Пришлось объяснять про скорое прибавление в семействе. Также я рассказал об отъезде Васеньки по срочным делам, связанным с семейным бизнесом. С усталости я чуть не проболтался о Майе.
-- Нат, - я позвал принца, страстно поглощающего Гришин пирог с мясом.
-- И что тебе? - он чуть отвлекся от столь увлекательного занятия.
-- Я вот хотел спросить. Тебя, что вообще не кормят?
Надо отдать Нату должное, его рот был занят, но глаза он выпучил так, что я устыдился. Прожевав очередной кусок, Нат спросил:
-- Треш, об этом меня еще никто не спрашивал. Это - во-первых. Во-вторых, конечно, кормят. Но иногда так приятно поесть, отламывая пирог руками, сидя в кресле и болтая, а, не разговаривая по этикету. Знаешь, как надоедает постоянная необходимость держать себя всегда и везде?
Над такой постановкой вопроса я не задумывался никогда потому, что с ней не сталкивался. Это какая же грустная должна быть у человека жизнь, если ему нигде, даже дома, нельзя расслабиться. Нат перебил мои размышления:
-- Но ты ведь не об этом хотел спросить? Так?
-- Так. С библиотекой я договорился. Завтра начинаю. Это все строго официально. А вот, что делать с неофициальной частью?
-- Ты имеешь в виду секретные архивы?
-- Да.
-- Я тебе уже говорил о предложении Хоррора. Думаю, надо использовать этот вариант.
-- Ты мне поможешь?
-- Я могу попробовать. Но думаю, что самую неоценимую помощь нам окажет Шош. Ты его помнишь? Я знакомил Вас в день наших похождений по могилам и кладбищам.
Мне очень ярко припомнился тот полный событий день. Аж мороз по коже пошел.
-- Здорово. А он не откажет?
-- Смотря как просить, - совершенно невоспитанно Нат засунул в рот корку от пирога. - Но я попрошу, и он не откажет.
-- Хорошо. Завтра?
-- Завтра, он будет в библиотеке.
-- Скажи, чтобы говорил, что он из этой самой Академии с исследованиями.
-- Угу.
Вспомнив, тот самый день, я вспомнил и министра Арикова.
-- Нат, скажи, а как там Ваш министр?
-- Ваш? Наш. Ох, Треш, живой. Сейчас во дворце всех трясут. Служба дознания и безопасности на ушах, на рогах и на копытах. Бедный Хоррор получает разносы от министра по двадцать раз на дню. К нему даже не попасть. Треш, - Нат переключился на свои проблемы, - Треш, а ты не искал?
Мне было совестно не договаривать, но пришлось:
-- Искал, нашел. Но тебе ведь нужен сам человек. Девушка. Так, что подожди немножко. Пожалуйста, Нат.
Нат очень внимательно на меня посмотрел, но больше вопросов задавать не стал. Он молча согласился, хотя я видел, как сильно ему хочется знать.
***
Следующий день наступил неожиданно скоро. Выспаться мне так и не удалось. Нат ушел под утро. Про себя я посмеялся: "Пора на свидания с девушками ходить! А я с принцами ночи провожу".
Шоушаховская Башня встретила меня как родного. Стража пропустила без вопросов. Один стражник мне даже улыбнулся. "Уже весь город знает меня в лицо, или только стражники по долгу службы?".
Шоушах был завален работой. К нему постоянно заходили сотрудники, приносили бумаги, забирали бумаги, докладывали и спрашивали. В конце концов, Шоушах сдал меня на руки дикой горянке в форменной одежде службы дознания.
- Прошу за мной.
Эта женщина лет тридцати, важно вышагивала по коридорам и лестницам. Передо мной мелькала только ее круглая попка, выписывающая круги.
- И не смотрите на меня так, - не поворачиваясь, сказала женщина, - Я старший дознаватель, если это о чем-нибудь говорит.
Это действительно говорило о многом. Старший дознаватель - что-то типа палача и шпиона в одном лице. С такой женщиной лучше не связываться, а если обидишь ее, то лучше самому построить себе склеп.
-- А куда мы идем? - бессонная ночь явно повлияла на мои умственные способности.
-- В общий отдел, а потом в камеры особого содержания. Там находятся те самые люди.
"Брр, мне стало очень холодно, и я совсем проснулся. Зачем я спросил?".
***
В целом протоколы допроса вора Инвара и доброго человека Петролиба, который донес на него, повторяли информацию Шоушаха. Я заставил себя спуститься в "камеры особого содержания" затем, чтобы убедиться в искренности их слов. Этот самый завистливый человек Петролиб сообщил стражам, что в доме его соседа - талантливого писателя - собрались на гулянку "темные личности". Стражи пришли разбираться и уже решили уходить, оставив народ гулять и праздновать выпуск новой книги писателя. Один из стражей в одном из гостей узнал опасного вора Инвара. С боем и шумом того повязали, писателю, к радости соседа Петролиба, испортили гулянку. На допросе Инвар, которого разыскивали по нескольким обвинениям, отказался говорить. Его обыск и обыск, установленного стражами жилища, дал весьма интересные результаты. Было найдено письмо от покойного (того самого которого нашли в нашем доме) и там было написано про деньги, которые покойный (тот самый) положил в Банк для своего сводного брата Инвара. Также в этом письме давались краткие сведения о последнем заказе покойного (того самого). В частности, там было написано об очень большой сумме, заплаченной за убийство одного из сотрудников секретной службы нашего государства, и являющегося двойным или даже тройным агентом двух соседних государств. Также в этом письме была указана дата поступления авансом средств на счет Инвара. Это было за день до нахождения покойного (того самого) в нашей Лавке. Благодаря расторопности стажей и дознавателей Инвара, а также соседа Петролиба, посадили в камеры особого содержания. Как я понял, Петролиба посадили, когда он пришел узнавать о мерах воздействия, принятых на его соседа писателя. Ему стоило упомянуть только имя соседа, как стража его и посадила до "полного разбирательства". Теперь он сидел в соседней камере с Инваром, а тот ржал над ним, не переставая.
По пути в библиотеку я пытался соотнести полученные от Шоушаха сведения с членами моей семьи. Выводы, которые я получил, обескураживали. Очень мне хотелось думать, что мы все так ошиблись в человеке. Выводы - это умозаключения, а как я знал, требовались материальные доказательства. Кроме того, надо увести следствие в другую сторону. И как это сделать, надо было еще придумать.
***
За ночь библиотека не изменилась. На скамейке рядом с западным входом сидел Шош.
- Приветствую, - я впервые услышал его голос и сразу понял, почему он молчал до сих пор.
Шош обладал голосом сирены. Если он заговаривал то, любой человек слышал голос и попадал под такое воздействие, какое я даже не могу описать. В тот момент я бы сделал все, чтобы он не сказал. Минуты через две я пришел в себя.
- И я приветствую, - я чуть поклонился. - Шош, я не знал...
Он мне просто улыбнулся.
- Думаю, Нат рассказал Вам о наших проблемах. Он также сказал, что Вы сможете помочь.
Шош опять улыбнулся и наклонил голову.
- Спасибо. Шош, а теперь пойдемте, пора приступать к работе. Я так предполагаю, что Вы сначала день-два осмотритесь. Может быть, мы слегка разговорим нашего нового библиотекаря. Его зовут Борон. Двух помощников зовут Изяград и Ливиус. Надо как-то сговорить Борона, чтобы он познакомил нас с архивариусами из подземного этажа.
Шош опять кивнул и улыбнулся.
***
-- Первое, что мне нужно, это полный обзор работ писателей и художников за последние двадцать лет.
-- Всех? - с тихим ужасом спросил Изяград.
Изяград был каким-то родственником Борона, впрочем, как и второй помощник Ливиус. Изяград и Ливиус были парой. Изяград был, так сказать, более слабой половиной этой пары. Он был накрашен, ярко одет. Он, по-моему, даже приревновал своего партнера ко мне.
-- Нет, конечно. Только самых значимых, вернее самых популярных. И на это Вам дается ровно двадцать дней. Я бы предложил одному из Вас взять себе литераторов, другому художников. Письменные отчеты составляйте по мере получения информации.