– Ничего не понимаю, – нахмурился Левин.

– И я, – пожала плечами Дина.

– Накрылись кренделя с чаем, – вздохнула Нора.

– Филипп Филиппович это тот злобный перец, который колотил нас поленом? – уточнил Клим.

– Он, – кивнул Левин.

– Ну, если по Рублевке старшие по подъездам бродят, тогда я тоже ничего не понимаю, – сказал Титов, давая задний ход и пристраивая огромный джип на некоторое подобие стоянки с утрамбованным снегом.

– Что делать-то будем? – капризно спросила Нора.

– Ну, в центральную дверь стучаться точно не стоит. Может, просто немного понаблюдаем за домом? – предложил Левин.

Титов горестно вздохнул.

– Мое дело маленькое, – сказал он. – Я таксист. А вообще, я не понимаю, чего ты кипеж поднял, Левин? Ну, пропал маг и пропал. Найдется!

– Ты не все знаешь, – хмуро сообщил Левин. – У нас еще и мамы пропали.

– Как пропали?! – подскочила Нора. – Вера Петровна в больнице, мы сами видели, как ее увозили!

– Нет Веры Петровны в больнице, – сказала Дина. – Сбежала! И пропала неизвестно куда вместе с Кларой Аркадьевной, мамой Левина.

– Ой! – Нора посмотрела на Левина, потом на Дину. – А что, ваши мамы знакомы?!

– Более чем, – буркнул Лев. – Настолько знакомы, что мы с Диной даже подозреваем, что мы близкие родственники.

– Да, брат с сестрой, например, – усмехнулась Дина и положила Левину голову на плечо. – По отцу!

– Ой… – Нора потрясла блондинистой головой и потерла виски. – Повторите, пожалуйста, еще раз. Я что-то не поняла…

– У нас один папа! – крикнула Дина ей в ухо.

– Это точно? – спросил Клим у Левина.

– Процентов на девяносто. Похоже, наши мамаши любили одного человека. Его портрет висит у них в комнатах на почетном месте.

– Ужас… – прошептала Нора. – Вы хоть… того… прониклись родственными чувствами?

– Более чем, – Дина засмеялась, а потом вдруг заплакала, уткнувшись Левину в грудь. Левин обнял ее и поцеловал в губы, продемонстрировав совсем не братские чувства.

Титов схватился за голову.

– Сидел бы ты в Англии, Левин! Чего приперся?

– Так приперся уже, – не отрывая губ от Дины, ответил Левин.

– Если бы он не приперся, мы бы не познакомились, – возмущенно напомнила Нора Титову и, поднеся к глазам руку, стала рассматривать кольцо с огромным бриллиантом.

– Друзья мои, все не так страшно! – оптимистично заявил Клим. – Египетские фараоны женились на своих сестрах и были счастливы, боги Олимпа тоже баловались кровосмешением, так что…

– Где мы и где эти фараоны с богами, – прервал его Левин. – Заткнись, Титов, и наблюдай за особняком. Маг мне нужен живым!

– Вообще-то Дина и Левин совсем не похожи, – растерянно произнесла Нора. – И потом, если бы Титов, например, оказался моим братом, это ничего бы уже не изменило.

– Тьфу, тьфу, тьфу! – Титов поплевал через плечо и размашисто перекрестился.

– Смотрите! – закричала вдруг Нора. – Зеленая калитка открылась! Она не заперта!

Все уставились на забор, в котором действительно появилась брешь за счет приоткрывшейся от порыва ветра калитки. Она покачивалась на петлях, призывно поскрипывая.

– Блин, придется идти по следу, – вздохнул Титов, доставая из бардачка пистолет. – Напомни, кого мы ищем?! – поморщившись, обратился он к Левину.

– Андрейкина Василия Федотовича. Мага, детектива и просто веселого человека.

– И Портнягина! – напомнила Дина. – Сволочь страшную, крысу подъездную.

– Я что, один буду рисковать драгоценным здоровьем?! – удивился Титов, оглядываясь на Левина.

– Со мной! Со мной ты будешь рисковать драгоценным здоровьем! – буркнул Левин, выходя из машины.

Пригибаясь, они побежали к дому.

– Это опасно? – спросила Нора, глядя им вслед. – У меня на Титова большие планы.

– Не опасней пейнтбола, – отмахнулась Дина, закуривая. – Думаю, через пять минут мы будем пить в этом доме чай с кренделями.

Андрейкин отбросил пустую бутылку из-под вина в угол и очередной раз попытался взломать на клетке замок.

– Если ты этого орангутанга на волю выпустишь, я сам запрусь в клетке, – предупредил его Фил.

– Не могу смотреть, как человек за решеткой сидит, – поморщился маг, но манипуляции с замком прекратил.

Парень в клетке, принимавший участие в распитии вина, счастливо улыбался и гулил, как младенец. Видимо, большего счастья, чем мужская компания с бутылкой сухого, в его несчастной жизни не случалось.

– Покажи, в какую дырку ты провалился, – попросил Фил Андрейкина.

Беспечно насвистывая, маг повел Фила в угол, где свод потолка нависал совсем низко. Невысоко над полом Портнягин увидел глубокую нишу и темную дыру, ведущую наверх.

– Думаешь, я не пытался отсюда выбраться? – усмехнулся Андрейкин. – Пытался ровно двадцать два раза. – Он показал Филу содранные в кровь ладони. – Только вниз свалиться гораздо легче, чем вверх ползти. Я метров десять вверх поднимаюсь и падаю! Поднимаюсь и падаю!

– Это ты падаешь, а я… – Портнягин поплевал на руки, скинул валенки, подпрыгнул, подтянулся и нырнул в темную дыру.

Ползти вверх по узкой шахте было трудно, почти невозможно, но Фил полз, как паук, цепляясь за голые стены руками, ногами, а главное – желанием спасти Дуську.

Три раза он срывался и падал, отбивая о бетонный пол свой израненный зад. Три раза он вставал, подпрыгивал, подтягивался и снова полз вверх, стиснув зубы и затаив дыхание.

Может, не стоило пить с магом столько вина? Может, будь он трезв, у него все получилось бы?

– Бесполезно, – грустно сказал Андрейкин, когда Фил очередной раз грохнулся на пол.

– Я должен выйти отсюда, – простонал Фил. – Там Дуська! И он убьет ее, потому что она много знает!

– Дуська, Дуська, – пробормотал Андрейкин. – Редкое имя… Дуська, это же Евдокия! Скажите, любезнейший, ее фамилия, случайно, не Егодина?

– Мне плевать на ее фамилию! – заорал Фил. – Я не спрашивал! Я… я ей волосы мыл! – Сев на пол, он схватился за голову и стал раскачиваться из стороны в сторону. Пленник в клетке немедленно и с удовольствием повторил эти движения. – Я лечил ее, обувал, на руках носил! Это я ее сюда привез, и я во всем виноват!

– Если это Егодина, дело плохо. – Андрейкин озабоченно огляделся по сторонам. – Впрочем, – сказал он, – дело в любом случае плохо. Но рано или поздно сюда кто-нибудь придет, ведь этого парня надо кормить, – кивнул он на пленника. – Можно будет попробовать напасть на вошедшего и попытаться выйти отсюда.

– Я не могу ждать. – Фил встал, подпрыгнул и опять полез вверх, продержавшись в черной дыре минуты на три дольше, чем прежде.

Он упал особенно больно.

И с особенной ясностью осознал, что Дуська погибнет, а он сгниет в этом подвале в обществе сумасшедшего и… дуралея-мага, которого безвыходная ситуация, похоже, не очень-то угнетала.

Фил тихонько завыл.

Парень в клетке с готовностью подхватил его заунывный вой.

– Э-э, ребята, да вы пессимисты, – расстроился маг. – Я думал, алкоголь внесет здравый смысл в наши ряды. Вы курите, Фил?

Портнягин выл, не обращая на мага никакого внимания. Какой он, к чертовой матери, маг, если не может ничего сделать?!

– Вы курите?! – громче повторил Андрейкин вопрос.

– Бросил, – ответил Портнягин. – Но спички и сигареты ношу в кармане, мне так спокойнее, когда на улице закурить просят.

– Отлично. А то у меня в зажигалке кончился газ.

– При чем здесь…

– Мы устроим пожар, – улыбнулся Андрейкин.

– Что мы устроим?!

– Пожар! Сами подумайте, что произойдет, если из вентиляции такого шикарного дома повалят клубы черного дыма?

– Приедут пожарные, – прошептал Фил. – Приедут пожарные, ворвутся в дом и начнут искать источник огня! – заорал он. – И ничто не остановит их, потому что рядом другие дома, которые могут загореться!

– Отлично, разум не пострадал, – похвалил Фила маг. – Давайте спички.

Фил вдруг сорвал с себя куртку с ватной подстежкой и, ломая одну за другой спички, попытался поджечь ее.