* * *
Артём пожарил огромную яичницу с колбасой и поставил сковороду в центр стола на разделочную доску.
– Прошу, любезные, угощайтесь. Не бойтесь, это вкусно.
Нарезав яичницу широкими ломтями, он разложил ее по тарелкам и выдал уважаемым по куску хлеба, вилке и чашке чая.
– Приятного аппетита. Если не понравится, прошу на пол не плеваться.
Но гости плеваться не стали, они аккуратно ели, неловко тыча вилками в тарелки с серьезными лицами.
– Мне сегодня надо к одному человечку съездить по поводу работы, – сказал Артём, – хотите со мной? Посмотрите город.
Ему очень не хотелось оставлять их в квартире без присмотра.
– Вы чего-то все время боитесь, – сказал Титрус, глядя на него своими внимательными светло-карими глазами, – вы в конфликте с правлением?
– С правлением? Да нет, – пожал он плечами, – пока еще нет.
– Тогда что?
Артём призадумался. Действительно, что?
– Я не задумывался, – честно признался он, – просто у нас такое общество, оно очень остро реагирует на любые странности, вроде красных кругов на балконе среди ночи. Вы не подумайте, что я так сильно трясусь за свою весьма облезлую шкуру, просто если наше общество к вам привяжется, то вам никаких своих преступников разыскивать не захочется, останется одна мечта – сбежать отсюда поскорее. Поверьте мне, я знаю, что говорю.
Убрав со стола пустую посуду, он отправился бриться и одеваться, а Титрус с Грэмом вышли на балкон.
– Приятный юноша, – сказал Титрус, облокачиваясь на перила и глядя вниз.
– Он все время говорит, я порой не поспеваю за ходом его мысли.
– Он нервничает, – мягко улыбнулся наставник, – его можно понять.
Грэм смотрел на дома, на утыканные антеннами крыши, на окна, освещенные солнцем, и думал, что Титрус был прав, остановив его и не позволив подключиться к информационному полю, это следовало делать на открытой местности… Внезапно перед глазами все поплыло, и Грэм стал тяжело оседать на пол.
* * *
Закончив разговор, Дмитрий Яковлевич положил мобильный телефон на стол и сказал:
– Звонил Слава, с ним связался этот Надир и попросил людей, человек десять, говорит, нужно кое-кого испугать, желательно до полусмерти и с травмами. Уже началось, вы понимаете?
– А кого именно? – поинтересовался демон с голубоватой сединой.
– Не знаю, Надир сказал, что хотел бы это обсудить при личной встрече.
– Пусть встречаются, а потом нам все доложит. Ну, так что, завтраком нас тут накормят? Кофеем напоют?
– Разумеется, сейчас распоряжусь.
* * *
Заглянув на балкон, Артём оторопел – Грэм без движения лежал на полу, Титрус поддерживал его голову, а из носа юноши вытекало что-то синее.
– Что это с ним?
– Такое бывает, он внезапно уходит от нас.
– Как это? И далеко уходит?
– Я думаю, с ним в эти минуты общаются невидимые нам силы.
– А… вот это… там, на лице у него, что такое?
– Кровь. Дайте, пожалуйста, салфетку.
Артём принес большой кусок туалетной бумаги, и Титрус принялся осторожно вытирать темно-синюю жидкость. Позабыв обо всём на свете, Артём смотрел на яркие синие пятна. Если это была кровь, то перед ним были реальные инопланетяне, до его сознания окончательно дошел этот факт.
– Я сейчас, – пробормотал он и пошел к телефону. Набрав номер, откашлялся и сказал: – Глеб, привет, это Артём. Слушай, я немного задержусь, лады? У меня тут… кран сорвало, вода хлещет. Ага, хорошо, перед выходом звякну.
Положив трубку на рычаг, вернулся на балкон.
– И часто с ним такое бывает?
– В последнее время участилось, – Титрусу неудобно было скрючившись сидеть в балконном углу, Артём принес подушку, наставник подложил ее под голову юноши и прошел в комнату. Он был заметно взволнован и расстроен.
– И что эти неведомые силы от него хотят?
– Не знаю, – печально вздохнул Титрус, – я очень за него беспокоюсь, хотел бы избавить его от этих обмороков, но не знаю как.
– Давайте я выброшу, – он протянул руку к бумажке с синими пятнами.
Титрус отрицательно качнул головой, сложил бумажку вчетверо и убрал в карман рубашки.
– Ну, ладно, – пожал плечами Артём, – нет, так нет. И что, нет никакого способа прекратить эти отключки?
– Я не знаю, – Титрус мерил шагами комнату, – если не ведаешь природу явления, не поймешь, как с ним бороться.
– А с какими сущностями он там общается?
Титрус подошел к стулу, на спинке которого висело его одеяние, и из складок вынул колоду карт.
– Вот, – он протянул их Артёму, – на всех изображено это лицо, оно каждый раз является Грэму.
– Жутковатый портрет, – Артём неторопливо рассматривал почерневший от времени карты. – Интересно, сколько же им лет?
– Очень много.
– Надо же, и не развалились, не разорвались… у нас карты почти такие же.
– Я знаю, – кивнул Титрус.
– Знаете что, – осенило Артёма, – а давайте сводим его в церковь.
– Куда?
– В храм, дом бога, может его и отпустит?
– Демона в храм?
– Да что вы заладили «демон, демон», может, вы просто вбили себе в голову пустое суеверие, а на самом деле он обычный человек, то есть, инопланетянин, просто кровь другого цвета из-за каких-то особенностей организма. Может, он серьезно чем-то болен, не мешало бы его обследовать. И вообще, надо пробовать все варианты, кто знает, насколько опасны эти обмороки, вдруг он однажды…
– Хорошо, – кивнул Титрус, – сводим.
– Я как раз должен на Таганку ехать, там много храмов и больших, и маленьких, испробуем, вдруг что-нибудь да получится?
* * *
– Что вы от меня хотите? – мысленный голос Грэма звучал устало до равнодушия.
– Я хочу тебе помочь.
Иглы-зрачки вращались с огромной скоростью, казалось, они просто тихонько покачиваются из стороны в сторону.
– Я сам в состоянии справиться со всеми своими делами.
– Не скажи. Ты не найдешь Апреля, не вмешавшись и не навредив земному мироустройству, а я могу тебе сказать, где он находится.
– А что взамен?
– Ничего.
– Так не бывает.
– Я просто хочу, чтобы ты понял – я с тобою откровенен и бескорыстен.
– Конечно, – усмехнулся Грэм.
– Когда ты это поймешь, – продолжал голос, – ты осознаешь, что я – твой проводник, я веду тебя именно тем путем, который предопределен именно тебе. Если ты с него свернешь, ты об этом очень пожалеешь.
– Это угроза?
– Предупреждение. Так сказать тебе, где Апрель?
– Нет.
– Почему же?
– Сам найду.
– Почему ты упрямишься? Ты меня боишься? Не доверяешь?
– Я просто не хочу быть должен.
– Ты очень упрям, нам нелегко будет поладить.
– Да, у меня тяжелый характер, а еще говорят, у меня отсутствует чувство юмора.
* * *
Олег с Лешкой вышли прогулять Барка. Олег остался с собакой, а Лешка отправился в ближайший магазин за свежими огурцами, помидорами, сыром и куриным мясом – Надир пожелал курицы запеченной с томатами и сыром. Помахивая пакетом, он скрылся в дверях ближайшего магазина. Поглазев на витрины, он подошел к окну, где стояли холодильникам с мороженным и, делая вид, что рассматривает лакомства, исподлобья посмотрел на улицу. Так и есть, молодой черноволосый мужчина топтался у магазина, прикуривая. Лешка отошел от окна и встал в очередь.
Купив все необходимое, он вышел из магазина и неторопливо пошел прочь. Черноволосого парня видно не было, но Лешка чувствовал, что он где-то поблизости. Завидев Барка с Олегом, он беспечно помахал рукой.
– Я пойду домой, отнесу продукты. К вам потом спуститься?
– Не надо, – хрипло ответил Олег, – мы уже скоро.
– Ну и ладно.
Лешка быстро взбежал вверх по лестнице и открыл ключом дверь. Забросив продукты на кухню, он пошел искать Надира. Тот сидел в зале перед выключенным телевизором.