благо страны. Из его слов выходило, что Родэн существует только благодаря Моккаренам и на их деньги.

Глава семейства, когда подошла его очередь, сказал то же самое, что и предыдущие выступающие, но только немного своими словами.

Кэнтар, слушая всю эту трепотню и не чувствуя за собой реальной силы, начал колебаться. Это было заметно по лицу, и хорошо знавший короля герцог Тарот начал морально давить и настаивать на освобождении парней. Советник тоже всунулся, чтобы внести свои пять копеек в разборки.

Видя, что Кэнтара вот-вот дожмут, я вышел вперед и, обрисовав ситуацию в выгодном для меня свете, заявил об оскорблении королевского рода. Слегка поколебавшись, его величество все же объявил, что обвинение слишком серьезное, поэтому необходимо дополнительное расследование. Вскинувшись, Тарот перешел в наступление и чуть ли не прямым текстом начал требовать и угрожать.

Мне очень не понравилось, как вела себя эта троица. Может, у меня паранойя, но слишком уж они приблизились к трону. Особенно напрягла шестерка гвардейцев, стоящая за спинами у регентовской компании. В моей голове пронеслась мысль, что Юлия Цезаря убили во время подобного заседания сами сенаторы. Паранойя или нет, но на всякий случай и чтобы не повторять чужих ошибок, надо срочно переключить внимание собравшихся.

Подхватив посох, я спустился с возвышения, на котором располагался трон, и встал перед расположившейся недалеко от трона «могучей кучкой», пытающейся выдавать свои требования королю. Подобравшись, прошелся колесом перед ними. Все замолчали и с изумлением посмотрели на меня. Остановившись, я подал своим знак «делай, как я» и начал крутить посохом перед собой и вокруг себя.

Двое парней из моей команды встали перед тронами, заслонив собой королевскую чету, а четверо, спустившись с возвышения, начали крутить колесо и вращать шестами.

Когда мои люди присоединились ко мне, регент и Советник презрительно скривились, и один из них громко сказал:

— Цирк!

Их мнение меня мало волновало, главное, чтобы с королем ничего не случилось, а то к нам всем северная серебряная лисичка придет, которая писец называется. Не прекращая вращение посохом, как на тренировке, я пошел на толпу. То же самое стали делать мои люди, и мы эдакой крутящейся полосой медленно двинулись на посетителей. В нескольких виденных мною фильмах шут, кривляясь и кружась, оттеснял надоевших визитеров из тронного зала.

Как я и рассчитывал, толпа начала медленно отходить, не отводя взглядов от мелькавших посохов. В конце концов, не выдержав, все развернулись и дружно направились к выходу.

Только закрылись двери за последним посетителем, как Кэнтар вскочил с трона и забегал по залу.

— И зачем нужен был этот спектакль? Ваше поведение просто ужасно. Что обо мне подумают? Что у меня глава Службы безопасности — шут?! — сердито заорал он.

— Неважно, что скажут другие. Важнее сохранить вашу жизнь. Без вас, ваши величества, и нам конец, — изобразив реверанс, ответил я.

— Она права, дорогой. Твоя жизнь значит больше, чем мнение других о наших действиях. Пока ты жив, никто не рискнет плохо отозваться о твоих соратниках. Но вот если тебя убьют, то никакое мнение нас не спасет, — стараясь говорить как можно мягче, включилась Нирана.

После столь неординарной встречи, все еще находясь в некотором возбуждении, я помчался на обед к Кондорам. Мы были приглашены в их столичную резиденцию, больше похожую на замок, чем на дом. Подъезжая, я окинул внимательным взглядом их семейное гнездышко. Неплохо мужики живут, неплохо! Судя по донесениям Сэта, посвятившего два вечера на прослушивание конкретно их комнат, семейство Кондоров относилось к королю и королеве весьма лояльно. Мои слова о Нинэе были восприняты ими серьезно, и дядюшка дал задание Тимошу начать за ней ухаживать. Влюбить в себя девушку дело не быстрое, а без ее желания, как им было сообщено, свадьбы не будет.

Понимая, насколько нестабильно положение короля, старший Кондор не торопился открыто принимать сторону Кэнтара. Он надеялся, что в ближайшее время вопрос, кто же будет настоящим правителем, разрешится в ту или другую сторону. Кондоры собирались или перейти к серьезным ухаживаниям, или тихо свалить в сторону только после окончательного устаканивания ситуации.

Хоть это и неприятно осознавать, но такой план являлся наиболее разумным в данной ситуации. Осталось чуть меньше недели до праздничной королевской свадебной церемонии, а я еще не узнал ничего конкретного по поводу планов бывшего регента и Советника. Было сомнительно, что они позволят провести эту церемонию, однако, каким будет противодействие, мы до сих пор были не в курсе.

Понимая, что в отношениях с Кондорами еще ничего не ясно, я решил по полной использовать нашу встречу. На обеде присутствовали несколько хороших друзей старшего графа с сыновьями. Похоже, молодежь должна была занять нас танцами и ухаживаниями, а старики собирались к нам присмотреться. Меня такое расписание совсем не устраивало. Покивав и наулыбавшись на комплименты, мы быстро перевели разговор в финансовую область: с кем торгует страна, какое сырье и продукты наиболее востребованы Родэном, а какие — соседями…

14
{"b":"170934","o":1}