Литмир - Электронная Библиотека

В доме отца я часто слушал разговоры о политике разных государств, о войне, о сражениях и придворных интригах, о музыке, искусстве и литературе.

«Дикие гуси» появлялись по ночам и ночью же исчезали. Повидавшись с родными и друзьями, они вновь отправлялись на войну. Когда я вырасту, думал я, я тоже стану «диким гусем».

Вайпонт был добрым человеком и желал мне добра. Он скучал по разговорам с образованными людьми, и Ив тоже. Я провел у них еще два дня, наслаждаясь прекрасным столом, приятными беседами, верховыми прогулками в обществе отца и дочери.

На третий день, когда мы спускались по лестнице, собираясь отправиться на очередную прогулку, неожиданно раздался громкий стук копыт, и во двор усадьбы ворвались трое британских солдат в красных мундирах, с ними был один из двух типов из таверны, которые пытались ограбить меня.

— Что я вам говорил? Вот же он — ирландец! — закричал этот человек, указывая на меня.

Солдаты бросились ко мне. Но я мигом вскочил в седло. С детских лет я не расставался с седлом — мой отец был завзятый наездник, и у него были прекрасные скаковые лошади. Как мне их недоставало!

Резко повернув коня, я обогнул дом, перескочил через низкую изгородь и помчался по зеленому лугу к буковой роще. Там, под прикрытием деревьев, я круто развернулся в обратную сторону, миновал скирды сена и амбар и вылетел на утоптанную дорожку. Лошадь бежала резво.

Я был разгорячен стремительной скачкой и с наслаждением ощущал, как играют подо мной мускулы лошади. Однако лошадь принадлежала Вайпонту, и я должен был ее отпустить. Тропинка, по которой я ехал, привела к глубокой канаве, за которой начиналась лощина.

Я слез с лошади и ударил ее по крупу, чтобы она бежала домой. А сам, пригнувшись, двинулся дальше.

Скользя и прыгая, я скатился на дно лощины и оказался в низкорослом лесу. Я пересек его, подошел к бежавшему на дне ручью и вошел в холодную воду.

День уже близился к вечеру, когда я, оставив позади ручей, поднялся по склону лощины вверх и вышел на вересковую пустошь. Я еще долго шагал в темноте, пока наконец не увидел впереди густой лес. Я углубился в него и, сделав себе ложе из сухих листьев, расположился на ночь. Там я и проспал остаток ночи.

Итак, я вновь пустился в странствие, как и прежде, бездомный, одинокий и голодный. К тому же теперь за мной гнались враги!

Если меня поймают, невзирая на то, что я всего лишь мальчишка, меня ждет неминуемая смерть.

Глава 9

Я проснулся в полном смятении. Было холодно и темно. Засыпал я с мыслями о детстве. И вот, по-прежнему отверженный, я лежу в лесах Каролины на ложе из сухих листьев рядом с незнакомым человеком, окруженный, как и прежде, врагами.

Я медленно сел, стараясь не шуметь. Терли спокойно спал. Он, по-видимому, привык спать в любых условиях.

Моя шпага и пистолеты лежали рядом. Я тщательно проверил их, внимательно вслушиваясь в тишину.

Мне потребовалось сделать усилие, чтобы прогнать воспоминания о бешеной скачке, когда я удирал от гнавшихся за мной британских солдат. И все же тогда я сумел убежать. А неделю спустя, когда я снова оголодал до предела, я повстречался со стариком, который приветливо улыбнулся мне в таверне и ушел за своей повозкой, запряженной ослом.

Но довольно о прошлом. Сейчас нужно думать о будущем и разработать план действий. В спрятанной в укромном месте шлюпке находится сокровище, о котором я никогда раньше и не мечтал. По всем законам оно принадлежит мне, но реально оно станет моим только после того, как я вывезу его отсюда и помещу в надежное место.

Я начал понимать, что найти сокровище — это самое простое, главное — сохранить его. А для этого я должен держать его местонахождение в тайне, пока не сумею найти способ вывезти его в Англию. А это предприятие требует тщательной подготовки.

То, что за добытым мной сокровищем охотятся одновременно и дон Мануэль, и гигант, который держит его сейчас в плену, не делает мое положение менее сложным. Как только они найдут и разграбят «Сан Хуан де Диос», они сразу заподозрят, что я побывал на судне первым, и начнут меня искать.

А судно они отыщут, безусловно, в самое ближайшее время, так что в моем распоряжении остаются считанные часы. С другой стороны, я не могу довериться Силлимэну Терли: сколько людей убили и за меньшее богатство, чем то, что находится у меня в руках!

Несмотря на то, что все мои помыслы были заняты золотом и тем, как его удержать, Гвадалупа Романа не выходила у меня из головы.

Она в плену, и маловероятно, что какой-нибудь странствующий рыцарь прискачет на белом коне и спасет ее. Я признавал, что она умная девушка, но сомневался, что она сумеет справиться с тем гигантом. Он производит впечатление беспощадного человека, которому абсолютно чужды чувства жалости и сострадания. Он твердо знает, чего хочет, и умеет добиваться своего. Он принадлежит к типу мужчин, которые не довольствуются одной женщиной. Женщина для них — это всего лишь вещь, которую берут, а потом бросают. Женские слезы для него ничего не значат.

Я тихонько выругался. Терли проснулся и поднял голову.

— Ты все еще думаешь об этой девушке? — догадался он.

Он сел и принялся выбирать листья из волос.

— Наверняка. В семи случаях из десяти мужчина ругается из-за женщины. Я угадал?

— Она пленница. Я должен придумать, как освободить ее.

— А что потом? Она станет для тебя бременем. Нет, приятель, пусть лучше она им доставляет хлопоты. Они вскоре это почувствуют. Послушай, оставь им эту женщину, и ты здорово им насолишь. Среди них начнутся распри, они непременно передерутся из-за нее. Кто-то предаст остальных, кто-то умрет. Оставь ее, и она их всех погубит.

— Она хорошая девушка.

— Да? А если бы она была некрасива, разве ты старался бы так ей помочь? Полагаю — нет. Поменьше беспокойся о девушке, капитан, и ты выиграешь, а они проиграют. Не забывай, женщины приносят одни несчастья.

Я отчасти и сам это понимал. Мне казалось, что я знаю этого гиганта. Его облик пробуждал во мне какие-то смутные воспоминания. И тот, другой человек, который лежал на земле спиной ко мне, тоже мне кого-то напоминал.

— Она надеется на мою помощь.

— Ну, конечно, — мрачно отозвался Терли. — С женщинами всегда так. — Он покачал головой. — Но что в ней такого особенного? Женщина как женщина.

— Иногда и этого достаточно. Но в данном случае есть и что-то еще, во всяком случае они так полагают. Они взяли ее с собой в Испанию, чтобы выпытать у нее тайну о золоте инков.

— Ах так? Тогда в этом действительно есть какой-то смысл! Значит, речь идет о золоте? О золоте инков! Откуда же девушке известна эта тайна?

— Она только наполовину испанка, в ее жилах течет кровь королей инков. Ты ведь знаешь, когда испанцы захватили в плен короля инков, они потребовали за него огромный выкуп. Но получив золото, они тем не менее его убили. Однако они не догадывались, что большая часть выкупа еще была в пути, и, когда они убили короля, инки спрятали оставшееся золото в тайнике. Им кажется, что эта девушка знает местонахождение клада.

Говорят, в горах сохранились старые укрепления инков, где они и сейчас живут, поклоняются своим древним богам, хранят свои древние обычаи и образ жизни. И там тоже, должно быть, много золота: согласно их взглядам, этот металл порожден солнцем — божеством, которому они поклоняются.

— Стало быть, эта девушка сама по себе — сокровище. Ну, тогда, конечно... И у тебя, капитан, тоже свой интерес? Ладно, ладно, не спускай глаз с золота. Оно никогда не утрачивает своей прелести. Женщины? Они увядают и превращаются в сварливых уродин к старости. Вот золото — это да! Женщины остаются всегда молодыми, если у тебя есть золото.

Он наконец замолчал. Я раздумывал, что предпринять. Вызволить Гвадалупу Роману из плена не так уж сложно, но что делать дальше? Трудная проблема! Какой смысл освобождать ее из рук захватчиков, чтобы обречь на жизнь в лесу? Нет, она должна не только стать свободной, но и уехать домой!

15
{"b":"16654","o":1}