Агнес обняла отца:
– Ты всегда замечательно выглядишь.
– Кстати, я не показал тебе, что мы на днях получили, – сказал Свен. – Идем.
Он привел ее в гостиную. На диване лежал журнал «Все для садоводов». Отец взял его и начал быстро перелистывать.
– Сейчас увидишь.
Агнес не понимала, что интересного может быть в этом журнале, и нетерпеливо смотрела на отца. Наконец он отыскал нужное место и с торжествующим видом протянул журнал дочери. Это был целый разворот с фотографиями каких-то пакетиков семян, соломенных шляп, секаторов и грабель.
– Читай! – сказал он.
Агнес пригляделась повнимательнее. Под заголовком «Радость садовода» она прочла: У Мод и Свена Эдин из Лэннинге сад цветет круглый год. По крайней мере, на их интернет-сайте, где вы сможете узнать обо всем, что происходит у них в саду. С большой любовью и знанием дела они рассказывают о том, как ухаживают за своими растениями, делятся проблемами и радостями. Хотите уберечь свой сад от косуль – обратите внимание на советы семьи Эдин! Адрес в интернете: www.edinslustgard.se
Агнес с удивлением взглянула на отца:
– Как здорово! А на ваш сайт уже кто-нибудь заходил?
Улыбка на его лице погасла.
– Я не проверял…
– Почему? – спросила она и тут же об этом пожалела. – Прости, я понимаю, – быстро добавила она. – Может, сейчас посмотрим?
– Даже не знаю…
– Ну, пожалуйста.
Казалось, он ищет какую-нибудь отговорку, но, так ничего и не придумав, в конце концов согласился:
– Ладно, давай попробуем.
Они спустились в подвал. В полутьме было видно, как запылился экран монитора. Пока отец включал компьютер, Агнес стерла пыль рукавом. Свен нажимал на клавиши медленно, словно нарочно тянул время. Агнес было очень жаль его, но чем она могла облегчить его страдания? В знак поддержки она положила руку ему на плечо.
Наконец страничка открылась, и отец вскрикнул от удивления.
– Ты что? – спросила Агнес.
– Невероятно! Восемьсот восемьдесят семь посещений!
– Ты хочешь сказать, столько человек заходило на ваш сайт?
– Да.
– Но ведь это очень много!
– Да. – Отец довольно засмеялся. – А взгляни-ка сюда. Это наша гостевая книга. Тут уже больше сорока записей!
Он начал читать вполголоса. Агнес смотрела на экран через его плечо.
Спасибо за прекрасную страничку с замечательными фотографиями и полезными советами… Меня заинтересовала ваша идея с лисьим боа, обязательно попробую… У моих пионов бутоны чернеют и не распускаются. Не могли бы вы что-нибудь подсказать?.. Не знала, что Rhododendron yakushimanum можно выращивать в наших северных широтах. Какой великолепный экземпляр!.. Попробуйте внести немного извести на участке, где растет жимолость, возможно, проблема в слишком кислой почве…
Свен продолжал читать комментарии, время от времени что-то бормоча про себя. Агнес погладила его по плечу и тихо поднялась по лестнице.
Свен появился только через час, объяснив, что ответил на некоторые вопросы, которые задавали посетители сайта. Остаток вечера он молчал, погруженный в себя. Такое случалось и раньше, но если обычно казалось, что его одолевают какие-то грустные мысли, то сегодня он словно о чем-то размышлял. И когда Агнес села перед телевизором, отец извинился и сказал, что ему надо поработать за компьютером. Сделать кое-какие обновления на сайте. Агнес проводила его взглядом. Отец двигался энергично, и ей даже послышалось, что он мурлычет себе под нос какую-то песенку. «Неужели несколько строчек в журнале для садоводов смогли произвести такую перемену?» – подумала Агнес.
На следующее утро она еще больше в этом убедилась. После завтрака Свен надел перчатки, сапоги и купленную три года назад на Крите соломенную шляпу – для защиты от яркого весеннего солнца.
– Если я сегодня не высажу рассаду, мы в этом году останемся без помидоров, – сказал он и вышел в сад.
На полу кухни остались отвалившиеся от сапог комочки засохшей грязи. Агнес собрала их и протерла пол тряпкой. На душе было спокойно. Маделен ждет ребенка, отец сажает помидоры, у нее снова есть Тобиас.
Мама умерла, и с этим уже ничего не поделать, но жизнь их семьи продолжается. Теперь Агнес твердо это знала.
* * *
Тобиас и вправду изменился. Этого нельзя было не заметить. Он стал внимательнее, уходя, всегда говорил, куда идет и во сколько вернется. Интересовался, как у Агнес дела на работе, составлял для нее списки того, что нужно купить, и даже вставал к плите – один раз он сам приготовил ужин. По вечерам он теперь чаще бывал дома, по крайней мере когда Агнес не работала. Они вместе смотрели телевизор, а когда он упражнялся на гитаре, Агнес, сидя на диване, слушала. Пусть не все три часа подряд, но уж первые полчаса обязательно. Иногда во время этих занятий он исполнял что-нибудь специально для нее. Например, композицию «Роллинг стоунз» «Энджи», которую он переименовал в «Агнес». Она чувствовала себя неловко, но он играл с такой подкупающей серьезностью и искренностью, что ее смущение проходило. Ей нравились эти домашние концерты.
В ресторане все шло своим чередом. С посещаемостью по-прежнему было плохо, хотя по сравнению с первым месяцем гостей и прибавилось, но не настолько, чтобы ресторан окупался. Калле становился все более молчаливым. Приходя на работу, Агнес часто заставала его сидящим за одним из столиков с кипой бумаг и калькулятором. Он больше не жаловался, просто все время ходил с несчастным видом. В конце концов, Агнес была вынуждена прямо спросить, как идут дела, хотя, если честно, она предпочла бы этого не знать.
Калле удрученно вздохнул:
– До конца месяца еще как-нибудь продержимся, а потом – кранты.
Агнес села напротив:
– И ничего нельзя сделать?
Калле покачал головой:
– Естественно, можно. Начать готовить незамысловатые блюда из дешевых продуктов. Но я лучше обанкрочусь, чем на это пойду. – Он выпрямился, но тут же снова обреченно опустил плечи. – Я очень надеялся на эту статью, – тихо произнес он. – Не понимаю, почему ее до сих пор нет.
– Лола дотошная.
– Знаю, но только что ей еще проверять? Она в нашем меню все перепробовала. Я думал, Лола напишет про нас в эту субботу, но в субботу была статья о рыбном ресторане на Линнегатан. Следующая будет через две недели, и, если опять не про нас, я могу закрываться.
Агнес хотелось его подбодрить, но она понимала, любые слова бесполезны. Калле прав: нельзя содержать ресторан, который практически ежедневно терпит убытки.
– Будет очень жаль, если придется закрыть ресторан, – сказала она, пытаясь утешить Калле. – Я так верила, что у нас получится.
– Я тоже. – Они помолчали, думая о том, какое будущее ожидает «Лимоны желтые». Затем Калле поднялся. – Но мы пока еще не закрылись! – Он старался говорить бодрым голосом, но ему это плохо удавалось. – Пора браться за дело.
Может, в ответ на их молитвы, а может, нет, но вечер начался неплохо. К восьми часам у них почти не было свободных мест, в кухне дым стоял коромыслом, Калле с Филипом работали не покладая рук. И тут вошла необычная компания. По ступенькам спустились пятеро молодых людей в черном – кто-то в темных очках, другие с огромными блестящими пряжками на ремнях. Агнес с беспокойством оглядела зал: возможно, ей удастся разместить новых посетителей за угловым столиком, если один из них сядет с торца? И только потом она узнала среди пришедших Тобиаса. Он подмигнул ей.
– Я привел вам гостей, – весело сообщил он.
– Это ты? – удивилась Агнес, но быстро спохватилась и продолжила более профессиональным тоном: – Добро пожаловать! – Она незаметно пожала Тобиасу руку, но отстранилась, когда он захотел ее поцеловать. – Садитесь, пожалуйста, вон за тот столик.
Двое молодых людей зашли в гардероб и поставили к стенке свои гитары в футлярах. Наверное, тоже музыканты. С приходом этих пятерых в зале сразу стало шумно, но Агнес не стала просить их вести себя тише. Они заказали закуски, горячее и, кроме того, уже за первые полчаса Агнес подала на их столик восемь больших порций крепкого пива.