— Знаешь, я должен тебе сказать, что был неправ. Ты ведь… это… — он замолчал, пытаясь подобрать слова, — и я подумал… что… Вот черт! Ты меня поняла? — он посмотрел на кружку, которую я поставила перед ним, а потом и на меня.
— А ты? — ухмыльнулась я. Честно говоря, я даже испытывала нечто вроде удовольствия, глядя на его мучения.
Сев напротив него, я немного отпила из кружки и еле сдержалась, чтобы не зашипеть от боли. Вот блин, кипяток!
Вик откинулся на спинку стула, взлохматил челку, сделал глоток, причем выражение его лица ни капли не изменилось, вздохнул и продолжил:
— Так вот, я был не прав. Я наговорил тебе кучу неприятных вещей, сделал неверные выводы и вообще вел себя как полный придурок, — он замолчал и выжидающе уставился на меня. Очень хотелось отвести глаза, но это делать никак нельзя. Я не собираюсь так просто сдаваться!
— Значит, ты извиняешься за то, что считал меня лгуньей, карьеристкой и вообще охотницей за деньгами, — подытожила я.
— Да. Ты все отлично поняла, — облегченно сказал Вик.
— Конечно. В последнее время уж слишком много загадок приходится расшифровывать.
— То есть ты меня, как это ты сказала, «расшифровала»? — нахмурился вампир и принял менее расслабленную позу.
— О нет. Ты — единственный в своем роде, — я не нашла ничего лучше, чем закатить глаза.
— Это такой комплимент или ты просто смеешься?
— Это констатация приятного факта. Будь таких, как ты, много, мне бы пришлось обратиться в психушку, — мне даже как-то смешно стало от этого бестолкового разговора.
— Значит, мир? — улыбнулся вампир и сделал ещё глоток.
Мир? Интересное предложение… Но хочу ли я этого мира? Хочу ли я ещё пережить все эти унижения, снова не спать по ночам и мучиться перед неизвестностью?…
Я сфокусировала свой взгляд на недоуменном лице Вика и решила не терять последнее, что у меня осталось — гордость.
— С чего ты взял?
— Ну… — он растерялся. Не ожидал, — ты сказала, что всё понимаешь…
— Понимаю. Но с чего ты взял, что можешь вот так просто придти ко мне, попить кофе, сказать пару предложений — и я все забуду? Не знаю, известно ли тебе это, но понять — не значит простить, — уфф… Я это сделала. Сказала. Молодец! Только почему же так больно?
Снова молчание. Вик смотрит на меня, и я не могу уже больше выдерживать его взгляд. Смотрю на зеленую кружку, пытаясь не моргать, так как только это, кажется, сдерживает слезы.
— Так что, ты уж меня извини, я не собираюсь с тобой дальше тут беседовать. Мне надо ещё разложить салфетки, — сказала я, встала из-за стола и принялась искать в кухонном ящике проклятые салфетки.
— Света…
Я оглянулась и встретилась с пристальным взглядом серых глаз.
— Ты… Почему все так?
— Почему я не собираюсь с тобой беседовать? Или почему мне надо разложить салфетки? — ответила я, зная, что он имеет в виду совсем не это.
— Ты прекрасно понимаешь, о чем я! — вскочил на ноги вампир.
— Так о чем ты, Вик? Извини, но я не успеваю за твоей гениальной мыслью, — как можно более саркастично попыталась сказать я. Не самая лучшая идея — выставлять его идиотом. Или себя. Это смотря с какой стороны посмотреть.
— Я о том, что происходит… Что ты со мной делаешь?! Почему? — с каким-то отчаянием воскликнул вампир.
— Почему? — начала я, в сотый раз пытаясь не сорваться. — А ты прямо не догадываешься? Думаешь, все так просто? Щелкнул пальцем — и вот я уже на блюдечке?
— Но ведь с эльфом всё именно так! — Вик резко встал с кресла, как-то подозрительно побледнев, — Хочешь сказать, ему долго возиться с тобой пришлось? Не строй из себя недотрогу!
— Убирайся, — губы задрожали, глазам стало мокро, но мне уже все равно. — Проваливай!
Вик дернулся как от удара, но не двинулся с места, только еще больше побледнел и почему- то облокотился на стену.
— Не делай этого… Не сейчас.
— Да пошел ты к черту! Видеть тебя больше не могу! — прошипела я.
— Света… — он судорожно вздохнул, но до конца не договорил.
— Отлично, я сама это сделаю, — мне не оставалось ничего другого, как направиться к выходу из кухни.
Но мой эффектный вылет из комнаты не состоялся.
Я услышала за спиной какой-то странный звук, повернулась и с колотящимся сердцем наблюдала, как смертельно бледный Вик рухнул на кухонный пол.
* * *
— Это не смешно, Вик, — заметила я, хотя мне и не казалось, что это шутка. Но я не хочу выглядеть идиоткой, которая поведется на простой прикол. Но почему же так тревожно-то?
— Вик, — тихо позвала я. — Вик! ВИК!
Я не смогла сдержаться и подбежала к нему. Легонько ударила по щеке — безрезультатно. Еще раз, посильнее — ноль реакции. Боже, он такой бледный…
Надеюсь, он не…
Нервно всхлипывая, я принялась трясти его со всех сил. Что ж в таких случаях делают? Там зрачки какие-то должны быть, расширенные, кажется, но мне было страшно дотрагиваться до его глаз. Я приложила ухо к его груди, надеясь услышать стук сердца, но услышала только бешеный стук своего и шум в ушах. Так, что там ещё? Пульс? Точно, пульс!
Где он находится?
Я судорожно начала щупать свою руку, вроде почувствовала какие-то толчки и стала искать их у Вика. Какие же у него холодные руки…
Где пульс?
Я трогала его руку, шею, но — ничего. Так, без паники! Это все из-за того, что у меня самой дрожат руки. Успокойся, вдохни — выдохни, еще пару раз…
Глубоко вдохнув воздух, я ещё раз стала искать пульс в его предполагаемом местонахождении…
Есть.
Тихие, медленные толчки, но они были!
Поднявшись и расправив затекшие ноги, я думала, что делать дальше. Вызывать скорую? Какая скорая в Главном?
Метнувшись в зал, я заорала:
— Ева, соедини со скорой!
В зеркале отразилась молодая медсестра, сидящая за столом перед двумя зеркалами. Не успела она раскрыть рот, как я затараторила:
— Мне нужна… помощь… срочно… Он просто… упал… Скорее!!
— Девушка, упокойтесь, кто упал?
— Он… Вик…
— Да-да, я поняла. Какой вид? — терпеливо уточнила она.
— Ва… вампир!
— Подождите несколько секунд.
Она отвернулась от меня и обратилась к другому огромному зеркалу только с одним словом: «вампир». Тотчас же оттуда вышли мужчина и молодая девушка в белых халатах. Мужчина нес объемный чемодан, а девушка катила кушетку. Я едва успела сказать «вход разрешен», как они уже были у меня в квартире.
— Где? — деловито спросил врач.
Я практически побежала на кухню и указала на пол. Мужчина сразу же принялся ощупывать Вика, доставать какие-то приборы… Я уже не могла на это смотреть и просто села на пол возле плиты.
— Это Воскресенский? — уточнил врач.
— Да.
Он переглянулся с медсестрой, и та сразу же стала искать что-то в чемоданчике. Увидев, что это, я почувствовали приступ тошноты, но не отвела глаз. Врач же достал просто огромный шприц и заполнил его кровью из емкости. Потом он, протерев руку Вика ватой, стал вводить кровь.
Минуту ничего не происходило. Затем Вик слегка порозовел, перестав напоминать труп, но не очнулся. Врач легко погрузил его на кушетку и повез в зал.
Они уже собирались уходить, как я с надеждой спросила:
— Что с ним? Он ведь жив, да?
Врач снова переглянулся с медсестрой. Он провез кушетку через зеркало, но медсестра задержалась.
— У вас есть валерьянка? — заботливо спросила она, оглядывая комнату со столом, полным еды, и мою нарядную одежду.
— Да, — в ответ шмыгнула носом я.
— Выпейте немного, — посоветовала она и занесла ногу для шага в зеркала.
— Так он ведь жив, да? — в полном отчаянии спросила я.
— Пока да, — ответила девушка и шагнула в зеркало.
Пока?..
* * *
Звонок в дверь. На ватных ногах плетусь в прихожую и впускаю радостную Ритку.
— С Днем рождения! Желаю счастья, здо… — запнулась на полуслове подруга, посмотрев мне в лицо и так и застыв с вытянутой рукой с подарком. — Что-то случилось?