Стоял жаркий солнечный июльский день. Лоуэлл Свифт чувствовал, как он навсегда очищается от всех микробов и грехов. Он возвращался домой с работы на автобусе. Он работал продавцом линолеума в универмаге. Это была семнадцатая годовщина его свадьбы с Мадлен. У нее была машина, настоящая собственная машина. В руках он держал красные розы в длинной зеленой обертке.

Автобус был набит битком, но ни одна женщина не стояла, и совесть Лоуэлле была чиста. Он сел обратно на свое место, начал рассеяно хрустеть пальцами и думать про свою жену.

Он был высоким, прямым мужчиной с жидкими песчаными усами и желанием стать британским полковником. Казалось, что это желание возникло исключительно из-за формы полковников. Он выглядел изысканно и решительно. Но у него были глаза тоскливого нищего, потерянного, озабоченного, смирившегося. Он был умен и здоров, но слишком хорош для главы семьи или ее кормильца.

Мадлен однажды описала его как человека, который плывет строго по течению, улыбается и постоянно повторяет: «извините меня», «только после вас», «нет, спасибо».

Мадлен была агентом по недвижимости и зарабатывала в несколько раз больше денег, чем Лоуэлл. Иногда она над ним подшучивала. А он в ответ только слабо улыбался и говорил, что у него никогда не было врагов и что, в конце концов, бог сделал его, также как и Мадлен, вероятно, с виду добрым малым.