– Не металл... – снова покачал головой Гость.
– Конечно не металл... – охотно признал истомившийся от нервного напряжения Мепистоппель. И вдруг резко изменил свой настрой. – Я ошибся. Может быть, это кошачье дерьмо. Или какая-нибудь дурная тварь забралась сюда и отдала концы... Не будем мнительны, Тор. Хватит ждать у моря погоды...
– Ну что ж... – улыбнулся ему в ответ Толле.
Но улыбка его была отнюдь не ласковой. Это была безжалостная улыбка бойца, вышедшего на ринг. Меч Тор держал теперь какой-то странной, непривычной для землянина хваткой – словно некий хирургический инструмент.
– Пошли... – распорядился он. – Игру надо сыграть до конца. Где твоя нора, Нос Коромыслом?
* * *
– Гос-с-споди!.. – растроганно шептал доктор Аркадьев. – Танец «пушистых призраков»!!! Ради этого стоило проделать путь и в сто раз более долгий... Он не отрывался от визира своей видеокамеры, но продолжал все время говорить: – Значит, Фюнфу все-таки удалось спровоцировать их на размножение... Вы не представляете, насколько ценна эта информация! Ведь «призраки» – это существа из совсем иного мира... Из совсем другого Пространства-Времени...
– Это правда, что они из Тартара? – осторожно спросил Ким. – Оттуда же, откуда и «черви подпространства»?
Аркадьев на секунду оторвался от камеры, чтобы искоса бросить на него пристальный взгляд.
– Гипотеза, господин сыщик... Гипотеза, очень похожая на правду... Где одно, там и другое... Где «черви», там и «призраки»... Я считаю, не я один, что это две конкурирующие формы подпространственной жизни... Каждая из них стремится вытеснить другую, и в то же время каким-то немыслимым для нас образом они неразрывно взаимосвязаны...
Ким почувствовал, что где-то в подсознании у него замкнулся еще один, очень глубоко захороненный контур. Но на то, чтобы сразу понять, что означает это острое предчувствие какой-то важной догадки, Судьба времени ему не отвела. Призрачный хоровод светящихся малышей неожиданно разомкнулся и, стремительно растягиваясь все более редкой цепочкой, устремился вдаль, над стелющейся пеленой реденького тумана, потом исчез, истаял во мгле. И, так же стремительно рванув с места, исчез Харр...
– Гос-с-споди, что это такое было?! – остолбенел Каспер.
Никто не торопился дать ему толковый ответ. Единственный человек, который мог бы сказать об этом хоть что-то путное, док Аркадьев, сосредоточенно провожал фосфоресцирующую вереницу движением объектива сверхчувствительной камеры.
– Они... они выстраиваются по какому-то периметру... по кругу... – пробормотал он.
Роше, не отрываясь от окуляров ночного бинокля, вынул изо рта свою носогрейку и объяснил:
– Они берут в кольцо Чертову Лысину...
– Кольцо... – пробормотал Аркадьев. – Круг... круг «пушистых призраков»... Это... Господа, если хотя бы половина всех этих апокрифов и мемуаров относительно свойств этих существ верна, то... то стоит убираться отсюда подальше...
Комиссар ожесточенно потер лоб.
– Что... – начал он. – Что вы имеете...
Но договорить до конца ему не удалось.
Над Ржавой Поймой разнесся заунывный, полный глубокого отчаяния собачий вой. И десятки, а то и сотни собачьих глоток подхватили его со всех сторон...
* * *
Мепистоппель увлек Тора за собой по низкому коридорчику. Невидимая автоматика включала в нем свет, освещая секцию за секцией...
– Иди за мной, – махнул рукой Адельберто насторожившемуся Гостю. – Тут у меня неплохая заначка на камбузе. Я так здесь все называю – по-морскому... Есть чем расслабиться и чем закусить. Консервы, правда, все же помоложе будут, чем эта старая жестянка, на которой мы сюда приплыли... Я думаю, Господь позволит нам немного сбросить напряг. Мы с тобой, Торри, и так натерпелись за последние сутки...
Господь, однако, придерживался совсем другого мнения. Свет в камбузе загораться сам собой не пожелал, а когда Адельберто принялся нащупывать сенсор осветителя, кисть его перехватила быстрая и твердая рука.
– Здравствуй, Мепистоппель... – сказал кто-то из темноты.
Тот, естественно, нечеловечески заорал, рванулся в проход, чуть не напоровшись на меч Гостя, и упал. Но Тор вовремя убрал оружие и отступил на шаг. Свет упал на лицо говорившего.
– Так и знал, – произнес Адельберто, поднимаясь на ноги. – Так и знал, что ты смоешься с проклятых плантаций и припрешься в эту нору...
Человек, улыбаясь, смотрел мимо него.
– Здравствуй, Тор, – сказал он. – Поосторожнее с твоей кочергой... Никак не ожидал, что мы встретимся вот так...
– Я тоже этого не ожидал, Пер... – признался Толле.
* * *
Должно быть, в подземном доке «Шести Портов» в былые времена дежурил немалый контингент охраны. По крайней мере, кухонный блок охранного сектора, в котором Адельберто принимал своих несколько необычных гостей, был просторен и основательно обеспечен необходимой утварью, машинерией, запасом продовольствия и выпивки. Мепистоппель бросил на стол упаковки с разогретой в микроволновке снедью, молча, устало проковылял к бесшумно вибрирующей махине рефрижератора и, поколдовав немного, отворил тяжелую дверцу.
Некоторое время он созерцал открывшуюся его взору галерею разной степени початых емкостей со спиртным.
– За такую встречу нельзя не всосать по маленькой... За здоровье тех, кто вернулся, и тех, кто оставался, – задумчиво определил он суть дела (как она ему представлялась теперь). – Бога ради, спрячь свою кошмарную железку, Тор...
Он извлек на свет божий пару на удивление чистых стаканов и начал разливать скотч. Виски, кажется, и впрямь было настоящим – из Метрополии, но Толле не спешил вернуть свой меч в ножны.
– Ты бы на часок позабыл про свои мутации, Тор, и употребил бы спиртное по назначению, – посоветовал Мепистоппель. – Расслабиться тебе не помешает... Я, признаться, труса отпраздновал, когда чужих в норе почувствовал...
– Я не буду расслабляться, Нос Коромыслом, – вздохнул Гость. – Еще ничего не началось и не кончилось...
– Типун тебе на язык! – от души пожелал ему Адельберто и опрокинул его виски.
Пер тоже не спешил принять протянутую ему заздравную чашу.
– Ты уверен, что стоит так уж радоваться этой нашей встрече, Фюнф? – спросил он, наклонив голову набок и заглядывая в глаза Мепистоппеля. Они немедленно спрятались в зарослях насупленных бровей.
– Мне тебя бояться нечего, Швед, – фыркнул Адельберто раздраженно и чуть обиженно. – Я тебя никому не сдавал. Нору, как видишь, сохранил в целости, а что гостей сюда привел, так извини – не легавых как-никак. А ты сразу на пушку меня брать начинаешь. Это дурной тон, Швед... Тем более после стольких лет...
– Верно, – согласился Пер. – Ты легавых сюда не приводил. Их привел я.
* * *
– Сообщение от Гостева. – Каспер протянул трубку блока связи перед собой – с некоторой неопределенностью: то ли Роше, то ли Киму. – Госпожа Чанг отказалась от дальнейшей охраны и...
Комиссар и Агент выразительно посмотрели друг на друга. Потом Роше сделал жест, означающий нечто вроде «вот только этого нам и не хватало...», и поднял руку, призывая всех обратиться в слух.
Снова отчаянный вой огласил Ржавую Пойму.
* * *
Но Харр уже не слышал этого воя. Траншея, сначала еле намеченная, а потом укрытая зарослями черного кустарника и утонувшая в зыбком тумане, превратилась в глубокий, в два человеческих роста, замаскированный ров с надежно – на века – укрепленными стенами. Здесь он отыскан то, что так долго и тщательно втолковывал ему друг Подопечного. Нашел не столько благодаря этим косноязычным объяснениям, сколько по его же, этого туземца, следу. Перед Харром был заложенный железобетонными плитами-решетками канал, очень похожий на обычное цементированное русло ливневого стока. Но, пробравшись по нему вглубь – тут даже людям приходилось идти по колено в воде, – в зловонном сумраке можно было найти каменными грибами торчавшие из гнилой жижи жерла колодцев, ведущих в подземную сеть туннелей. Сюда с поверхности не проникал ни один звук.