Литмир - Электронная Библиотека

ГЛАВА 3

Поздним утром дня, предшествовавшего свадьбе, отец невесты и прочие близкие обсуждали условия брачного контракта. Но эта встреча уже не казалась столь необходимой. Приданое Джоанны и условия наследования владений Рэдалфа будущими детьми ее и Криспина были заранее обговорены тщательно и подробно.

– У меня нет сомнений, что вскоре в Англии начнется междоусобица, – поведал Рэдалф Криспину и отцу Эмброузу. Он пригласил жениха Джоанны и почтенного аббата в свои покои, чтобы беседовать без посторонних. Верный Бэрд остался охранять дверь снаружи, чтобы никто не потревожил господ.

– Мы все знаем, что на войне молодые люди подвергаются большой опасности: могут ранить или убить. Криспин, настаиваю, чтобы в случае твоей безвременной смерти именно я стал бы опекуном твоих малолетних детей и управителем земель от их имени. Я хочу, чтобы это было записано в брачном контракте, то есть имело бы всю силу закона.

– Дядя Эмброуз мой ближайший родственник и всегда с рвением отстаивал мои интересы, – возразил Криспин, тепло поглядев на аббата. – Смею надеяться, что он возьмет на себя опекунство над моими детьми, если произойдет, не дай Бог, несчастье.

– Я не оспариваю права отца Эмброуза исполнять эти святые обязанности, – поспешил сказать Рэдалф, – он однажды с честью выполнил свой долг, придя на помощь тебе в тяжелые времена. Но будем честны друг с другом. Почтенный аббат намного старше меня, и поэтому слишком мала надежда, что он доживет до совершеннолетия твоих детей. Кроме того, отец Эмброуз собирается на несколько лет оставить Англию. Я же доказал, что достойно управляю своими землями и замком и сумею, если понадобится, силой защитить Хафстон. И я всегда буду рядом – в Бэннингфорде.

– Тогда есть Элан, мой ближайший родственник после Эмброуза, – отвечал на пылкие притязания Рэдалфа Криспин со свойственной ему сдержанностью. – Он молод, энергичен и добр. Элан будет отличным опекуном моим детям.

– Но ведь ваше родство слишком отдаленное, – не унимался разъяренный Рэдалф. – У вас с Эланом лишь общий прадед, то есть твоим детям он доводится двоюродным прапрадедом, в то время как я буду им дедом, а они прямыми наследниками моих земель. Да и живет Элан на севере, а мои земли граничат с твоими, так что я буду поблизости, чтобы наблюдать за ними. Даже если с тобой случится несчастье, я возьму их в свой дом, чтобы они жили со мной до тех пор, пока не достигнут совершеннолетия.

– То, что вы говорите, верно, и вы очень добры, сэр, что подумали об этом. – Казалось, Криспин серьезно задумался над доводами Рэдалфа.

– Я не мог бы больше сделать для моей собственной плоти и крови, – искренне отозвался на лестные слова Криспина Рэдалф, – но кто лучше меня будет заботиться о благе моих родных внуков?

– Хотя у нас есть согласие короля Генриха на наследование Хафстона, – откликнулся отец Эмброуз, – кто знает, что может случиться, когда умрет король? Вы правы, Рэдалф, понадобится сильная рука, чтобы защитить детей Криспина. Я скажу нотариусам, – пообещал Эмброуз. – Они занесут этот новый пункт в брачный договор, и мы вечером его еще раз обсудим. По-моему, это хорошая мысль, Рэдалф, верный способ защитить ваших внуков.

– Я старался все предусмотреть, – самодовольно заметил Рэдалф.

Несколько позже Криспин рассказал Пирсу об изменениях в брачном контракте.

– Я не понимаю, – озадаченно промолвил Пирс. – Ведь Рэдалф старше, так что более вероятно, что он умрет раньше тебя.

– Он уверен, что, когда не станет короля, начнется война и мне придется в ней участвовать, – ответил Криспин. – В любом случае это всего лишь крайняя мера предосторожности, и дядя Эмброуз согласился на предложение Рэдалфа и даже дополнил его.

– Уверен, что за настойчивостью барона скрывается что-то еще, пока нам неведомое, – настаивал Пирс.

– Мне кажется, Рэдалфу не слишком понравился Элан, – сказал Криспин. – Может быть, он имел в виду исключить Элана как возможного опекуна моих наследников. Но, знаешь ли, доводы его убедительны. Думаю, будет лучше, чтобы за детьми присматривал их дед, который к тому же является ближайшим соседом. Элан же вынужден жить намного дальше от Хафстона из-за своих собственных дел. Эмброуз так же, как и я, понял, что в суждениях Рэдалфа есть смысл.

– Тогда Эмброуз так же наивен и бесхитростен, как и ты, – с грустью заключил Пирс.

Пока отец и будущий муж обсуждали условия брачного договора, Джоанна гуляла в своем укромном, полном зелени и цветов садике около внутренней стены башни. Это был один из самых любимых ее уголков. Воздух там всегда был чистым и легким. Летом сад был наполнен ароматами лилий, роз, лаванды, тмина и других душистых трав. В замке, где главенствовали воины, равнодушные ко всему прекрасному, этот цветущий садик был оазисом красоты и отдохновения. Джоанна проводила в нем много времени, особенно в солнечные дни. Вместе с Роэз они бережно ухаживали за растениями: пропалывая, подрезая, собирая особые травы. Например, сегодня они понадобились повару как приправа к блюдам для свадебного пира.

Джоанна прощалась с любимым садом, цветами и растениями, с которыми провела лучшие часы своего детства и юности. После завтрашних торжеств вряд ли у нее найдется время перед отбытием из Бэннингфорда побыть в этом рукотворном маленьком раю, срезая укроп и розмарин, наполняя изящную корзиночку благоухающей мятой. Ей будет не хватать этого зеленого женственного царства. Пройдет несколько лет, прежде чем она сможет развести такой же в Хафстоне. Она задумалась, есть ли хотя бы отдаленно похожий садик в нормандском поместье Криспина.

Мысль о Криспине в саду, напоенном чувственными запахами роз, лаванды и лилий, заставила ее вернуться к постижению новых, проснувшихся в ней страстных ощущений. Ее влекло к Элану, и это неудержимое влечение пугало юную красавицу и глубоко огорчало. Она снова и снова заклинала себя, что не может мечтать об Элане. Она должна думать только о Криспине, который нравился ей и своей наружностью, и спокойным, уравновешенным характером. Она должна подчиниться воле отца и выйти замуж за Криспина. Рэдалф не позволит ей отказаться от этого брака. Если она попытается воспротивиться, наказание последует немедленно и будет страшным. А если Рэдалф уж очень разгневается, жестоко достанется и Роэз как соучастнице.

За спиной ее стукнула калитка сада, затем послышался скрип гравия. Приближающиеся шаги были тяжелее и тверже, чем у Роэз. Подумав, что это может быть Криспин, который пришел рассказать ей, что его дела с будущим тестем завершены, она с улыбкой обернулась навстречу жениху. Джоанна хотела пригласить его посидеть с ней на каменной скамеечке в уголке и поболтать, пока она работает. Он, наверное, расскажет ей о своем предполагаемом паломничестве в Испанию. Но приветливая улыбка замерла на ее устах и исчезла при виде того, кто нарушил ее уединение. Того, кого она словно вызвала из заповедных глубин своего сердца.

– Миледи, милая Джоанна. – Элан тяжко вздохнул. – Простите меня. Я не должен был сюда приходить. Я сейчас уйду. – Но он не сдвинулся с места. Его глаза встретились с глазами Джоанны и безмолвно говорили ей о его великой любви. Но вслух он не отважился бы произнести их. Она интуитивно поняла, что Элан борется с собой и жаждет остаться, но честь требует, чтобы он удалился.

– Почему вы пришли? – воскликнула она и тут же прикусила губу, жалея, что спросила.

– Вы знаете почему. – «Потому что я не могу оставаться вдали от вас», – Джоанна разгадала это признание, словно оно было произнесено вслух.

– Я не могу… вы не должны… – Она замолчала, пытаясь сдержать подступившие слезы.

– Никогда в жизни я не переступлю запретную черту, – прозвучало в ответ.

Их разделял зеленый кустарник, они стояли и просто глядели друг на друга. Она старалась до мелочей запомнить его лицо и фигуру. Его дивный образ должен навсегда остаться в ее сознании без всякой надежды на забвение. Тела их невольно наклонились вперед, не в силах сдержать натиска неведомой силы, влекущей их друг к другу, и если Элан с огромным напряжением спрятал руки за спину, то Джоанна подняла свою руку и протянула к нему, словно хватаясь за самою жизнь.

7
{"b":"104936","o":1}