Литмир - Электронная Библиотека

– Если я начну гасить по площадям, здесь в радиусе сотни шагов не останется ничего живого! – Рыкнул Т'мор, вонзая Младшего в горло очередного оборотня.

– Я же сказал, кабак под защитой. – Арролд встряхнул своим мечом, с которого тут же пролилось пламя на еще одну тварь, тут же опавшую наземь легким пеплом.

– Идиот! Она для меня, что бумага. – Прохрипел Т'мор, взвинчивая темп. Но тут из-за ограды послышался слаженный вой. Парень глянул на круживший вокруг десяток живых оборотней, исходящих рыком и слюнями. Еще десяток в разной степени разобранности и поджаристости, валялся по всему двору. Если за стеной есть еще хотя б пяток этих уродливых тварей, шансов выжить у них с Арролдом, ноль. Человек провернул в руках мечи, награждая очередного вставшего на дыбы оборотня, длинным разрезом вдоль брюха. И тут ярость ревущего в голове Т'мора, Уголька, с головой накрыла человека. Лицо Т'мора исказилось в жуткой гримасе, обнажая длинные белоснежные клыки, каким мог бы позавидовать любой рисс, а из измененной глотки парня вырвался оглушительный рев…

Послушная призыву, Тень обманчиво медленно сгустилась над двором, и вдруг взвилась гигантским смерчем, огромной воронкой из призрачных лезвий.

Не дожидаясь продолжения, Т'мор сбил с ног хорга, и прижал его к земле. И тут же, яростный рык и вой оборотней превратился в обреченный скулеж. По спине парня плеснуло чем-то теплым. Смерч дрогнул и двинулся в сторону ворот, оставляя за собой, тяжелый сладковатый запах крови.

Т'мор еще слышал, как в последний раз взвыли шедшие на подмогу своим собратьям, твари, почувствовал, как его тушку скинул с себя Арролд, а потом пришла Тьма. Убаюкивающая, нежная…

Глава 5. Хоргов бояться, в Лиист не ходить

Человек приоткрыл глаза, и попытался подняться с кровати. Но тут, и без того размытая картинка перед его взором, окончательно помутилась и Т'мор, с тихим стоном, рухнул обратно на подушку. Словно выстрел, голову пронзила острая боль, заставляя парня скрежетать зубами и раздирать пуховую подушку пальцами с мгновенно отросшими длинными когтями.

– Ни хрена ж себе попраздновали победу! – Тихо заметил Т'мор и, перекосившись от второго приступа головной боли, договорил, – лучше бы меня вчера, оборотни схарчили…

– Не оборотни, а выворотни, неуч… Наконец-то, очнулся, великий победитель тварей ночных! – Веселье вошедшего в комнату Арролда, заставило Т'мора поднять ментальные щиты. – Что, голова болит?

– Угум. – Промычал Т'мор.

– Ну, это дело поправимое. – Арролд, жестом фокусника, выудил из-под плаща небольшую пузатую бутылку темного стекла и, щелкнув по ней острым ногтем, водрузил на столик рядом с кроватью Т'мора. Окинув взглядом неподвижно лежащего, бледного как полотно человека, хорг вздохнул, – ну да, опять все сам… Помощи от тебя, конечно, не дождешься…

Т'мор только смерил приятеля безучастным взглядом. Он бы может и разозлился на преступно веселого хорга, вот только даже такое, не требующее физических усилий действие, грозило вызвать очередной приступ головной боли. А Арролд, казалось бы и не замечал страданий человека и рыскал по углам комнаты в поисках какой-нибудь емкости.

– Под кровать загляни, белогривый… – Прохрипел человек.

– А ты предпочитаешь похмеляться из ночной вазы? И как результаты, лучше чем классические методы? – Хорг даже бровь приподнял, демонстрируя удивление.

– Арролд, идиот, оставь свои шуточки! Под кроватью стоит поднос с завтраком! Его с полчаса тому назад, служка принес. – Простонал Т'мор. Белогривый хмыкнул и заглянул под кровать. Там, действительно, стоял поднос до отказа забитый посудой, в том числе и искомыми кружками. Хорг поставил поднос на стол и, приподняв крышку первого попавшегося горшочка, втянул в себя запах еще горячего мясного супа, жирного и острого. В остальных плошках, оказалась не менее солидная пища. Самое то, для «ослабленного» ночным празднованием, организма.

– Хм. И чего же ты ждешь? Лечиться надо, а то само по себе, похмелье пройдет только к вечеру. – Повернулся к Т'мору, Арролд.

– А если его лечить твоими методами, то через декаду. – Парень кое-как приподнялся на кровати и обвел комнату мутным взглядом. – Ладно, открывай свое лекарство.

Арролд с готовностью сорвал сургуч с принесенной им бутылки и ловко подцепил ногтем пробку. В следующее мгновение, по комнате поплыл тонкий аромат «белого закатного»… Точно такой же, как и прошлым вечером, когда, только что очухавшегося после призыва Тени, Т'мора усадили за огромный стол в общем зале постоялого двора, накрытый расторопными служками. Оказалось, что жадноватые торы могут быть очень хлебосольными, особенно если на их глазах уничтожить атакующую стаю оборотней… Вот и погуляли. Кстати, а что там с названием… Арролд же что-то говорил по этому поводу.

– Говорил. На нас напали не оборотни, а их полоумные собратья. Зовутся выворотнями. – Кивнул белогривый, выслушав вопрос человека, и разливая по кружкам вино. – Кто-то говорит, что это проклятье старой расы, но лично я считаю, что это просто ее вырождение. Видишь ли, оборотни, не просто существа Ночи, они потомки людей бежавших в этот мир от какой-то угрозы. Что это было, болезнь или война, я не знаю. Но что бы избавиться от последствий той катастрофы и без проблем прижиться в нашем мире, беглецы провели темный ритуал. Так появились двуликие. Разумные существа, способные принимать облик зверя. Быстрые, ловкие, сильные. Вот только в жизни наблюдается равновесие. За свои новые способности, оборотням пришлось заплатить немалую цену. Вместе с обликом зверя, они получили и его суть, с которой вынуждены уживаться все их потомки. Они от рождения предрасположены к раздвоению личности. Вот так-то. Да… О чем это я? А! Становление второго облика оборотня происходит только к совершеннолетию. Если разумная половина оборотня сильна, то после первой трансформы, она сохраняет свое главенство… Вот только, семьи оборотней, и так, не очень-то любившие посторонних на своих угодьях, после известных событий в Озерном крае, окончательно изолировались от окружающего мира. И вот результат. Отсутствие притока свежей крови, родственные браки… Некоторые молодые оборотни не выдерживают первой трансформы, их разум гаснет под натиском сути зверя, и появляются выворотни, хитрые твари, больше всего на свете предпочитающие двуногих прямоходящих, в своем меню. Откуда в этих тварях такой странный гастрономический интерес, я не знаю. Зато мне известно, что при определенной подготовке, хороший маг без особого труда возьмет под контроль десяток, другой выворотней. А о жрИцах и говорить нечего. Подчинение и контроль всяческих тварей, их конек, можно сказать. Вот так-то, Т'мор. Намек понятен?

– Е-ех. – Парень оторвался от кружки с «лекарством», и даже умудрился чуть улыбнуться. – Спасибо за лекцию, учитель. Буду знать. А уж о том, кто подослал нам этих клыкастых, я без тебя вообще бы ни в жизнь не догадался.

– Не ерничай! Я, тут, понимаешь, повышаю его уровень образования, а он нагло дует мое же вино и издевается. – Возмутился Арролд, встряхивая полупустую бутылку. – Все. Хорошего понемногу. Собирайся, парень, тан Грим уже прислал проводника. Пора ехать… пока еще на какой-нибудь сюрприз не наткнулись.

– Ох, чую, от скорости наших сборов и передвижения, количество сюрпризов Рраена на пути, не очень-то зависит. – Пробурчал Т'мор, выбираясь из кровати. Белогривый на это замечание, только пожал плечами и вышел из комнаты.

Облачившись в выстиранные и искусно залатанные местными слугами, после вчерашнего боя, рубаху и штаны, Т'мор надел давно ставший второй кожей, ринс, привычным движением поправил перевязи и, с еще слегка шумящей головой, вышел в общий зал постоялого двора. Сейчас здесь было подозрительно тихо. Т'мор выглянул в окно и с мрачным удовлетворением отметил, что солнце только-только показалось над верхушками деревьев. Ургов белогривый, поднял его ни свет ни заря… И это после вчерашнего! Ну и что, сейчас светает поздно. И хрен бы с тем проводником, что имел дурость припереться в такую рань! Но неужели, так трудно было дать Т'мору возможность хорошо выспаться?!

15
{"b":"168333","o":1}