Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Антон Владимирович Соя

Собачья королева

Посвящается Кузе, Тобику, Юкси и Диве моим чудесным четвероногим друзьям.

Посвящается с благодарностью моим двуногим друзьям Антону и Полине Пылаевым, без рассказов и поддержки которых эта книга никогда бы не родилась.

Посвящается ветерану «собачьего фронта» Кириллу Стародворскому, который мне очень помог своими историями и консультациями.

Глава 1

Девочка

Дог лижет её счастливое лицо. Её дог. Её собака. Настоящий благородный дог на длинных стройных ногах стопроцентного европейца. Его умные жёлтые глаза светятся благодарностью и преданностью. Девочка даже немного плачет от безмерного всеобъемлющего счастья. Совсем чуть-чуть плачет. А потом просыпается.

Просыпается девочка в пять часов утра — хмурого и стылого ноябрьского утра 1990 года. Просыпается девочка в стандартной двухкомнатной квартире на первом этаже блочного девятиэтажного дома шестьсот шестой серии. Просыпается девочка в спальном районе города Ленинграда с неправильным названием Купчино (правильнее было бы назвать его Гопчино). Просыпается девочка с улыбкой, потому что ей приснился дог. Просыпается потому что над ней склонилась мать и тихо говорит:

— Пора вставать, Аня.

Мать говорит тихо, чтобы не разбудить Женю, сестру Ани, которая спит за стенкой в соседней комнате.

Так начинается обычное утро Ани, совсем не похожее на праздные утра её одноклассников, вовсю смотрящих сейчас подростковые цветные сны.

Девочка поднимается в пять утра, чтобы помочь маме-дворничихе. Мать и дочь ждут вонючий мусор, тяжёлые холодные металлические баки, помойка из белого кирпича, куда надо перетащить мешки с отходами из мусоропроводов девяти парадных дома — каждый день и в любую погоду. Вот такие у Ани утренние радости.

Аня Пугачёва — невзрачная восьмиклассница, незаметная, белёсая, худющая, в школе её зовут «невидимкой». Аня почти ничего не ест, у неё упорно не растут сиськи, веснушки засыпали всё узкое лицо, соломенные волосы собраны в хвостик простой резинкой. У девочки тихий мягкий голос, серые глаза. Единственное Анино увлечение — собаки. Всё свободное время она посвящает лучшим друзьям человека. В классе она сидит за последней партой, одна. Никто не хочет сидеть с ней рядом. Но она уже давно не расстраивается из-за того, как относятся к ней одноклассники. У неё своя насыщенная личная жизнь, и ей не о чем с ними разговаривать. Аня спокойно ждёт последнего звонка, чтобы побежать гулять с одной из своих питомиц, а потом через час пойти гулять со следующей. У Ани очень плотный график выгуливания чужих собак.

Подруг у Ани нет, лучшая подруга — мама, но они теперь уже не так близки, как прежде. С сестрой Аня почти не общается. У сестры целая комната, Аня с мамой живут во второй. Когда-то давным-давно, в счастливом детстве до маминой астмы у них в квартире жила собака. Маленькая добрая дворняжка по имени Тряпка. Аня тогда была ещё слишком мала, чтобы понять, как ей повезло. Когда Тряпку пришлось отдать из-за приступов кашля, одолевших маму, Аня очень скучала, но надеялась, что мама выздоровеет, и они снова возьмут собачку. Аня ещё не знала, что астма навсегда поселилась в маминой груди. Женя тогда тоже жалела Тряпку. В том далёком детстве, стёршемся за четыре года в памяти, сёстры Пугачёвы очень дружили и практически никогда не расставались.

В начальную школу сёстры ходили вместе, вместе пошли в четвёртый класс. Зимой того года и случилась беда. Аня хорошо помнит этот злосчастный день. Сёстры со сверстниками катались на санках с крутого берега закопанной речки рядом со школой, когда пришли пьяные большие мальчишки и устроили гонки со столкновениями на круглых пластмассовых дорожных знаках.

В детскую память навсегда впечатались: яркий морозный день, красные щёки, белые носы, насильно влитая в рот обжигающая водка. Мальчишки-предатели казались Ане такими большими, а теперь она старше, чем они тогда. А ведь до той злосчастной зимы они даже дружили, ходили с этими мальчишками вместе купаться на заброшенные карьеры с голубой водой и на поиски фарфоровых яиц на свалке ЛФЗ вокруг тех же карьеров. Вместе катались на великах за краснокирпичной ТЭЦ, вместе лазали по нагромождениям плит на бесчисленных купчинских пустырях, вместе восхищённо слушали по вечерам выступления местных «Соловьёв» с гитарами на скамейках у парадных, вместе заливали зимой «коробку» во дворе, а летом плавали на самодельных плотах в маленьком круглом пруду рядом с итальянской школой. Но вот мальчишки выросли, и водка сделала из них тупых козлов.

Их было четверо, этих придурков, которых Аня до сих пор не хочет называть по именам. Двое из них сейчас в колонии. Третий пьяным выпал из окна лестничного пролёта с девятого этажа и разбился насмерть. Четвёртый погиб в пьяной разборке «стенка на стенку» в парке Интернационалистов с такой же урлой, как и он, только с другой стороны проспекта Славы. Ему сломали хребет ударом заострённой арматурины.

Мальчишки взяли Аню и Женю в разные команды, усадили перед собой на круглых знаках, как тряпичных кукол. А дальше было так: страх, полёт, удар, боль, потеря сознания, больница «Скорой помощи» на Будапештской улице.

Аня отделалась ушибами, сотрясением мозга и выбитым зубом. Женя попала в реанимацию с переломом основания черепа. Прогноз врачей был самый неутешительный, с таким не выживают. Мать от отчаяния жестоко поколотила вернувшуюся из больницы Аню, вымещала на ней свой страх и бессилие, пока не сломала об неё древко метлы.

Женя чудом выкарабкалась, выжила назло всем прогнозам. А вернувшись, выжила из дома тогдашнего маминого сожителя, тихого пьяницу водопроводчика, и заняла целую комнату. Три месяца Женя провела в больнице, а потом полтора года просидела дома.

Травма очень изменила Женю. Получив от мамы всю любовь, часть которой причиталась раньше и Ане, она не успокоилась и жёстко, до истерик ревновала мать к каждому любовнику, постепенно заставив её отказаться от мыслей о личном счастье.

Оставшись без внимания со стороны матери и сестры, живя с постоянно подогреваемым матерью чувством вины, Аня полностью сосредоточилась на собаках. Ушла из мира людей в мир более гармоничных созданий. Зачитала до дыр библиотечные книги о четвероногих друзьях, проревела насквозь всю подушку над «Белым Бимом», накопила денег на иллюстрированный собачий справочник и зазубрила его наизусть. Та же участь постигла и ветеринарный справочник. Худенькая девочка приставала на улицах к счастливым обладателям собак с нелепыми подчас вопросами, все ответы подробно занося в записную книжку с чёрной обложкой, найденную на помойке.

Купчинские помойки — настоящий Клондайк для старателей, понимающих в них толк. Чего только не выбрасывают люди! Если как следует порыться, можно найти настоящие сокровища. У Пугачёвых цветной телевизор с помойки, старинный буфет с занятной резьбой и даже часы с боем и кукушкой.

Женя за годы, проведенные дома, полностью восстановила телесные силы и странным образом расцвела. Возможно, многочисленные лекарства вызвали гормональный сбой, но у Жени выросли сиськи, она обрела приятные формы, превратилась в избалованную красавицу, надежду мамы на собственные несбывшиеся мечты.

Аня учится в восьмилетке, собирается в ветеринарное училище. Мама после выздоровления Жени на радостях вставила Ане золотой зуб с коронкой, в дело пошло прабабушкино обручальное кольцо. Ну не железный же вставлять! Как только ни изощрялись первые месяцы друг перед другом классные записные остряки, пока их запас юмора окончательно не иссяк. И «златозубкой» Аня была, и «щелкунчиком», и «цыганкой Азой». Поэтому Аня уже четыре года никогда не улыбается на людях, отворачивается от собеседника (если он не хозяин собаки), не отвечает у доски. Превратилась в невидимку. Собой она может быть только с собаками. Им плевать на её зубы и задрипанное пальтишко. Они ценят её любовь и внимание.

1
{"b":"166236","o":1}