Литмир - Электронная Библиотека

Притом узнал не от отца, а от человека, которому должен был служить верой и правдой. Человека велено было называть «братом-лидером», и было в нем такое невероятное обаяние, что маленький Юсуф понял: он и в самом деле готов на любой подвиг ради вождя своей страны.

Взрослые многого не рассказывали, а вот брат-лидер выложил всю правду, невзирая на возраст: в семье аль-Андалуси, когда-то вынужденных бежать из покоренной христианами Испании, из поколения в поколение передавались совершенно особые способности. Особые способности к колдовству. Или – к экстрасенсорике, если говорить в европейских терминах.

Впрочем, во время поездок в Европу и Америку Юсуф повидал немало «экстрасенсов», иные из них обладали кучей дипломов всяческих международных академий. Практически все оказались самыми настоящими мошенниками.

И было долгое обучение. И была служба – скорее в радость. И была война…

Юсуф помнил в деталях, что следовало сделать.

Проникнуть на территорию, занятую врагами брата-лидера (вслед за своим кумиром он неизменно называл их «крысами»).

Стать одним из них.

Добраться до бункера в столице повстанцев.

Вскрыть кодовые замки, изъять книгу. Заставить кого-то прочесть нужное заклинание – впрочем, и оно, и жертва были только частью общего плана.

То, что жертва погибнет первой, было совершенно ясно. Но вслед за этим произойдет то, что невежественные люди могли бы счесть появлением демона, который вырвался на волю. А посвященные знали: такое внезапное совмещение определенных точек Земли и параллельного мира может привести к сильнейшей природной катастрофе. Огромный приморский город просто превратится в руины – вместе с повстанцами и их лидерами.

Все шло правильно, если бы не одно обстоятельство: в качестве жертв Юсуф выбрал американского журналиста и не в меру любопытного русского. Русский был вообще ни при чем, а вот американец заявлял, что немного знает арабский. Стало быть, прочесть сможет.

Если бы Юсуф знал, что такое «немного знает» в устах этого хвастуна!

Произошло то, на что он никак не мог рассчитывать: заклинание было прочтено неправильно… и ничего не произошло! По крайней мере, в тот день.

Заклинание запоздало сработало через некоторое время, когда Юсуф вез обоих журналистов к границе. Он предвидел нечто подобное, поэтому песчаная буря на пустынной дороге не стала для него неожиданностью. И он, направив джип прямо в ее центр, знал, что делает. «Буря» давала еще один шанс – последний – для выполнения задания. Если совместить миры не удалось на Земле – что ж, удастся сделать это в параллельном мире.

Но Юсуф не представлял, насколько трудно будет добраться до цели.

И вот теперь он знал только одно: до нее надо добраться, а дальше… Дальше все становилось совершенно непонятным.

Те, кому давным-давно посчастливилось не только попасть в этот мир, но и вернуться обратно, составили примерное описание, имелась даже карта. Но было это очень давно.

Поэтому Юсуф не сразу понял, что за всеми передвижениями их группы следят едва ли не с момента появления. А когда понял, было уже поздно.

В этом мире шла война, а они оказались на границе между враждебными государствами. Поэтому и были моментально замечены одной из сторон, которая решила принять меры. Хуже всего, что часть замыслов Юсуфа они поняли.

Пришлось прорываться с боем.

…Он всмотрелся в небо. Следовало ожидать патрульных летательных аппаратов противников тех, от кого ему удалось уйти. Кто они, какому государству принадлежит безлюдная долина, Юсуф не представлял. Да не больно-то и хотелось. Главным было одно: добраться до смутно видневшейся пирамиды и вспомнить, вспомнить… Голова будет болеть жутко, но это совершенно не страшно. Боялся он только одного – провалить задание. И гнев брата-лидера был тут совершенно ни при чем: служил ему Юсуф аль-Андалуси не за страх и не ради денег.

Между тем солнце поднялось, теперь блики на реке стали гораздо ярче, а кроны деревьев, вполне надежно скрывавшие беглеца, наполнились веселым и радостным светом. Хотя это его совершенно не радовало, да и не могло: не до того было! Мир для Юсуфа сжался в один пульсирующий комок: задание! Задание! Сделать так, чтобы город, где верховодили «крысы», превратился в ничто. Выполнить приказ – нет, просьбу! – вождя.

«Возможно, тебе придется убивать моих верных солдат и сторонников. Если это понадобится ради дела», – сказал на прощание брат-лидер.

Раз оно так – пусть так и будет. Даже если выполнение задания убьет самого Юсуфа.

Боль в голове запульсировала с удвоенной силой. Пожалуй, у любого другого это закончилось бы обмороком, но Юсуф только сильно сжал челюсти. Что это за магрибский колдун, который не может помочь себе сам в такой пустячной штуке – вылечить сотрясение мозга?! Он пережил гораздо большее. Но память, память… Она отказала в самый неподходящий момент.

«Успокойся, – проговорил Юсуф сам себе. – Успокойся. Вспомнишь, когда придет время».

Следовало максимально расслабиться. А затем вспомнить заклинание-молитву, обращенную к древним богам. К тем, кого люди называли языческими и предпочли забыть навсегда.

Но Юсуф не забыл. Да, он официально считался правоверным – но никогда им не был в действительности. Да и к древним сущностям или духам места относился скорее практически: важной была не только молитва, она лишь помогала сосредоточиться, увидеть свой организм словно бы изнутри, понять, что с ним не так.

А «не так» было многое. Если бы он попал сейчас в руки врачей, они бы поразились – как человек в таком состоянии вообще мог ходить, да еще по горам, да еще ночью.

– Во имя тех, кто правит Землей и мирами, – шептали его губы. – Да будет спрямлен мой путь, и да пройду я по нему…

Эти слова, произнесенные на языке, который не был похож ни на арабский, ни на местное наречие, странным образом успокаивали. Что ж, уже хорошо.

Теперь следовало попытаться начать лечение. В таких случаях он ощущал тот же самый эффект, что и люди, пережившие клиническую смерть. Юсуф словно бы увидел себя со стороны. Вот он, спокойно лежащий в укрытии. Да, вид сейчас был, мягко говоря, не самым лучшим: на подбородке уже сильно пробивалась черная щетина, вся одежда (если эту рванину вообще можно было так назвать) пропиталась пылью и потом. Только ему не было до того никакого дела.

Ему и до головной боли не было бы сейчас дела, если бы она не мешала.

Хотя сейчас боль стала чуть тише. Возможно, если к вечеру повторить всю процедуру, пройдет совсем. Тогда к завтрашнему утру пирамида станет гораздо ближе, а на следующую ночь можно будет попытаться спуститься в долину. Там придется идти быстро, почти бежать. Если одно враждующее государство обзавелось инфракрасными детекторами на своей технике, то и у второго они почти наверняка есть.

И неизвестно еще, охраняется ли пирамида. Автомат местного производства у него теперь имелся, но это – на самый крайний случай.

Однако самое главное, что мучило Юсуфа с того момента, как он очнулся под завалом, – память. Обойти все препятствия можно. Но если непонятно, что он должен сделать, все усилия пойдут впустую. Тогда ему предстоит остаться внутри пирамиды навсегда.

Боль и в самом деле перестала быть острой и отвлекающей, хотя никаких нужных воспоминаний о задании так и не появилось. Зато появилось нечто отвлекающее извне: далекий жужжащий звук. Тем-то и отличается состояние клинической смерти от того, в которое ввел себя сейчас Юсуф, что находящиеся между жизнью и смертью уже не слышат никаких звуков. А вот он слышал прекрасно – слух лишь обострился в тот момент, когда Юсуф сосредоточенно читал заклинание.

Звук показался настолько настораживающим и враждебным, что ритуал пришлось прервать в одно мгновение. Назойливых насекомых в этом мире (по крайней мере, в здешних краях) не водилось, значит…

Значит, никакое это не комариное жужжание.

Где-то вдалеке пролетала машина здешних обитателей. Но если он будет обнаружен, «вдалеке» моментально сделается «совсем рядом».

2
{"b":"168539","o":1}