Она видит меня первой. Не отскакивает. Не пугается. Холодные, зелёные, как у кошки глаза — встречаются с моими. В уголках полных губ дрогнула улыбка.Алексей оборачивается. Его лицо белеет.— Оля?..Я не могу издать ни звука. Горло сжалось.— Оля, ты не так поняла! — Он отпускает её руку, делает шаг ко мне. Бормочет нелепые оправдания: — Мы просто... разряжались после операции. Говорили.— В душе? — хриплю пересохшим горлом. — Говорили? С твоей рукой на ней?Катерина нарочито медленно поправляет халат на плече.— Ольга Викторовна, какая может быть ревность?.. — говорит она спокойно, почти снисходительно. — Мы все на нервах. Алексей Игоревич помог мне снять стресс. Как коллега.От намёка на поддержку «коллеги» темнеет в глазах.— Молчи, — шиплю я ей. Смотрю на него: — Ты. С ней. Здесь.— Мы разговаривали! — выдаёт он глупость за глупостью. — Обсуждали тактику! Сложная была операция, ты же понимаешь...