– А вот сейчас мы немножечко прогнемся… хрясь! А теперь спинку ровнее, ровнее… хрясь! И ручки, ручки тянем… И улыбка, где твоя улыбка?! Шейку повернули… хрясь!!!
Это моя учительница танцев так со мной разговаривает. А «хрясь, хрясь!» – это те звуки, которые издают мои несчастные суставы во время занятий. Нет, честное слово, у меня всякий раз такое ощущение, что во мне что-то ломается со смачным треском! Какие-нибудь жизненно важные сочленения рвутся или там кости дробятся, честное слово, я не преувеличиваю!
«ДОГОНИМ И ПЕРЕГОНИМ АЙШВАРИЮ РАЙ» – под этим лозунгом мы принялись разучивать новый танец barso re megha. Танец мне в принципе понравился – намного интереснее, чем у самой Айшварии в фильме, где она то на качелях висит, то с коровами бодается, то курей-утей гоняет, то дергается на краю живописной скалы (что там твоя Шакира!). Вернее, красивым этот танец выглядел в исполнении Гурии, когда она мне его показывала. Все с виду так легко, так просто – прыг-скок, тут ножкой изящно помахала, тут ручкой всплеснула, тут улыбнулась этак загадочно (при этом прогибаясь так, что голова едва не касается пяток)…
Когда же Гурия (даже не вспотев после танца) пригласила меня, так сказать, «на арену», я ощутила себя настоящей неумехой. Никогда еще руки и ноги не казались мне столь бесполезными придатками собственного тела, как сейчас. Они могли делать что угодно – заплетаться, путаться, мешать, множиться до количества ста пятидесяти штук, не меньше, – но только не помогать танцевать!
Я-то, наивная, считала раньше, что сложнее, чем танцевать индийскую классику, ничего и быть не может. Тьфу на меня! Тьфу на меня еще раз! Чтобы не думала много в следующий раз. Ибо неправда это. Танцевать эстраду (или, я бы сказала, лучше называть этот стиль filmy) не просто трудно, а БЕЗУМНО трудно!!!
Когда Гурия легким движением руки скрутила меня, что называется, в бараний рог (да уж, теперь я на собственной шкуре прочувствовала это выражение) и при этом светски поинтересовалась, могу ли я еще немного нагнуться (очевидно, чтобы пятка оказалась за ухом, другого смысла я не вижу), у меня только и нашлось сил, чтобы благородно прохрипеть в ответ что-то вроде:
– Ну что вы, что вы, это для меня пустяк, я в такой позе обычно досуг провожу…
Ага. Вот сядешь, бывало, в минуту досуга в позу лотоса, ногу на затылок закинешь, книжечку в правую руку возьмешь (ибо левая твоя рука в этот момент застыла в немыслимом пируэте высоко над головой) – и отдыха-а-а-аешь!..
В самый неподходящий момент, то есть в разгар занятия, явился муж.
– Продолжайте, продолжайте, я вам не помешаю, – пробормотал он, устраиваясь в отдалении с мобильником в руках. Так я и знала – фотографирует, гад! А может, даже на видео снимает…
Конечно, чтобы не ударить в грязь лицом перед благоверным и предстать перед ним во всей красе, я выжала из себя все, что могла. С хрипом и стоном, но я изогнулась-таки именно таким кренделем, какого от меня требовала Гурия. Была горда собой страшно!
– Покажи, что ты сфотографировал? – подлетела я с любопытством к Санни, надеясь, что он запечатлел момент моего торжества и победы над собственным телом.
И что бы вы думали?! Думаете, этот подлец сфотографировал мой божественный изгиб, пластику или там хотя бы артистично-одухотворенное выражение лица, которое – уж поверьте! – далось мне ой как нелегко?.. Куда там!
Этот негодяй запечатлел крупным планом только мою ПОПУ!
– Просто мне нравится, как она у тебя выглядит в этих штанах, – доверчиво объяснил он.
Да уж, попа у меня что надо, Айшвария Рай умерла бы от зависти. Ибо по размерам я давно ее догнала и даже перегнала!
Право первой ночи
Запись из дневника.
Есть у моего мужа друг по имени Асиф. Этот самый Асиф обожает дурацкие шутки, приколы и розыгрыши.
Его любимая «фишечка» – погуляв у кого-нибудь на свадьбе, заявиться в дом к молодоженам (вроде как в гости) и обломать им всю брачную ночь! Хамло, правда?
Он запросто может просидеть в гостях до утра, тем самым не позволяя молодым приступить к «делу». И знает ведь, наглец, что его не прогонят – «гость подобен Богу!». Молодожены бесятся про себя, а он только посмеивается.
Этот Асиф таким же макаром и моему дорогому братцу «бхай-джану» первую брачную ночь испортил. И в день нашей с Санни свадьбы тоже планировал нанести нам с мужем «визит вежливости». Но Санни предупредил его заблаговременно: мол, только попробуй появиться, я тебя с лестницы спущу!.. Асиф не пришел. Испугался.
Правда, узнав об этом, я сказала мужу: а что, надо было тоже его разыграть! Если бы Асиф к нам пришел, мы бы радушно предложили ему присоединиться. (У моего порядочного до мозга костей мужа такая шутка вызвала глубокий шок, он потом со мной целый час не разговаривал!)
Ну, так вот. Скоро намечается свадьба у самого Асифа. Это «брак по договоренности», как принято в Индии, а не по любви: невесту сыну выбрали родители, они виделись всего пару раз в жизни. Тем не менее Асиф всюду ходит с фотографией невесты, очень вдохновленный, показывает ее всем друзьям и восклицает:
– Нет, я не могу поверить, что скоро буду ее трахать!..
(Вот так вот откровенно, уж извините. Я вообще-то в дневнике такими словами не злоупотребляю, но тут цитирую первоисточник…)
Но Санни и мой братец «бхай-джан» (который еще со времен собственной брачной ночи имеет зуб на Асифа и лелеет планы мести) мрачно пообещали, что «не будет Асиф ее трахать» – уж они об этом позаботятся! Они намереваются вдвоем нанести Асифу ответный «визит вежливости» в ЕГО первую брачную ночь!
Эта запись была сделана пару месяцев назад.
Ну так вот. История эта, я вам скажу, имела-таки продолжение! Причем весьма неожиданное для всех.
Итак, Асиф все-таки женился. К сожалению, мой муж так и не сумел воплотить в жизнь свой коварный план – явиться к нему домой после свадьбы и обломать молодоженам всю брачную ночь, – ибо, увы, в тот же самый день умер один из приятелей мужа: сами понимаете, не до веселья и гулянья на свадьбе…
Но – это уже во-вторых – надежды Асифа на то, что он «будет трахать» свою жену, как-то, я вам скажу, не оправдались… Вернее, как говорится, факт сожительства все же имел место, но Асиф почему-то от этого не стал порхать на крыльях счастья.
На следующее утро после свадьбы он вышел из дому весьма понурый (как у Рубиной – почти по тексту), хмурый и неразговорчивый. На все поздравления и расспросы друзей отвечал сдержанно и неохотно. Видно было, что желанная цель по достижении ее оказалась вовсе не такой уж и желанной.
С неделю Асиф маялся молча. Наконец «душа поэта» не выдержала, и он обратился к Санни за советом:
– Слушай, а вот что мне делать, если жена меня в постели ну совершенно не устраивает?
– То есть как это – совершенно? – оторопел Санни.
– Не нравится она мне, – мрачно разъяснил Асиф. – Вообще никак. Развестись, что ли?..
Знаю, что у человека, по сути, несчастье. Но – извините меня – я так смеялась, когда об этом узнала!.. Сейчас вот все голову ломаю: может, жена у Асифа тоже имеет какой-то тайный порок – например, бреется? Или, наоборот, не бреется? А?..
Ох уж мне эти браки по договоренности и «до свадьбы ни-ни»!..
Как меня обидели
Вот что меня в индийцах еще поражает – это насколько они внимательны к чужим физиономиям. Это же надо – ни один мало-мальски заметный прыщик, ни одна ссадина, ни один синяк, ни одна царапина не ускользнут от их всевидящего ока! Каждый встречный-поперечный (и хорошо знакомый, и практически чужой), увидев на твоей мордочке ровно на один прыщ больше, чем это было вчера, будет тыкать в тебя пальцем и требовательно вопрошать:
– Это что у тебя?
Что-что, блин, «месяц под косой блестит, а во лбу звезда горит!».
Проблема еще в том, что в Индии вообще все плохо заживает. Медленно. Климат, что ли, такой влажный или вода плохая, но любая ранка не затягивается месяцами; а если, пардон, вскочит какой-нибудь мелкий прыщик, так он не за несколько дней проходит, как в России, а через пару недель. И вот весь этот период ты подвергаешься допросам:
